Экзетрикс

Но девушка замерла. Рыба дернул её за руку, но она не шевелилась.

Кодер поднял голову.

И в этот момент, пелена спала. Ее обрывки ветер разметал где-то очень высоко.

В небе появилось существо.

Громадное существо.

Снизу казалось, что это сможет накрыть собой всю площадь.

И оно начало падать.

Первое, что все услышали – это звон бьющихся экранов.

Но вместе с ним, до ушей долетел крик этой твари.

Это был крик невыносимой боли.

Страха.

Мало кто успел сообразить, чтобы убежать от того места, куда сейчас грохнется фантом. Люди застыли, запрокинув голову.

Купол не задержал падение ни на секунду. Огромное тело порвало его, словно бумагу.

Вниз летели миллионы осколков стекла. Они первые коснулись брусчатки. И тех, кто стоял на том месте. Порезало на части тяжелыми и острыми краями.

Но раненные не успели уйти в сторону.

Фантом упал на площадь буквально через мгновение, погребая их под собой.

Земля дрогнула.

Рыба не мог даже шевельнуться. Буквально оцепенел.

Никогда не видел настолько жуткой картины. Может только где-то во внутреннем мире.

Огромная туша упала на спину. Ее пузо возвышалось над всем вокруг. Закрывало собой дома на другой стороне.

Или просто разрушила?

И это создание было отвратительно. То есть буквально каждая часть этого тела вызывала тошноту. Жидкие волосы – они прилипали к распухшему лицу. Оно, как и все его конечности, и туловище покрывалось гнилыми оспинами. Из них что-то вытекало, но тут же застывало огромными струпьями. Волны жира под кожей все еще не успокоились от падания. Перекатывались по всему телу. Из живота торчала пуповина. Свободно висела почти достигая земли. В ней двигались какие-то кровавые сгустки.

А еще запах. Внешние кодеры никогда не проявляют запах. Но сейчас вонь стояла неимоверная.

Ко всему – под этим, источающим жидкости созданием образовалась огромная кровавая лужа.

Вернее каша. Там сотни тел раздавленными кусками перемешались друг с другом.

Только взвывшая сирена смогла избавить от оцепенения.

И крик.

Крики и брань спасающихся бегством.

Закладывающая уши какофония звуков.

Рыба крепче схватил девушку за руку. Почувствовал, как ее трясет. Или это его собственная дрожь?

Неважно.

Надо уходить, пока толстяк не поднялся и не начал крушить все вокруг.

Люди понемногу приходили в себя. Будто исполняя команду, начали бежать в разные стороны. В прилегающие улицы, к мосту. Прятаться за машинами. Или под прилавками.

И все они кричали.

За секунду у входа в метро возникла давка. Туда уже не было возможности попасть. Там ломались кости и затаптывались упавшие.

Лучше остановиться.

Рыба повернулся к фантому.

Тот уже начал шевелиться. Поднял руки, оголив кровавые подтеки и прилипшую человеческую плоть. Он пытался найти для ладоней опору. Хотел подняться.

Пробовал в разных местах. Везде оставались пятна. Поскольку все вокруг него было засыпано острыми осколками, он руки сразу одергивал.

Раздались выстрелы со стороны моста. Силовики, что охраняли вход, стреляли, отгоняя напирающую толпу. Стреляли над головами и в людей. Вид умирающих под ногами тоже мог здорово отпугнуть.

У толстяка ни как не получалось встать. Он решил перевернуться, чтобы было проще. Раскачиваясь, завалился на здания. Рыба не видел, но хорошо слышал, как стены не выдерживают веса. Даже сквозь крики фантома и людей, было слышно, что ломаются дома.

А ведь кто-то искал там убежища.

Еву трясло все сильнее. Рыба обхватил девушку сзади. Ему тоже было страшно стоять посреди площади и смотреть на бедствие. Но попасть на станцию шансов уже не было. Прятаться тоже не безопасно. Единственный шанс выжить сейчас в том, что, оставаясь на открытом пространстве и не сдавленные со всех сторон людьми, у них была возможность для маневра. Поэтому он остановился на полпути, где то посередине между фонтаном и станцией.

Фантом все же начал подниматься. Сначала на колени. А через минуту – во весь рост. Он не доставал до разрушенного купола. Но все равно был выше зданий окружавших площадь. Его качало. Будто младенец, который пробует ходить.

Оставив под собой развалины, пятна от вытекающих из него жидкостей и крови, попробовал сделать шаг.

Даже открыл рот, в каком-то подобии улыбки, довольный своим поступком. Показал всем пару тысяч мелких, желтых зубов. Похожи на зубцы пилы. Слюна потекла по подбородку.

Но у него не получилось удержаться. Толстяк попытался ухватиться за край крыши. Ему пришлось весь свой вес облокотить на него.

И снова непрочные перекрытия не выдержали. С треском и криками находящихся внутри людей. Поднялась небольшая туча пыли. Толстяк животом упал прямо в нее.

Рыба поймал себя на мысли, что именно в этом доме как раз и находился тот самый бар, о котором шел разговор несколько минут назад.

Из нутра фантома, от такой нагрузки на пузо, извергнулись фекальные массы. Кто бы его не создал… Чтобы его не создало, но оно подходило к реалистичности очень внимательно. Поток залил все, что осталось от дома и растекся по площади.

В воздухе появились флаэры. Всего два. Но как же долго они добирались сюда.

Это та самая антифантомная служба, от которой они сбежали несколько часов назад.

Сейчас их появление Рыбу чрезвычайно обрадовало.

Он поделился этим с Евой. Но у той не было никакой реакции на эту новость. Она оцепеневши смотрела, как толстяк делает новую попытку подняться.

Силовики начали пальбу с воздуха. Но пока их количество не увеличиться хотя бы раз в десять, смысла в этом не было.

К тому же Рыба прекрасно знал, что обычный свинец фантому причинит очень мало вреда. То волшебство сети, что подняло его в этом мире, мгновенно восполняет потери. Даже если его разорвать на куски – каждая часть будет продолжать двигаться.

Под выстрелами, фантому удалось подняться. На этот раз гораздо быстрее. Он посмотрел на летающие вокруг него аппараты. Снова улыбнулся. Потянул руку к одному из них, но пилот уклонился. Толстяк сделал шаг в его сторону.

На этот раз у него получилось удержаться. Следующий шаг он уже сделал гораздо смелее.

Флаер висел у него прямо перед носом, не прекращая пальбу. Но гигант это даже не чувствовал. Он тянулся к нему руками.

Уже стоя в самом центре площади, существо остановилось. Пилот сделал вираж и очутился у него за спиной.