«Если», 2012 № 10

— А я считаю, что нужно.

И он поведал о своем мире, описал ту грозу, упомянул и о замеченных позднее переменах, и о версии лейтенанта Гаррета.

— Теперь мы совершенно не представляем себе, как вернуться домой. А если все же найдем способ, то обязательно им воспользуемся. Свой долг я выполню до конца.

Фрейя, к его удивлению, не выразила никакого скепсиса. Она даже понимающе кивнула.

— Молнии, говорите? В былые времена они назывались огненными письменами, так Свет начертывает свою волю на небосводе, и нечасто удается нам прочесть его послания. Молнии унесли вас из вашего мира, но ради чего — это может так и остаться загадкой. — Она вздохнула. — Кавалерия дважды спасла Астеру и на годы обеспечила нам спокойную жизнь. Значит, вы уже сделали немало. Возможно, при вашем содействии мы объединим силы с другими городами и подарим этой земле мир, какого не бывало со времен империи. Я понимаю, что такое долг командира. Если Астера способна помочь вашему отряду с возвращением на родину, мы поможем. Но Свет никогда не пишет свое послание дважды.

— Мы говорим практически об одном и том же, — заключил Бентон и перевел взгляд с утопающей в сумерках прерии на лицо Фрейи.

Она улыбнулась и ласково дотронулась ладонью до его лица.

— Какова бы ни была воля небес, Астера — ваш дом, и так будет всегда.

Послесловие

Хотя историческую память о «Расправе над Бентоном» затмили такие события, как «Резня Феттермана» в 1866-м и «Последний бой Кастера» при Литтл-Бигхорне в 1876-м, она какое-то время будоражила общественный интерес, да и по сей день остается интригующей загадкой.

Четвертого октября 1870 года рота 5-го кавалерийского полка под началом капитана Улисса Бентона покинула форт Харкер. Ей предстояли вполне рутинные учебные маневры к юго-западу от места постоянной дислокации. Б назначенный срок рота не вернулась, и ни одна попытка найти капитана Бентона и его подчиненных не увенчалась успехом. Жившие поблизости индейцы утверждали, что ничего не знают об их судьбе. Официальное расследование сделало единственный приемлемый вывод: целая рота была истреблена, а трупы и снаряжение надежно спрятаны. С тех пор не обнаружено ни единого следа пропавших кавалеристов.

Перевел с английского Геннадий КОРЧАГИН

Повесть впервые опубликована в журнале «Analog» в 2010 году.

Критика

Глеб Елисеев Попадать — так вместе!

Считать, что «попаданческие» истории — характерный (и частенько унылый) атрибут фантастики наших дней, не совсем правильно. Строго говоря, вообще все персонажи НФ, не по своей воле угодившие на другую планету, в иные реальность или время, являются «попаданцами». Но нас интересуют не отдельные личности, а группа людей, оказавшаяся в иной истории.

Одну из самых знаменитых историй о путешественниках поневоле создал еще Жюль Верн в 1877 году, выпустив роман «Гектор Сервадак». Французский фантаст описал очередную космическую катастрофу, когда случайная комета хоть и не разнесла вдребезги Землю, но все же слегка царапнула по ее поверхности, унеся с собой в космическое пространство часть средиземноморского побережья, а заодно капитана штаба французских войск Гектора Сервадака, его денщика и русскую шхуну «Добрыня». Позже выяснилось, что комета прихватила и британский порт Гибралтар вместе с его гарнизоном. Невольным обитателям кометы пришлось не только обустраивать жизнь на новом месте, но и вступить в конфликт с англичанами.

Впрочем, Жюль Верн не стал слишком уж мучить своих героев: когда комета вновь сблизилась с Землей, персонажи соорудили из парусов воздушный шар и благополучно вернулись на родную планету.

Французский фантаст в этом романе опробовал сразу два сценария развития действий с условным названием «пропавший отряд». Вариант № 1: в другом мире или ином времени оказывается сплоченная, организованная группа, спаянная общей дисциплиной либо едиными интересами (в данном случае — экипаж «Добрыни» и английский контингент на Гибралтаре). Вариант № 2: в другую реальность перебрасывают целый кусок земной территории, мини-социум со сложившимися традициями. Это пространство для воображения и творческих экспериментов, возможность показать, как меняется общество под влиянием совершенно чуждых внешних обстоятельств, как деградируют и распадаются привычные общественные связи, а на смену им приходит нечто абсолютно новое.

* * *

В длинном списке произведений о «коллективных попаданцах» наименее любопытны и наиболее привычны сюжеты о «случайно заблудившихся». Начало им положил еще Г.Уэллс в романе «Люди как боги»: группка людей была переброшена в результате ошибки в научном эксперименте в параллельный утопический мир. Иногда такими «перебросками» балуются пришельцы, как, например, в «Долине вне времени» Р.Силверберга.

И все-таки чаще в НФ эксплуатируется идея случайного сбоя, произошедшего в самой механике Вселенной. Авторы, как правило, не считают нужным объяснить причину «космической поломки».

Допустим, есть туристическая группа. Что-то где-то пошло не так, и вот уже круизный корабль с беспечными отдыхающими оказывается либо в непонятном диком мире, либо вообще в прошлом, посреди Карибского моря с пиратами и людоедами, как, к примеру, в романе А.Волкова «Командор» («В флибустьерском дальнем море»). Невольными «попаданцами» в иной мир или иное время могут оказаться и ученые («Иноздесь» Р.Хайнлайна, «Кости земли» М.Суэнвика, «Мир без Солнца» А.Калугина), и обычные студенты (А.Фомичев «Пусть бог не вмешивается»), и сплоченные братства ролевиков, как в межавторской серии «Боярская сотня» или в цикле Е.Малинина «Братство конца».

Особое место занимают сюжеты с космонавтами. Обычно это тексты, родственные космическим робинзонадам: вроде летели нормально, а затем вдруг все пошло наперекосяк, да так, что экипажу пришлось приспосабливаться к новой жизни на Марсе («Усталый путник, отдохни» Д.Уиндема), изучать альтернативную Землю («Домой, на Землю» Г.Гаррисона) или параллельную реальность («Звездные берега» С.Слепынина, «Хроновыверт» В.Головачева). Здесь грань между отдельными направлениями в НФ оказывается весьма зыбкой: например, роман Ю.Латыниной «Сто полей» или «Большую планету» Д.Вульфа можно воспринять и как «попаданческие истории», и как повествования о «новых робинзонах».

Иногда целые корабли со всем экипажем оказываются в параллельном мире. Сюжет «провала» такой команды в прошлое наиболее подробно описал А.Мазин в историко-фантастическом цикле «Римский орел», где российские космонавты прямо с орбиты вывалились в III в. н. э.

В любом случае, во всех этих произведениях заметна одна общая деталь: оказавшись в другом мире или времени, герои упорно пытаются там освоиться. И здесь заметное преимущество у тех, кто изначально привык четко выполнять полученные приказы и подчиняться старшим по званию. То есть у кадровых военных.

* * *

Историю о сплоченном отряде «военных попаданцев» одним из первых реализовал П.Андерсон в рассказе «Единственная игра в городе» из цикла «Патруль времени». Правда, здесь доблестным хронополицейским удалось избавиться от орды монгольских воинов, случайно угодивших в Америку задолго до Колумба.

Самый удачный, по мнению критики, пример такого рода фантастики — популярный роман Г.Тёртлдава «Пропавший легион». Некоторые критики даже признают этот сериал наивысшим достижением фантаста в области исторической фэнтези. Виновником случившегося перемещения оказался катаклизм, в ходе которого три римские когорты под командованием трибуна Марка Амелия Скавра, а также его противник — галльский вождь Виридовикс, перенеслись в другую реальность. Все это спланировали друиды, защищавшие при помощи колдовства свои земли, и вот как это произошло: «Два меча коснулись друг друга, и… прогремел гром. Заклинания, начертанные друидами, вырвались на волю — заклинания, которые должны были охранять земли галлов от набегов завоевателей… Кельты, стоявшие неподалеку, увидели, как странный купол красно-золотистого цвета поднялся над мечами и накрыл сражающихся воинов… Когда купол света растаял, на поляне остались только растерявшиеся галлы. Римские легионеры бесследно исчезли».