«Если», 2012 № 04

Лукавили классики, ой, лукавили! Автор и не может дать полное описание того, как выглядит каждый персонаж, иначе текст перестанет быть художественным и превратится в нечто другое. Условности жанра требуют от читателя умения — и желания — самому восполнять визуальные лакуны и достраивать книжный мир до приемлемой степени реальности.

Значит, можно сказать, что главная разница между книгой и фильмом кроется в задачах, которые они ставят воображению зрителя (он же читатель). Зритель может, хотя и не обязан, воспринимать информацию пассивно. Если же читатель откажется от активного участия в тексте, то его ожидают частично одетые люди, которые совершают разрозненные элементы действий посреди фрагментарно существующего мира. Чтобы получить удовольствие от книги, читателю необходимо стать ее соавтором!

Приятно узнать, что читатели журнала «Если» в абсолютном большинстве люди с тренированным воображением, и их эта перспектива не страшит, а привлекает.

Фантастический жанр между тем добавляет остроты соперничеству фильма и книги, а мы ведь говорим именно о фантастике. Компьютерные спецэффекты позволяют показать в ярких подробностях то, чего зритель никогда не видел в натуре: Терминатора, Чужих, Матрицу, Звездные войны… Список уже весьма немаленький и продолжает расти. Вряд ли кто-то, не кривя душой, станет утверждать, что его персональное воображение способно нарисовать все эти картины без подсказки с экрана.

Итак, дано: понравившийся зрителю фантастический фильм, в основе которого лежит литературное произведение. Станет ли зритель еще и читателем?

Подавляющее большинство участников опроса ответило «Да!», что, безусловно, делает честь нашим любителям фантастики.

Среди причин, которые способны подтолкнуть благодарного зрителя к прочтению исходного текста, больше трети от общего числа опрошенных назвали желание сравнить замысел автора книги с идеей режиссера фильма. Это действительно любопытно: взглянуть, как разные творцы преломляют под углом собственной индивидуальности одну и ту же историю, разыгранную в одних и тех же декорациях. Ну, приблизительно одну и ту же, ведь порой режиссер уходит далеко от литературного первоисточника. Иногда в таких случаях честно указывают «по мотивам».

А вот 28 % ответивших на анкету прочтут книгу, чтобы узнать подробности, которые не попали в фильм. Логично. Даже если в основе киноленты был короткий рассказ, из текста можно почерпнуть дополнительную информацию. А уж если фильм снят по роману, и говорить не о чем.

И дело даже не в том, что с книгой читатель может провести гораздо больше времени, чем перед экраном, а при желании вернуться к любой странице и перечитать ее. Литературный текст показывает читателю мысли и чувства героев изнутри, дает обоснования их поступков, чертит логическую линию событий и расставляет вехи, отчего рассказанная в книге история предстает связной и законченной. И если читателю приходится напрягать воображение, представляя то, что на экране демонстрируют «за так», то зрителю взамен достается работенка домысливать логику сюжета и характеров, пунктирно показанных в ключевых сценах и символических моментах. Иногда только прочтя книгу, можно понять, что именно произошло в некотором эпизоде фильма и почему.

Но ведь 19 % участников опроса пошли еще дальше! Они собираются прочесть литературное произведение, чтобы разыграть в воображении свою «режиссерскую» версию истории, увиденной на экране. Вот это творческий подход! Текст и впрямь дает читателю больше свободы, чем фильм — зрителю, но этой свободой нужно уметь пользоваться. Столько потенциальных творцов — это больше, чем можно было ожидать.

В силу тех или иных резонов отказались прочесть исходный текст понравившейся им киноленты 17 % опрошенных. Среди них 5 % зрителей отпугивает от книги уже известный им финал. Что ж, определенная логика в этом есть. Существуют люди, которые не перечитывают книги и не пересматривают фильмы; им достаточно одного раза, даже если история пришлась по душе.

Но есть и загадочная для меня категория зрителей, которые согласны повторно увидеть кино, однако за текстом не потянутся. Может быть, они вообще не любят читать? Таких оказалось меньшинство, всего 3 %. Еще 5 % респондентов считают, что книга окажется тусклой по сравнению со спецэффектами фильма. Очень самокритично, ведь яркость восприятия текста зависит от воображения читателя.

И напоследок ответ, против которого я надеялась увидеть цифру «ноль». Но нет, 4 % любителей фантастических фильмов не хотят портить текстом впечатление от кинопросмотра. Мне их жаль, что тут еще скажешь? Остается радоваться тому, что они хотя бы фильм посмотрели.

А в целом, как видите, картина оптимистичная. Любители хорошей кинофантастики оказались в подавляющем большинстве неравнодушны и к фантастике литературной. И значит, фильм книге вовсе даже не соперник, а союзник и товарищ.

В завершение я хочу привести лишь некоторые пары «фильм — текст», в которых каждая из составляющих обрела статус классики жанра: «Сталкер» А.Тарковского (1979) — повесть «Пикник на обочине» А. и Б.Стругацких (1972); «Вспомнить всё» Пола Верховена (1990) — рассказ «Из глубин памяти» Филипа Дика (1966); «Иван Васильевич меняет профессию» Л.Гайдая (1973) — пьеса М.Булгакова «Иван Васильевич» (1935); «Сияние» Стэнли Кубрика (1980) — роман «Сияние» Стивена Кинга (1977); «Иствикские ведьмы» Дж. Миллера (1987) — роман «Иствикские ведьмы» Дж. Апдайка (1984); «Нечто» Дж. Карпентера (1982) — рассказ «Кто там?» В.Кэмпбелла-мл.; «Бегущий по лезвию» Ридли Скотта (1981) — роман «Снятся ли андроидам электроовцы?» Филипа Дика (1968).

Да, одну историю можно рассказать разными способами.

И фильм, и книга хороши по-своему.

Тем лучше для зрителей и читателей!

Анна КИТАЕВА

Курсор

Джоан Роулинг, самая успешная писательница современности, заключила контракт на новую книгу с издательством Little, Brown and Company. И это отнюдь не подростковый роман. Роулинг признается, что при написании поттерианы она обрела «свободу исследовать новые жанры».

Полных тезок, а также потомков Корнелия Ивановича Удалова и Николая Ивановича Ложкина намерены разыскать в Вологде поклонники Кира Булычёва. Акция приурочена к сорокалетию со дня выхода первого сборника рассказов «гуслярского цикла». И хотя прототипом вымышленного городка Великий Гусляр является Великий Устюг, Булычёв признавался, что фамилии своих главных героев он позаимствовал из «Адресной книги города Вологды» за 1913 год. Книгу подарили местные краеведы во время визита фантаста на Вологодчину.

«Я убил Адольфа Гитлера» — этот норвежский комикс, автор которого скрывается под псевдонимом Язон, взялась экранизировать американская Studio Eight. Герою фильма — наемному убийце заказывают… Адольфа Гитлера. На машине времени он отправляется в прошлое выполнять это поручение. Но всё идет не так, и Гитлер сам попадает в будущее. Сценарий фильма пишет Ди Си Уокер.

«Хранитель времени» Мартина Скорсезе вполне мог претендовать на большой «оскаровский урожай» — ведь речь в картине идет об истории кино и великом Жорже Мельесе. Однако в главной номинации «Лучший фильм» фантастическая история мальчика Хьюго уступила немой французской ленте «Артист». Зато фильм Скорсезе отыгрался во второстепенных номинациях, сравнявшись с «Артистом» по общему количеству статуэток — пять. «Хранитель времени» стал лучшей операторской работой и работой художника-постановщика, использовал лучшие визуальные эффекты, звук и звуковой монтаж. Остальной фантастике не повезло: только «Ранга» признали лучшим полнометражным мультфильмом, но анимационные работы и так почти все фантастические.

Идея Артура Кларка, популяризировавшего разработку советского инженера Юрия Арцутанова — лифт на орбиту, похоже будет реализована в ближайшем будущем. Несколько лет назад о работе над космическим лифтом объявляло НАСА, однако проект почти заглох. И вот за дело взялись умеющие добиваться поставленных целей японцы. Корпорация Obayashi планирует к 2050 году построить станцию и связать ее с Землей космическим лифтом, на котором станут поднимать на орбиту туристов. Промежуточная космическая станция будет находиться на геостационарной высоте в 36 тысяч километров над поверхностью Земли. Ее свяжут с планетой тросами из углеродных нанотрубок во много раз прочнее металла. Путешествие со скоростью 200 километров в час займет неделю. Еще одна станция-«противовес» планируется на высоте 96 тысяч километров и займется исключительно космическими исследованиями: туристов туда не пустят. К масштабным проектам корпорации не привыкать — именно она строит сейчас самое высокое шестисотметровое здание Японии Tokyo Sky Tower.