Эльф

Тайрин медленно плыла навстречу ему. Вроде бы ничего необычного в ее движениях не было, но неминуемо возникало ощущение, что перед ним не «палка», а кошка, вышедшая на охоту и выбирающая жертву.

Взглянув в лицо незнакомке, он на мгновение оторопел. Один вдох, и Дамьен не помнил, как дышать дальше. Иссиня-черные волосы, такие же, как у него самого, тяжелым пологом спускались на плечи и грудь. Они были абсолютно гладкими и поблескивали в вечернем свете лампочек. Она носила челку, ровную, густую, которая достигала уровня ее бровей. Глаза. Таких глаз он никогда не видел. Серебристые, будто окропленные водой, которая затем замерзла, превратившись в маленькие льдинки, играющие, словно бриллианты, на свету и манящие, просящие протянуть руку и согреть их. Ресницы густые, длинные, данные самой природой, чтобы, словно дорогая огранка, обрамлять такие глаза. Носик маленький, слегка вздернутый. Аккуратные скулы и губы, нежно розовые, сочные, таящие какие-то секреты и созданные не только для того, чтобы говорить.

Взгляд Дамьена, как опытного и темпераментного мужчины, упал на ее грудь, которая при каждом движении этой хищницы едва заметно, но все-таки вздымалась. Он понял, что на Тайрин нет белья. Ее собственная, высокая, в меру полная грудь, совершенно справедливо позволяла хозяйке роскошь в виде отсутствия дополнительных привлекающих внимание мужчин элементов. Он хотел бы увидеть ее соски – достаточно было бы лишь легкого намека на их присутствие здесь, за тканью рубашки, но этот секрет скрывали густые пряди ее длинных волос.

Вот так, стоя посреди собственной столовой, Дамьен бесстыдно пожирал взглядом и вожделел всем своим существом женщину, которую еще недавно принял за мальчишку.

От Лой сей примечательный факт не укрылся точно так же, как и от Хиант. Последняя, оценив ситуацию, пришла в ярость.

– Ах, ты! – завопила Хиант и, обогнув стол, бросилась на пленницу.

Дамьен был так занят лицезрением, что упустил сей знаменательный момент и не смог остановить любовницу. Он ринулся следом, опасаясь, что Хиант в порыве приступа ревности убьет незнакомку на месте.

***

Тайрин была рада такому повороту событий. Она остановилась и искренне улыбнулась. Дамьен увидел эту улыбку и замер на месте. Лой предусмотрительно отошла в сторону от Тайрин. Ничего не соображала только Хиант, которая, не добежав до цели, прыгнула на нее.

Тайрин сделала всего один шаг в сторону, переместившись в пространстве на каких-нибудь тридцать сантиметров. Но этого было достаточно, чтобы Хиант промахнулась. Тайрин выставила руку и, схватив летящую на пол жертву за волосы, откинула ее в противоположное от себя направление. Хиант взревела от боли и, успев подняться на ноги, вновь бросилась на Тайрин. Та выкрутила ей руку и на этот раз закружила вокруг себя.

Дамьен, шокированный происходящим, продолжал наблюдать за парой дерущихся мьерок. Тайрин играла с Хиант словно с гуттаперчевой куклой. Хиант окончательно перестала анализировать происходящее и попыталась напасть на Тайрин со спины, но противница грациозно присела на пол и с разворота вытянутой ногой сбила Хиант с ног. Это было еще не все: Тайрин схватила обезумевшую на лету за руку и, заломив ее, заставила Хиант стать перед ней на колени. Прислонившись к ее спине, Тайрин зашипела:

– Если еще когда-нибудь ты посмеешь оставить на моем теле следы, я переломаю тебе все пальцы.

После этих слов она небрежно оттолкнула противницу от себя и выпрямилась в полный рост.

***

Дамьен приблизился к любовнице, но помогать ей подняться с пола не стал. Это удивило Тайрин, ведь он вроде как должен был ту защищать.

– Запри ее! Запри! – кричала разъяренная Хиант. – Я не останусь с ней в одном доме!

– Тогда тебе придется его покинуть, – спокойным тоном ответил Дамьен. – Она победила в честном поединке. Прими это и сядь за стол.

– Она оскорбила меня! Унизила! Ты простишь ей такое?

– А почему я вообще должен ее прощать? – ответил Дамьен, поворачиваясь к Хиант и с презрением глядя на нее. – Она ничего тебе не сделала, только защищалась, в то время как ты, вопреки правилам, набросилась на нее без оглашения поединка. Ты же одна из Посвященных, ты знаешь правила!

***

Хиант ничего не ответила, только злорадно усмехнулась и, поднявшись с колен, уперлась головой ему в спину, словно прося прощения перед своим Повелителем. Такое поведение, похоже, возмутило Дамьена. Может, он никогда не позволял своим любовницам ничего подобного?

– Я признаю ее победу, дорогой. Ты абсолютно прав, я слегка перегнула палку, – вымолвила Хиант и, «отклеившись» от своего Повелителя, направилась обратно к столу.

Тайрин наблюдала за этой сценой молча. Внешне она казалась абсолютно спокойной, но внутри нее бушевала буря. Столько эмоций за один день? Просто невероятно! Она жила в замкнутом бесчувственном пустом мире столько лет! Но когда она увидела, как Хиант прикасается к Дамьену, что-то внутри оборвалось и стало невыносимо вообще смотреть на них. Невыносимо и мерзко в одно и то же время. Она вдруг представила некоторые сцены интимной близости этого мужчины со своей любовницей, и мерзость переросла в ярость.

Дамьен приблизился к Тайрин и приподнял ее подбородок. Она не посмела отбросить его руку и молча повернула голову, как он того хотел.

– Ты отомстила за свои синяки. Мне очень жаль, но ты сама во всем виновата.

– В чем же я виновата? – с вызовом спросила Тайрин.

– Ты могла не врать мне и сразу дать отпор Хиант.

– А ты мог бы не везти меня сюда.

Он отпустил ее подбородок и, не ответив на реплику, задал новый вопрос:

– Что с твоими глазами?

– Это врожденное, – ответила она.

– Ты слепнешь?

– Я не слепну.

– И у тебя хорошее зрение? – не унимался он.

– У меня прекрасное зрение и цвет моих глаз никак не повлиял на мою способность видеть, – не без раздражения ответила Тайрин.

Если бы Тайрин знала, почему его интересуют подобные вещи, она бы искренне рассмеялась Дамьену в лицо. Но самого Дамьена данный вопрос тревожил, ведь его избранница должна была быть слепой. Выбросив из головы неприятные мысли, он пригласил пленницу к столу, даже не обратив внимания на стоящую за ее спиной собственную сестру. Лой на это не обиделась и прошла к отведенному ей месту самостоятельно, без приглашения.

Усевшись напротив Дамьена, Тайрин поняла, что аппетит у нее пропал. Она поковыряла ложкой фрикадельки в супе, едва сделав несколько глотков бульона, затем так же поковыряла горячее, только ножом и вилкой, а когда подали десерт, она вообще не стала ничего ковырять, решив оставить несчастное пирожное в покое.

– Ты практически ничего не ела, – заметил Дамьен.

– В обществе «особо приятном» у меня аппетит иногда пропадает, – парировала Тайрин.

– Возможно, тебе привычней есть среди крыс в подвале?