Экстергейзер

Капитан Верона тем временем почти пришёл в себя. На лице его появился румянец, вернулась членораздельная речь и хороший аппетит. Как-то раз за обедом Верона осилил двух больших бустрелей в винном соусе. Несмотря на их изысканный вкус, это не проще, чем за один присест съесть крупного цыплёнка. Но страхи продолжали терзать Верону. Спал он плохо: кутался в одеяло, обливаясь тревожным потом, и отчего-то представлял, что под его роскошной кроватью сидит спрут, готовый протянуть свои чёрные щупальца, едва Верона закроет глаза. Последствия испытанных им моральных мук были настолько сильны, что Верона на какое-то время лишился своей наглости, беспринципности и пренебрежительного отношения к людям. Вероятно, именно этим объясняется тот факт, что он всё-таки не стал открещиваться от заключенного с Олдманом соглашения.

На борту «Дангока» собрался совет из четырех капитанов, на котором была «восстановлена» картина сражения.

Получилось, что Брант, выполнявший разведку в соседнем слоте, обнаружил три суперкрейсера врага и один из них уничтожил, предприняв хитрую и неожиданную атаку. С оставшимися двумя суперкрейсерами вступили в бой все четыре корабля под командованием Вероны. После большого боя истребителей, во время которого «Адмирал Юрм» получил повреждения, три оставшихся корабля атаковали и уничтожили суперкрейсеры магров. К несчастью, «Канцлер Таттерсалл» также оказался выведенным из строя, и его пришлось покинуть.

Верона был со всеми непривычно ласков и обходителен.

Пообещал ходатайствовать о награждении всех капитанов, Бранта и ещё нескольких пилотов-истребителей с разных кораблей по представлению координаторов. Тут вышла небольшая заминка. Покрасневший Олдман был вынужден сообщить, что его координатор находится под стражей за попытку бунта на корабле. Верона выслушал очень внимательно и заверил Олдмана, что тот всё сделал правильно, придерживаясь соглашения, и что он лично поспособствует обвинительному приговору для такого мерзавца как этот Бад. Кроме того, «Адмиралу Юрму» будет немедленно оказана помощь в виде резервных запасов кислорода с «Дангока». Ещё Верона не преминул вспомнить о героическом противостоянии капитана Олдмана, – именно так, лично капитана! – с двумя большими крейсерами магров, которое случилось ранее.

– Проявленный героизм, хитрая тактическая игра, умение держать порядок на корабле даже в самых сложных ситуациях, – говорил Верона, – это, без сомнения, черты сильного капитана и настоящего лидера. Я не удивлюсь, если в ближайшее время вы, капитан Олдман, станете командовать суперкрейсером. Буду лично вас рекомендовать как человека достойнейшего!

Почему так устроены многие люди, что похвала от строгого и грубого начальника им вдвойне приятна? Слова Вероны обволакивали Олдмана, словно шёлк. Он не хотел слушать голос разума, который подсказывал, что, рассыпаясь в комплиментах, Верона преследует лишь свои цели. Не заметил Олдман и язвительной улыбки на лице капитана «Дангока», хорошо знавшего Верону.

«Признание, наконец, признание! – думал про себя Олдман.

– Я это заслужил! Впереди – суперкрейсер! Слышал бы Бад, как он ошибся!»

Встреча завершилась при полном взаимном согласии.

Вскоре после возвращения весьма довольного Бенко Олдмана на свой корабль, к «Адмиралу Юрму» приблизился «Дангок». Два крейсера выполнили стыковку, после чего механики собрали соединительную магистраль, и началась перекачка кислорода. Спустя час дышать на «Адмирале Юрме» стало ощутимо легче.

В это время Верона доложил адмиралу о произошедшем сражении, его итогах и сложившейся ситуации. Получив в ответ причитающуюся похвалу, он узнал, что намечается масштабная битва за планету Кантум. Адмирал выразил сожаление, что «Канцлер Таттерсалл» потерян и не сможет принять участия в предстоящей схватке. Верона же, напротив, в душе обрадовался такому развитию событий. В тот момент у него едва ли нашлись бы силы вновь пережить весь ужас сражения.

Когда адмирал сказал, что один из оставшихся крейсеров должен прибыть в систему Синтакуры для защиты планеты Кантум, Верона, не раздумывая, назвал корабль капитана Олдмана.

Глава 7 В системе Синтакуры

Планета Кантум считалась одной из жемчужин Конфедерации.

В своих недрах она скрывала богатства поистине уникальные и являлась главным поставщиком латрозита для мира людей. Многочисленные шахты, разбросанные по всей планете, в общей сложности добывали до тысячи тонн этого ценнейшего минерала в год. Все остальные планеты – и входящие в Конфедерацию, и независимые – ежегодно поставляли не более трёхсот тонн чистого латрозита, большая часть которого вырабатывалась из трилатромагнифия с использованием сложных технологических процессов.

Латрозит являлся основой сверхпрочных материалов, используемых в кораблестроении и других отраслях промышленности.

Единственный его возможный заменитель – латринум – в десятки раз уступал по эффективности применения, при этом оставаясь не менее редким. Общая добыча латринума также не превышала двух тысяч тонн в год, что примерно равнялось ста пятидесяти тоннам чистого латрозита.

До заселения людьми Кантум обладал собственной флорой и примитивной фауной. Высокий уровень кислорода в атмосфере, большое количество воды и пригодные для земледелия почвы поспособствовали вытеснению местных форм жизни завезёнными растениями и животными. Некоторые виды выжили, приспособившись к изменившимся условиям, другие навсегда исчезли, оставив в напоминание о своем продолжительном господстве на этой планете богатые нефтеносные слои. Нефть и другие каустобиолиты являлись вторым по значимости ресурсом Кантума.

Помимо латрозита и нефти на Кантуме велась промышленная добыча цветных и благородных металлов, урана, фосфатов и калийных солей, драгоценных и полудрагоценных камней. Будь планета независимой, трудно даже сказать каким влиянием и финансовыми средствами она бы обладала.

Но Кантум относился к первой группе подчинения, то есть фактически полностью контролировался Дивесом. Планетариями сюда назначались только самые достойные и проверенные люди, а занять эту должность считалось чрезвычайно престижно.

Несмотря на то, что большая часть прибыли Кантума изымалась Дивесом, два миллиарда проживающих на планете людей едва ли могли жаловаться на бедность. Там были большие, красивые и чистые города; богатые пригороды с роскошными виллами; современные космопорты. Береговые линии теплых морей были застроены отелями, ничем не уступающими таковым на Киприде. Разве только азартные игры на Кантуме были запрещены. Медицинское и социальное обеспечение по праву считалось лучшим в Конфедерации. Уступал даже Дивес с его эталонными, но всё же платными больницами и школами. Жить на Кантуме хотели многие. Если бы не жёсткая миграционная политика, население планеты увеличивалось бы в геометрической прогрессии.

Когда началась война с маграми, мало кто верил, что Кантум может оказаться под ударом. Не являясь одной из центральных планет, он все же находился на значительном удалении от границ Конфедерации. Но реальность преподнесла неприятный сюрприз – магры были прекрасно осведомлены обо всех составляющих жизни и организации людей. Они понимали, что, захватив Кантум, лишат Конфедерацию латрозита, необходимого для производства военных кораблей и других видов вооружения, и фактически обеспечат себе победу.