End War

— Кстати, а как там у имперцев «Королева Солнца» поживает? — сразу же спросил тезка.

Охэйо улыбнулся.

— Недавно запущена. И экипаж уже на параллельную Империю дивится, где ни о каких мьюри и Аниу не слышали, не говоря уже о Богомолах и разных прочих ужасах.

— А как управление Зонами на Мроо повлияет? Если захваченные системы в них купать? — спросил Лэйми.

— В Медленной Зоне у них гипер отрубится, естественно, — ответил Охэйо. — В Безмысленной Бездне сознание тоже отрубится. Но беда в том, что всё, что меньше матоида — оно, по сути, не разумное, и ему на ту Бездну пофиг. Вот если сам матоид в неё поймать — то может и сдохнуть, вместе со свитой, которой иногда там очень много.

— А почему тогда нет такого?

Охэйо вздохнул.

— Мэйат просто нет дела: Кормушки-то это не задержит, да и матоиды с Йалис– генераторами — тоже. Тут всё зависит от того, как процесс пойдет. Может, уже нам придется со всем этим разбираться… серьёзным способом, и бить гадов так быстро, как они туда лезут.

— А с какой скоростью Мроо могут строить новые корабли, крейсеры там и прочее? — спросил тезка.

Охэйо зевнул.

— Довольно быстро. На самом деле, они вообще эти штуки не строят, они от матоидов почкуются.

Лэйми тоже зевнул. Спать ему по-прежнему хотелось.

— Ну и что мы тут будем делать?

— А ничего. Сарьют не слишком быстро собираются. Ждем пока… ведем разведку. Можно же запустить кучу линков и смотреть. Ну и что, что Медленная Зона?

— И что видно? — тут же спросил тезка. — Туда какого уровня Мроо лезут?

— Не самого высокого пока. Йалис у них, к счастью, нет, но боевые корабли имеются. Посмотрим… Ага!

Пространство вокруг Лэйми вновь… раскрылось. Он увидел бездонную черноту пространства. В ней, далеко друг от друга, висели зеркальные конструкции, похожие на плоские розы с острыми, изогнутыми спиралью лепестками. В центре каждой зияла огненная шахта, окруженная двойным венцом изогнутых шпилей, сзади — сияло кольцо дюз, состоящее из спиральных сегментов. С другой стороны к ним плыли уже знакомые ему плоские симметричные штуки со множеством изогнутых рогов, овальной сияющей «пастью» и зыбкими огненными пятнами дюз или излучателей — крейсеры или разведчики Мроо.

Пространство вокруг Лэйми раскрылось ещё больше, — это был уже не омнивизор, а полноценный су-мунн. Теперь он не только видел, он чувствовал зыбкость, и, в то же время, неодолимое стяжение бозонной плазмы в кораблях Мроо, их холодное, враждебное внимание, бездушную бдительность зависших впереди Охотников Аниу, их сверхплотную кристаллическую твердость, жаркое пламя их сердец-реакторов… Живых существ тут не было, — лишь далеко позади их строя парило несколько узких зеркальных пирамид с восемью уступами — кораблей Аниу, не столько управлявших, сколько наблюдавших за сражением — Охотники имели автономное интеллектронное управление.

Мроо первыми открыли огонь — их «глаза» вдруг вспыхнули ослепительно ярко, и космос пронзили пучки когерентного гамма-излучения, незаметного, конечно, в пустоте, — но сейчас Лэйми видел даже казавшийся неспешным полет спрессованных в таранные копья квантов. Достичь целей они всё же не смогли. Пространство вокруг Охотников вдруг напряглось и исказилось — ага, гравиметрический щит! — и смертоносные копья радиации, рассеиваясь, бесцельно понеслись в пустоту. Какая-то её часть пробилась сквозь защиту, — но частью отразилась, частью поглотилась сверхплотной квантово-кристаллической броней.

Мроо дали второй залп, потом третий, — но безрезультатно. Основное их оружие — осевые W-орудия, разрушавшие ядерную структуру материи, — на такой дальности были бесполезны. Но противники сближались очень быстро, и бой — как и любое сражение в космосе — оказался коротким.

Охотники вновь прикрылись гравиметрическими щитами, на сей раз, невероятно плотными — казалось, что само пространство затвердело. Тоже в форме куполов, но уже обращенных наружу, словно направленные на Мроо рефлекторы. Да это и были рефлекторы — пространство в фокусе каждого начало вдруг… прогибаться, открывая стремительно углублявшиеся воронки в Хеннат, Внешний Хаос за границей Мультиверса, — туда, где сам вакуум кипит от непрерывных флуктуаций энергии. Воронки дошли до самого дна, начальный хаос и реальность сомкнулись…

И пространство в фокусах зеркал вскипело от сил, искажавших саму структуру метрики. Отразившись от них, ударная волна обрушилась на Мроо… и в тот же миг всё кончилось: их крейсеры превратились в огромные огненные шары. Ни бозонные, защищавшие от физических атак, ни высокочастотные поля, защищавшие от излучения, не помогли им ничуть: вакуумная ударная волна просто не заметила их, разнося саму материю в клочья. Она не накрыла всех кораблей Мроо, — те шли рассредоточенным строем, — но от него осталось чуть больше половины. Уцелевшие развернулись и на предельном ускорении помчались прочь. Охотники не смогли настичь убегающих. Вскоре пространство опустело. Битва кончилась.

— У-ф-ф… — выдохнул Лэйми, вернувшись в реальность. Сейчас он понял, что видение заняло какую-то пару секунд, — хотя, по ощущениям, прошли, как минимум, минуты. Ну да — ускоренное восприятие или «разгон психоматрицы», как говорил ему Охэйо — но, всё равно, такие вот способности немного пугали его. Он не чувствовал себя готовым к ним. — Вроде, всё не так плохо?

— Где как, — хмуро сказал Охэйо.

Пространство вновь… раскрылось, и Лэйми увидел…

Несколько громадных восьмикилометровых кораблей — кораблей-миров Аниу — медлительно поворачивались, стараясь поймать атакующие корабли Мроо в прицел осевых орудий. Но те даже не пытались сближаться, всё время маневрируя и запуская миллионы Собирателей. Те колоссальным роем неслись к цели, просто игнорируя огонь бортовых орудий Аниу — немногочисленные и рассчитанные лишь на борьбу с равными по классу кораблями Богомолов, они оказались бесполезны против тучи атакующей мелочи.

Аниу запустили свои истребители — похожие на зеркальные пули, — но их осевые лазеры оказались бессильны против могучих полей Мроо, а вот плазменные орудия Собирателей, несмотря на внешнюю свою примитивность, обладали, как оказалось, чудовищной мощью: первое же их попадание становилось для истребителя и последним. Те, к счастью, тоже оказались беспилотными — но, всё равно, уступали Собирателям в маневренности. Это был не бой, а побоище — Собиратели и числом превосходили истребители Аниу многократно, и смели их буквально в считанные минуты. Ни один из истребителей не уцелел.

Перестроившись, Собиратели возобновили атаку. Аниу сопротивлялись изо всех сил — пространство вокруг их кораблей начало вдруг «раскрываться» воронками в Хеннат, не способными достать до кипящего вакуумного хаоса, но попадавшие в них Собиратели просто исчезали из реального пространства, без малейшей надежды вернуться. Но и это оружие не могло поражать сразу массу целей, — а Собирателей оказалось просто слишком много.

Поняв, что дело неладно, Аниу попытались сбежать, — пространство вокруг их кораблей тоже исказилось, но, чтобы уйти в меж-пространство, таким громадинам нужны были часы. Собиратели огромной тучей налетели на их поля и взорвались — каждый с мощью пяти гигатонн. В черноте космоса вспыхнули ослепительные солнца.

Лэйми попытался прищуриться, но не смог — сейчас он смотрел не глазами. Свет, как оказалось, не так уж и слепил его — здесь, в слиянии, он мог смотреть на свет любой яркости, видеть и различать её, но обзору это не мешало. Мощь защитных полей Аниу была колоссальна, — но это им не помогло. В один миг их корабли превратились в плазму и исчезли.

6

— Вот так это и происходит, — хмуро сказал Охэйо, вернув Лэйми к реальности. — Аниу привыкли воевать с тяжелыми кораблями Богомолов, они не приспособлены к борьбе с таким противником. Симайа, конечно, здорово им помогли: сейчас у Аниу 12 тысяч Охотников, 1269 аналогов Эвергета и 66 аналогов Сверх-Эвергета, но не с Йалис, а с вакуум-ударными генераторами. Без них, как ты видишь, им сразу пришел бы конец. Но вакуум-ударные генераторы есть и у Мроо тоже. Если они туда их перебросят — то…