Ещё не сорваны погоны...

— Симидзу… — Брант на момент умолк. — Ушли в глухую оборону. Законсервировали все официальные точки перехода в окрестностях своих планет. Никто не выходит на связь. Полагаю, там сейчас тоже делят власть.

— Расписки, — сказала Исгерд задумчиво, — они всё ещё у меня. Посмотрим. Может, удастся заинтересовать эту семью.

— Мелберги продают повстанцам корабли. То, что недавно те грабили их транспортные пути, никого уже не интересует.

— С нами они будут торговать?

— Да. Они уже выходили на связь и спрашивали, не интересуют ли нас в сложившейся ситуации поставки нового вооружения.

— Подержи их на связи. Не говори ни да, ни нет.

Исгерд сделала паузу.

— А Волфганг? — в итоге спросила она. — Он осознаёт, что может претендовать на власть?

— По этому поводу ничего сказать не могу. Вы же понимаете, он не станет со мной разговаривать.

Исгерд была вынуждена согласиться.

— Хорошо, — поставила она точку в разговоре, — держите меня в курсе. Я отдам распоряжения об организации дня траура. Там со всеми и переговорю. Всегда надеялась, что политика останется от меня в стороне. Но кто-то должен собрать осколки Республики и навести в Гесории порядок. Пусть лучше это будем мы.

??????????????????????????

Ролан некоторое время колебался, прекрасно осознавая, что отправляться за пределы полностью контролируемых повстанцами секторов на личном транспорте сейчас — крайне рискованный шаг. Хотел он или нет, но будущее Гесории оказалось завязано на нём.

И в то же время ограничивать себя в передвижениях, пользоваться гвардейским эскортом и прочим образом подчёркивать свой статус он не привык. Потому после долгих размышлений решил взять с собой Колина и отправиться на встречу с Реганом вдвоём.

Ролан не понимал до конца, что настораживает его в сообщении старого соратника, но просто так пускать Хинеса на Астеру не хотел. Потому для начала встреча была назначена в нейтральной зоне, чтобы прощупать почву.

— Если спросишь меня, — произнес Колин, когда они уже очутились на корабле вдвоём, — это самый идиотский из возможных ходов. Если Реган предатель — то что может быть более выгодным, чем выманить тебя?

— Движение не умрёт вместе со мной. Напротив: казнят меня — и у повстанцев появится ещё один мёртвый герой.

— Ключевое слово тут: ещё один. Герой у них уже есть. Теперь им нужен командир.

Ролан повёл плечом, не желая продолжать разговор.

Он не спал всю ночь. Просматривал предложения о новом законодательстве — но сдался на триста пятидесятой странице и просто поставил свою резолюцию в конце.

— Я не просился в командиры, Колин, — вместо этого негромко сказал он.

— Да ты вообще никуда не просишься, — хмыкнул Колин, — приходишь сам, зови или не зови.

— Лучше расскажи, как у нас идут дела, — предложил Ролан. В последнее время он настолько погрузился в разработку военных мероприятий, что вещи более будничные от него ускользали.

Колин помрачнел.

— Даже не знаю, с чего начать, — он помолчал, — Мелберги предложили сделку. Цены вполне приемлемые.

По этому поводу у Ролана были некоторые сомнения.

— Я всё ещё не уверен, что хочу покупать корабли именно у них. Стража разбирается в их устройстве от и до. С Симидзу связаться не удалось?

— Удалось. Коджи Симидзу, племянник прежнего главы, готов обеспечить нам поставки прямо сейчас… Причём речь идёт не о тех «Тяньгунах», которые они продают всем подряд. По его словам, у них есть ряд экспериментальных разработок, которые они готовы отдать только нам… В обмен мы должны поддержать его в борьбе за власть.

— Что он из себя представляет?

— Я проверил его биографию, насколько мог. Считаю, он нам подойдёт. Юки, кстати, о нём рассказывала. Думаю, она была бы рада этому выбору.

На некоторое время наступила тишина. Ролан погрузился в воспоминания о подруге, которую потерял. Не считая деда, Юки была, пожалуй, единственной, кого он знал настолько хорошо, чтобы полностью доверять, и кто теперь отправился к Ветрам.

— Впредь будем предусмотрительней, — вслух пообещал он. — Ты сам разговаривал с семьёй?

Колин кивнул.

— Отец за нами не пойдёт. Но я смог связаться с одним человеком… его зовут Донован Макалистер. За ним последует значительная часть кланов. И он хочет нам помочь.

— Что он просит взамен?

— Ничего. Разумеется, он рассчитывает, что в новом правительстве будет представлена его ветвь. Но в целом он просто ненавидит тот порядок, который нам навязала Эклунд… Честно говоря, я бы держал с ним ухо востро. Как бы и новый порядок не начал его раздражать.

— Хорошо. Полагаю, на Рейнхардтов рассчитывать не приходится… — Ролан замолк, мгновенно вспомнив Волфганга. И только спустя пару минут спросил: — Новый князь уже прошёл инаугурацию?

Колин не сразу понял, о ком речь, а сообразив, ответил:

— Нет. Что-то у них там неладно. Но ты же понимаешь… Рейнхардты никогда не вступят в союз с Краузом. Тем более с возомнившим о себе так много… как ты.

Оба старательно обходили стороной главный вопрос, хотя и было предельно ясно, что его необходимо обсудить. Колин все-таки затронул и его:

— Насчёт Краузов пока ничего неизвестно. Было бы лучше, если бы ты сам вышел с ними на связь.

Ролан качнул головой.

— Я не вернусь в Дом. Ты не понимаешь, Колин. Это значит признать, что мы ничего не собираемся менять… просто поменяем местами нескольких консулов и вельмож, а жизнь в Гесории вернётся в свою колею.

Колин приоткрыл рот, словно хотел сказать что-то ещё, но не успел.

— Подлетаем, — произнёс он, указывая на экран. Обзор уже почти целиком заслонил стыковочный отсек.

Реган ждал их в баре на небольшой космической станции, служившей перевалочным пунктом между шахтёрским городком и большими вратами для пассажирских судов.

Увидев его издалека, Ролан кивнул, подавая Колину знак остаться у входа — на случай, если что-нибудь пойдёт не так. А сам подсел к Хинесу.

Колин стоял, привалившись к стене плечом, и разглядывал посетителей бара. Не похоже было, что Реган привёл кого-то с собой, и через несколько минут он подал Ролану сигнал на коммуникатор.

Тот тут же ответил: «Иду». Он и в самом деле поднялся из-за стола, подошёл к Колину и остановился напротив. Взгляд его выражал странное, абсолютно не свойственное Ролану беспокойство.

— Что? — спросил Колин.

— Он говорит… что мой брат жив.

Колин вскинулся. Прищурился. Бросил на Регана быстрый взгляд.

— Это чушь, — тихо проговорил он, так чтобы не мог расслышать никто из стоявших рядом, — я же видел, как ты его…

— Говорит, что знает, в какой больнице тот лежит. Серая Стража следит, чтобы эта информация не расползлась за пределы дома. И ещё… Реган предлагает его добить. И заявить свои права на власть. Не только в Доме Краузов — но и в Гесории вообще.