Это не я!

Там картина тоже не радовала глаз и не лучилась медовыми красками. В высоком, мрачноватом и темноватом помещении, с почерневшими от сажи сводчатыми потолками, нас уже нетерпеливо ждал один человек, сидящий на возвышении на монструозном кресле, на фоне задрапированной красной и белой материей торцевой стены, украшенной плохо чищеными щитами и оружием. Это мог быть только местный барон. Слева от него, внизу, стояла группа поддержки: военная верхушка дружины, городские власти, кастелян баронского замка и казначей по виду. Последние были без оружия, в богатых одеждах и с тяжёлыми связками ключей на роскошных поясах. Справа, на коленях, под охраной пятерых вооружённых воинов, стояло шесть избитых человек в порванной и грязной одежде. Их руки были связаны. Это явно были потерпевшие купцы и другие деятели из вольного города.

Нашу группу тормознул конвой, а я немного вышел вперёд и внимательно огляделся. Где же местный маг? Следует ли мне ждать от него неприятностей? Непонятный человек в мантии, зловеще ухмыляясь, стоял крайним в толпе местных официальных лиц. Казалось, он готов был вырвать и съесть вашу печень. Такой реализм достигается лишь долгими тренировками или настоящим каннибализмом. Я посмотрел на него "истинным взором". Ничего особенного, довольно тусклая серая аура, пять или шесть ярких световых пятен на мантии и руках. Амулеты, кольца, накопители энергии, зуб даю. Силы у мага небольшие. Максимум мастер. Что ж, померимся длиной волшебных палочек! У меня своей, кстати, и нет. Тут мои молчаливые перемаргивания с местным волшебником перебил густой бас.

— Долго же вы добирались, никчемушные! Платите пеню полновесным серебром и на этот раз можете забирать своих беззубых шавок. Но в следующий раз всё жульё, нарушившее границы баронства без уплаты установленной мной пошлины, будет…

— Слушай, заткнись, а? Твоё дело теперь десятое — обдристался, теперь жди, когда тебе под хвост затычку забьют! — Барон изумлённо застыл с открытым ртом. Я подошёл к избитым купцам из вольного города. — Как всё произошло, болезные?

— Берегись! — заорал вдруг один связанный террорист и рухнул на каменный пол, в безнадёжной попытке уйти от смерти. Да и остальные быстрыми гусеницами поползли прочь от меня.

Сзади что-то ухнуло, и на миг вспышка бросила на каменную стену передо мной длинные, дёргающиеся, изломанные тени. Меня что-то чуть-чуть толкнуло в спину. Как будто отец чутка хлопнул рукой, посылая меня вперёд, в рукопашную схватку с противником. Я начал заводиться — отца тут быть не могло, а я страшно не люблю чужих касаний. И ещё, как пел Высоцкий: "Я не люблю, когда стреляют в спину, Я также против выстрелов в упор". Вот и я тоже. Терпеть ненавижу, когда бьют в спину.

Медленно обернулся. Все застыли, как восковые фигуры в паноптикуме. На лице мерзавца, которого я определил как местного мага-подмастерья, большими неоновыми буквами из рекламы над секс-шопом застыло вязкое непонимание и недоумение. И лишь барон не подкачал. Альфа-самец, всё же. Хорошая реакция, сметка, решительность и прочие качества лидера. Он привстал на своем деревянном пыточном кресле и заорал: "Чего же ты ждёшь, безрукий болван! Начал, так убей его! Убе-е-й"!

Маг засуетился, замахал широкими рукавами мантии, и в меня полетел большой, но какой-то рыхлый и пустотелый шар огня. Он сразу безвредными искрами растекся по моему щиту. И этим они хотят сделать мне бо-бо? Мне, которого не убили краденые из "Горэлектросети" четыреста ватт на пятьдесят герц, отбивающие бешеную ирландскую чечётку на полу Башни архимага при моём переносе? Мне стало обидно. Чтобы разобраться с негодяем, я правой рукой вздернул его вверх, а левой заставил всю эту группу подтанцовки у подножья баронского стульчака рухнуть на четыре кости.

— Ты что-то хотел мне сказать, недоумок? — с интересом спросил я. Зря я с ним начал разговаривать. Уж больно неудачно ухватил ублюдка за горло, и теперь этому троечнику нечем было дышать. Он извивался в моей руке как червяк. — Ты хотел вызвать огонь, так ведь? Но у тебя не получилось, неудачник. Смотри, это делается так!

Я отпустил местного мага, брезгливо встряхнув ладонью в его сторону. Распятую в воздухе фигуру местного колдунишки разом охватило слепящее глаза белое пламя. Маг закричал изо всех своих сил. Кричал он долго, минуты три. Пока не прогорел и не осыпался на пол жирным пеплом. Я обернулся и посмотрел на латников с алебардами у себя за спиной. Самый умный из них медленно наклонился и аккуратно положил алебарду на пол, успокаивающе протягивая ко мне раскрытую ладонь левой руки. Остальные пока тормозили с принятием решения, недоумённо поглядывая то на барона, то на своё начальство, трясущее башкой, стоя на четырех мослах. До сих пор в себя не пришли, козлы. Раздражённо смахнул воздушным кулаком туповатых дружинников к дверям. Как они лязгали своими латами, катясь по каменному полу! Это надо было слышать.

— А теперь ты, жадный хомяк, — сказал я барону, демонстративно потирая руки и разминая пальцы. — Эй, кто там! Вы, вы, советник! Подойдите сюда.

Я призывно замахал рукой. Вечно я забываю имена людей, с которыми не работал бок обок. Ко мне подскочил юркий мужичишка из состава нашей комиссии.

— Кинжала, вижу, у вас нет? Возьмите мой. А лечебные амулеты есть? И я не подумал… ладно, потом их подлечу. А пока режьте верёвки, освобождайте своих людей. А я займусь другим делом.

Сначала я лишил баронское кресло сиденья. Просто задействовал "Преобразование материи" и превратил крепкий дуб с кожаной подушкой на конском волосе в гниль. Барон этого никак не ожидал и мигом провалился на своём стульчаке вниз. Нет, на самом деле! Его поза — "Горный орёл на толчке", как никогда правильно отражала величие власти на своём историческом месте. Барон делал слабые попытки выбраться, но не мог. Я сделал из его мышц желе.

— Уважаемые члены комиссии, как вы думаете, нужен ли будет этот червяк для решения стоящих перед нами вопросов? Скажу более конкретно. За последние годы барон Розальт просто охамел. Его претензии к представителям вольного города росли год от года. Росли поборы, воровство и наглость баронской дружины, местных стражников, пограничников и таможенников. Враз эту гниль не вылечишь. Но её можно враз выжечь! Так вот, внимание, вопрос! Нужен ли такой барон вольному городу в соседях? Если не нужен, кем его заменить? Если подходящей замены нет, ставлю вопрос шире: а нужно ли вообще под боком вашего города такое баронство? Или его разумнее будет выжечь палом, как сорняк, заражающий землю и делающий её бесплодной? Думайте, я жду вашего решения, уважаемые советники.

Пока советники думали, я драконом дыхнул на стену за баронским креслом огнём. Пламенем вспыхнула драпировка, стали падать и звенеть закреплённые на стене щиты и оружие. В своём продавленном кресле замычал и забился барон Розальт. Видно, он глубоко воспринял мои слова о его нужности и незаменимости на своём посту. Советники из чрезвычайного посольства встали в кружок и начали шушукаться. Барон настойчиво агукал напрочь обделавшимся грудничком. Впрочем, его поза этому не препятствовала, наоборот… Наконец, один из советников повернулся ко мне.

— Такой барон-забияка и вор, живущий за счёт воровства богатств своих соседей, городу действительно не нужен, ваше магичество. — Барон забился из последних сил и громко испортил воздух. Советник с интересом посмотрел на него и продолжил. — Но он получил хороший урок, и впредь будет внимательно смотреть за исполнением имперского договора. Думаю, что менять сейчас этого барона на нового, ещё непуганого дурака и кровопийцу, которого ещё нужно будет учить и учить, не имеет смысла. Но только при условии, что барон Розальт отдельным приложением к договору подтвердит все установленные в нём границы, торговые переходы, ярмарки, размеры пошлин и свободные от местных поборов торговые пути в Империю…

Барон перешёл на сплошное мычание и пляску святого Витта.

— …а так же выплатит неустойку и компенсацию за все наши потери…

Аж поломанный стул барона заскрипел, так он начал раскачиваться, знать хотел немедленно осыпать представителей вольного города серебряным дождём, вот и казначей тут под рукой.

— …то мы можем заключить новые договорённости, касающиеся наших отношений…

Дальнейшее мне стало просто не интересно. Я позволил баронскому креслу рухнуть и покатиться вниз. Из его обломков и восстал обновленный и полностью готовый к сотрудничеству барон Розальт. Его шатало от слабости, но жажда жизни светилась в его глазах пламенем огромного маяка, что стоит на подходе к главному городу его баронства. Дело было сделано. Заказ вольного города был выполнен на "отлично". Мне тут делать было больше нечего. Пора возвращаться и оценивать свою новую недвижимость в вольном городе. Да и в Башню пора. Заждались меня там.