«Если», 2002 № 02

Перебирая разнообразные варианты Империи будущего, этот мыслитель примеряет их на матушку Россию. Вот исламская империя (по-михайловски). Вот тоталитарно-рокерская (по-плехановски). Вот этическая (по-рыбаковски). Вот маго-эзотерическая (по-крусановски). Вот конфуцианская (собственно, «по-заячьи»). А вот и наиболее привычный для расейского сознания вариант. Бог весть, как до него не додумались раньше — ведь вроде бы лежит на поверхности! Ислам, конфуцианство и тому подобное — все-таки по большей части импорт. В романе «Из Америки — с любовью» предлагается экспорт: православие, самодержавие и народность от Варшавы до Аляски. Несогласные воюют, разумеется, но безуспешно. Альтернативная ветвь мировой истории берет начало в царствовании Николая II, государя слабого, но однажды догадавшегося передать престол в более крепкие руки…

Россия в таком варианте — не особенно комфортабельна. Несъедобные пельмени, недостаток современной вычислительной техники, обилие недовольных среди молодежи, море разнообразных террористов-ризалистов-бомбистов-сепаратистов… Но, в общем, жить можно. Таланты находят себе применение, государственная машина работает без особых сбоев, купцы богатеют, всяческая литература — творится… В конечном итоге, люди уважают страну, в которой живут. Ход, между прочим, достаточно свежий. Где еще сыщешь утопию, подтверждающую свое право на существование через процентовку: не все там гладко, как положено в утопиях, а примерно тридцать на семьдесят в сторону плюс. Или сорок на шестьдесят. Зато быт через призму этой самой процентовки выглядит куда более правдоподобно, чем все медитации на тему конфуцианского или, скажем, мусульманского рая. В романе содержится явный избыток батальных сцен. И еще более очевидный избыток публицистических пинков по США. Поздновато, по чести сказать… Несмотря на это, книга вряд ли пройдет незамеченной. Тут есть о чем подумать и поспорить.

Дмитрий Володихин

Алекс ОРЛОВ

ЛОВУШКА ДЛЯ ЗМЕЙ

Москва: Армада — Издательство Альфа-книга, 2001. — 439 с.

(Серия «Фантастический боевик»).

22 000 экз.

________________________________________________________________________

На протяжении трех романов — «Судья Шерман», «Представитель» и «Ловушка для змей» — Алекс Орлов «обкатывает» одну и ту же идею. Эта идея чем-то сродни теории «пассионарности» Льва Гумилева. Гумилевские суперэтносы-цивилизации складываются, выживают и приходят к триумфу усилиями «пассионариев» — людей, в которых заключена то ли некая космическая энергия, то ли благодать, то ли знаки божественного предназначения. У покойного Гумилева «пассионарии» составляли целый слой, ведущую группу народа. Хотя Орлов представляет читателям похожую схему, у него «ведущий», иными словами, избранник неких потусторонних сил, — всегда один. Ну, от силы, полтора, — главный персонаж, а также его друг и помощник, тоже кое-чем наделенный, хотя и рангом пониже. Во всех случаях «ведущие» самым серьезным образом меняют лицо мира. Мирят народы, создают цивилизации, перекраивают карту… Избранники, как правило, очень долго не знают о собственном высоком предназначении. Они все еще пребывают в неведении, а силы, несоизмеримые с возможностями обыкновенного человека, уже ведут за них бой.

Так, главный герой романа «Ловушка для змей» и его друг попадают в иной слой реальности. Туда, где мощь каждого существа зависит от его способности создавать иллюзии для других и преодолевать иллюзии, созданные другими. Это мир торжествующих условностей, мир, где игра в реальность полностью подчинила себе действительность, а самой игрой заправляют до крайности немилосердные манипуляторы. Друзья прошлись по нему, как два рубанка по нежной полировке, или, если угодно, два броневика по полю, на котором выстроились картонные солдатики. Ордена полулюдей-полумашин и кланы темных магов боролись за контроль над их странной и слабо прогнозируемой силой. Между тем два пришельца из нашей реальности крушили вокруг себя все, что можно, наподобие слонов в посудной лавке, не желая ни высоты, ни власти, а стремясь лишь выбраться из странного мира к себе домой.

Кто или что вызвало их для совершения этой жутковатой программы, остается невыясненным. Собственно, весь узор их приключений «с высоты птичьего полета» может быть оценен примерно так: нечто могущественное с самых верхних слоев реальности, абсолютно непознаваемое в условиях нашей «глубины», запустило жука в муравейник. Организовало сокрушительную экспедицию двух чудаков в преисподнюю. И, вероятно, изрядно позабавилось, наблюдая за тем, какой уморительный ералаш поднялся в аду…

Дмитрий Володихин

Юлий БУРКИН

ЗВЕЗДНЫЙ ТАБОР, СЕРЕБРЯНЫЙ КЛИНОК

Москва: ЭКСМО-Пресс, 2001. — 480 с.

(Серия «Абсолютное оружие»).

13 000 экз.

________________________________________________________________________

Когда писатель чувствует, что ему нечего сказать читателю, он начинает петь или декламировать стихи. Благодаря этому он может довольно долго удерживать аудиторию. Вот только к писательскому ремеслу это уже не относится.

Среди любителей фантастики Юлий Буркин широко известен как рок-бард. Его выступления на конвентах, непревзойденное умение рассказывать истории и стремление выпускать свои книги в паре с записями на звуконосителях принесли ему заслуженную славу в фэндоме. Вот только нужно иметь в виду, что читатель знакомится с книгой в одиночку, без авторского надзора.

Неоднократно отмечалось это свойство всей «тусовочной» литературы: лишенная «эффекта присутствия», авторской интонации, силы голоса и аккомпанемента, она сразу жухнет, теряет силу и становится безынтересна. Живая речь погибает в книжном тексте. Именно это произошло в рецензируемом романе. Здесь есть, конечно, некий сюжет, призванный вовлечь читателя в путешествие по страницам. В XXV веке вокруг престола Российской межпланетной империи возникает интрига: одна из фракций, намеренная свергнуть царствующего Рюрика, извлекает из прошлого филолога-барда Романа Безуглова, который оказывается единственным наследником дома Романовых. Его немедленно крадут межзвездные цыгане, и он несколько лет кочует с табором, обзаводясь семьей и наследником — будущим императором. Рюрик оказывается инопланетянином-отщепенцем, и борьба с ним, сплотившая все здоровые монархические силы, завершается неизбежной победой.

Вот только речь не идет об иронии или пародии. Упомянутый сюжет представляет собой всего лишь оболочку для многочисленных стихов, баек и историй из жизни, которыми по воле автора переполнен текст. Рыхлый сюжет выполняет роль конферансье: «А теперь, уважаемые читатели, вашему вниманию предлагается опус № 126!»… Иные фрагменты действительно любопытны — например, рассказ об опере «Чапаев и Пустота» в многозальном театре будущего. Также хочется особо отметить вставные новеллы о звездолетах женского пола, принадлежащие перу А. Богданец. Но большая часть фрагментов откровенно скучна, наивна и годится лишь для застолья. В отсутствие хорошего сюжета и серьезного замысла никакие аттракционы вроде троекратного убийства Семецкого не способны спасти положение.

«Самая неказистая моя книжка», — скромно признается автор. По крайней мере — честно.

Сергей Некрасов

ТРИ ДАРА ЛЕСТЕРА ДЕНЬ РЕЯ

Именно в 40—50-е годы XX столетия фантастика как «литература предвидения будущего» заявила о себе во весь голос. Однако в классической НФ того времени Идея довлела над Словом и Образом, предлагая наряду с художественной разработкой темы блестящие интеллектуальные находки.

Это в полной мере можно увидеть в сочинениях Лестера дель Рея — обладателя самого длинного имени в НФ: Рамон Фелипе Сан Хуан Марио Силвио Энрико Смит Хиткурт-Брейс Сиерра и Альварес дель Рей и де Лос-Вердес (1915–1993). Этот выдающийся автор, чей сборник «Звездная полиция» увидел свет в АСТовской серии «Классика мировой фантастики», был известен у нас значительно меньше, нежели того заслуживал. Конечно, отечественные любители НФ помнят рассказ дель Рея «Крылья ночи», опубликованный в СССР в 1969 году и неоднократно переиздававшийся впоследствии. Через девять лет, в 1976 г., был напечатан знаменитый рассказ о девушке-андроиде «Елена Лав» («Хелен О’Лой») плюс еще несколько коротких новелл. Хотя дель Рей был далеко не таким заметным и плодовитым писателем, как другие «птенцы гнезда Кэмпбел-лова», в сознании многих американцев именно его НФ-произведения для детей — «Затерянные на Марсе» (1952), «Ракетный жокей» (1952), «Таинственная планета» (1953), «Нападение из Атлантиды» (1953), «Битва на Меркурии» (1953) — стали образцом так называемой «пионерской фантастики», ассоциирующейся с духом кэмпбелловской школы.

Рамон дель Рей родился 2 июня 1915 года в Кпайдсдейле, штат Миннесота. Рано потерявший мать и росший в семье фермера-бедняка дель Рей провел детство почти в нищете. Как писал Ж. Садуль в «Истории современной научной фантастики»: «В двенадцать лет, после окончания начальной школы, отец разрешил ему работать в бродячем цирке, и это был первый раз в его жизни, когда он смог досыта наедаться каждый день». Позже Рамон дель Рей переменил десяток профессий и одно время даже сотрудничал с бутлегерами. Воспоминания о голодном детстве, видимо, преследовали американского автора до конца жизни, поэтому он так и не стал профессиональным писателем. Ненадежной стезе «просто сочинителя» дель Рей предпочел карьеру «редактора, иногда еще пишущего и собственные книги».