Эволюция войн

На Гавайских островах «жены воинов часто сопровождали своих мужей в битве, и их часто убивали». Они бились копьями, дротиками и камнями. Когда айны, древнее население Японии (и Курильских островов. По происхождению связаны с австралоидной расой Юго-Восточной Азии и Океании, практически полностью уничтожены монголоидами-японцами – выходцами из Китая и Кореи (с I – II вв. до н. э.). Осталось около 20 тыс. айнов на о. Хоккайдо. Монголоиды-японцы медленно, веками вытесняли, истребляя, айнов на север, примерно как американцы индейцев. – Ред.), сражались друг с другом, в битве участвовали все – и мужчины, и женщины. «Женщинам доставалось сражаться с представительницами своего пола, пока мужчины разбирались с мужчинами». В Австралии нередки случаи сражения женщин с женщинами, а иногда и с мужчинами. Их специфическим оружием была заостренная палка 5 футов (свыше 1,5 метра) длиной и полтора дюйма (3,8 сантиметра) толщиной, которая использовалась главным образом для добычи (выкапывания) корнеплодов, но также могла эффективно применяться и в качестве оружия. В сражениях с себе подобными женщины-аборигенки наносят и получают такие раны, которые быстро бы вывели из строя обыкновенную белую женщину, но здесь они слабо влияют на ход боя. Мужчины обычно абсолютно безразлично относятся к подобным столкновениям, но иногда вмешиваются и останавливают бой.

«Тем не менее, если бьются двое мужчин, матери и сестры каждого из них толпятся вокруг, крича на пределе голосов и пританцовывая вокруг, эксцентрично и нелепо высоко поднимая колени, как будто пытаются укрыть воина от ударов вражеского бумеранга или боевой палицы, результатом чего их тела часто принимают на себя удары, предназначенные для мужчины, которого они пытались защитить». Случается, что в Виктории (юг Австралии), когда встречаются враждебные друг другу племена, «женщины начинают битву, браня или ударяя мужчин вражеского клана палицами по голове». Нередко женщины уговаривают мужчин и хорошо бьются. Ховитт говорит, что это обязательно влечет за собой победу, и женщины иногда наносят мужчинам своими палками серьезные увечья. Когда тасманийцы оказывали сопротивление в ходе войны на уничтожение, начатой европейцами, «женщины участвовали практически в каждом акте агрессии против белых», но в междоусобных битвах они участия не принимали. На архипелаге Каве «женщины обеспечивают тыл. Вооруженные грудами камней, они кидают их на головы вражеских воинов, оказавшихся поблизости». Женщины горного индийского племени бхил часто сопровождают мужей на битву и иногда сами лицом к лицу сталкиваются с врагом. Они вооружены пращами, в обращении с которыми, как говорят, некоторые из них очень искусны. На острове Тимор «женщины и дети часто участвуют в войне», но их роль никак отдельно не упоминается. О папуасах киваи говорится, что «женщины всегда следуют на поле брани, сразу добивают палками всех тяжелораненых. Женщины также занимаются грабежом... И им это нравится». В древней Аравии «женщины шли на битву вместе с воинами племени – это был древний обычай, который воскресили мекканцы в бою у горы Оход (в 625 году), и в пылу схватки не было никакого разделения между полами. Мы должны думать о древних арабах как о совершенных дикарях: женщины следовали за воинами, расправляясь и нанося увечья павшим, а в битве у горы Оход Хинд сделала себе ожерелье и браслеты из носов и ушей мусульман и даже съела печень своей соперницы Хамзы, также стрелявшей из лука. Когда так случалось на самом деле, женщины, конечно, не боялись горячей крови и часто умерщвляли пленных». Женщины принимали активное участие в войнах древних германцев. Когда Марк Аврелий победил маркоманов, квадов и другие германские племена, среди убитых были найдены женщины в доспехах.

В высокогорье Албании и в наши дни существует обычай, позволяющий девушке браться за оружие при условии принятия целибата. Это единственный для девушки путь избежать брака с человеком, которому она продана. «В случае если она категорически отказывается выходить за него замуж, она может, по закону племени, поклясться перед двенадцатью свидетелями пожизненно хранить девственность и тогда становится свободной и получает определенные привилегии. Она может одеваться как мужчина и носить оружие, и часто так и делает; также она может, подобно мужчине, вершить кровную месть... Во всех отношениях вечной девственнице позволено есть с мужчинами, и ее воспринимают как равную, обмениваются с ней табаком, при встрече приветствуют и говорят, что эта встреча приятна. В этом заключен разительный контраст ее статуса со статусом замужней женщины. Ни один мужчина племени не станет есть со своей женой. До сих пор существует старый обычай, по которому муж и жена никогда не обращаются друг к другу по имени. Есть с женщиной считается позорным». Вечная девственница, другими словами, делает из себя мужчину, и в таком случае ей, конечно, подобает носить оружие. Практика принятия обета вечной девственности для того, чтобы избежать брака с нелюбимым мужчиной, широко распространена как в мусульманских, так и в христианских племенах Албании. Мисс Дархем, которая описала данный обычай, слышала о такой пожизненной девственнице, служившей в турецкой армии.

Эти примеры были процитированы детально из-за их необычности. Они уравновешиваются подвигами мужчин-воинов, примеры которых приведут к простому перечислению практически всех народов, о которых мы слышали. Вместо того чтобы, собственно, сражаться, женщина гораздо чаще участвует в качестве помощника. Она, как вьючная лошадь, используется в военное время для транспортировки грузов, провизии и тому подобного, а также для приготовления пищи и ухода за ранеными. Среди соседей дагомейцев (ныне государство Бенин в Западной Африке. – Ред.), говорящих на языке фон (диалекте языка эве), распространен обычай, что мужчины идут на войну в сопровождении жен и женщин-рабынь, «которые смотрят за обеспечением воинов продовольствием и несут груз». Среди жителей той же местности, говорящих на йоруба, мужчин «сопровождает некоторое число женщин, которые готовят еду и несут вещи, и таким образом размер военного лагеря не дает точного представления, сколько именно воинов там находится». Женщины племени баганда (в Уганде, Восточная Африка. – Ред.) идут на войну, чтобы «готовить своим мужчинам еду во время похода и выхаживать, если их ранят». Иная роль в битве у женщин племен дарфур (Западный Судан): «Они стоят позади сражающихся и держат для них копья, закаленные в жаровне». Это также практикуется у западных племен Торресова пролива, где во время настоящей войны женщины прячутся в кустах, но «в случае схватки, например, за невесту или в том случае, когда ссора решается путем боя, женщины будут стоять чуть позади своих мужчин и помогать им стрелами и дротиками». На Канарских островах «женщины сопровождали мужчин на войну, чтобы готовить пищу, заботиться о раненых, обеспечивать мужчин новым оружием и подбадривать их в схватке». (Имеется в виду древнее население Канарских островов гуанчи (по мнению ученых, остаток когда-то широко распространенной в Европе рослой и статной кроманьонской расы). Гуанчи были истреблены либо ассимилированы испанцами в XV – XVII вв. – Ред.)

В Новой Каледонии женщины шли на битву, но держались преимущественно в тылу. «Где бы они ни увидели павшего от рук врагов, им надлежало броситься вперед, оттащить тело и переодеть его для погребального костра». Женщины-маори были активными помощниками в военных походах. Уроженки острова Ротум (к северу от Фиджи. – Ред.) следовали за мужчинами на войну и присматривали за ними, как делали женщины в Самоа, где также иногда случается, что жена следует по пятам за своим мужем, неся его палицу или какую-либо другую часть его вооружения. На Гавайях жены воинов часто сопровождали своих мужчин на битву, неся провизию и помогая им в случае ранения. Их действия в этом отношении напоминают действия жительниц островов Общества (остров Таи и другие), которые «обычно следовали в тылу, неся бадьи с водой или с пои (маленькой сушеной рыбкой), или другой провизией, которую можно было переносить, но, конкретнее, они шли, чтобы быть рядом с мужьями в случае ранения».

Женщины и дети индейцев Южной Калифорнии сопровождали своих мужчин во время рейдов на противника, неся провизию для обеспечения переходов, а во время битвы они подбирали упавшие стрелы противника и, таким образом, обеспечивали собственных воинов. В целом среди североамериканских индейцев не было принято, чтобы женщины принимали участие в военных действиях. В таком случае они не подчинялись приказам, но действовали в качестве обслуживающего персонала, а в случае дележа добычи они получали свою долю. В Центральной Америке, по крайней мере на Юкатане, женщины несли обеспечение на своих спинах, и одной из причин того, что войны майя оказывались непродолжительными, было желание достичь рациональных методов транспортировки. Женщины арауканов (юг Южной Америки) в ходе боевых действий обычно находились в тылу неподалеку и были очень полезны.

У более цивилизованных перуанцев «замужняя женщина, которая шла на войну, несла на своей спине еду для мужа». У солдат были свои шатры на поле, и они брали с собой жен и детей. Подобное было и у древних германцев, про которых Тацит говорил, что «женщины также обеспечивают и воодушевляют тех, кто сражается».

Учитывая современное развитие вооружения и изменения, которые оно вызвало в военном деле, можно сказать, что вспомогательная роль женщины сегодня очень отличается от той, которую они играли раньше. От многочисленных занятий, которые прежде выполняли женщины в районе военных действий, неизменным осталось только одно – ухаживать за ранеными в госпиталях, находящихся на некотором расстоянии от линии фронта. Современные женщины, однако, выполняют новые обязанности по дому, которые были неизвестны в более ранних обществах.

За несколькими исключениями война является мужским делом, и условия примитивного существования делали ее главным фактором в их жизни. Первым и главным занятием первобытного мужчины была защита его группы (племени) и участие в битвах. Эта служба настолько важна, что боеспособные воины занимали высшие места в тогдашних сообществах людей. Война для менее цивилизованных народов не была уделом избранных, наоборот, это было делом каждого взрослого, которому он обучался с раннего детства. Для выживания группы было необходимо, чтобы целью обучения молодежи становилось воспитание воинов. Жизнь первобытного человека делилась на три периода – отрочество, мужество и старость. Первый преимущественно был посвящен подготовке ко второму, и наиболее важному, а старики обучали молодежь.

Обучение мальчиков в ходе военных упражнений начиналось в раннем детстве. Обычно оно проходило в форме игр, в которых, как говорит Тэйлор, дети имитируют жизнь, которую впоследствии будут вести на самом деле. Майя, жившие в Центральной Америке, воодушевляли своих детей с младенческого возраста, развлекая самих себя воинственными играми и практикуясь с луком и стрелами. С раннего детства команчей (Северная Америка) учили искусству войны, искусному владению оружием и управлению людьми. Детей индейцев бороро (Бразилия) учили изготавливать оружие. В племени бавенда (венда, Южная Африка), «маленькие мальчики играли в охоту или в войну», в то время как «девочки, играя, имитировали обязанности своих матерей, что вскоре на самом деле становилось их уделом». В племени багешу (Восточная Африка) в качестве исполнения подготовительных к инициации ритуалов мальчики, распевая и танцуя в честь победы над невидимым врагом, «атаковали любым оружием, которое они могли найти, деревню, где должна была пройти инициация». Мисс Кингсли говорит, что в некоторых районах Западной Африки мальчики «предпринимали набеги для того, чтобы совершенствовать себя в этой полезной профессии». Аборигены Саравака (север острова Калимантан) «проводили определенные церемонии, в которых главную роль играла молодежь и которые были направлены на то, чтобы подготовить их к войне и к собиранию голов во время битвы». Мальчики племени юалайи (в верховьях р. Дарлинг, Австралия. – Ред.) развивали свои умения в притворных боях. Им давали деревянные щиты, а их соперникам – деревянные бумеранги и громкими аплодисментами встречали действия мальчиков, которые удачно защищались. До этого они тренировались с бумерангом и метанием камней и в других видах спорта и военного дела, и мальчики с одной стороны старались превзойти мальчиков с другой. Готовность, с которой современные мальчишки разбиваются на две команды и участвуют в игрушечных битвах, показывает, что игры первобытных людей, которые имели весьма определенную цель, выжили.

Первобытных детей, помимо обучению искусству войны, приучали также к кровопролитию. Банкрофт говорит о племени кониаги (Гвинея): «Мужчин-пленников либо убивали сразу, либо обрекали на муки для обучения и самоутверждения детей». На островах Фиджи детям часто позволялось «бить мертвые тела врагов и измываться над ними». В племени кавирондо (Восточная Африка), «когда людей убивают на войне, тела их принадлежат победившей стороне. Молодых воинов племени, которые только начинают носить оружие, поощряют на то, чтобы они периодически наносили себе удары копьями, привыкая таким образом к виду крови и смерти». В Дагомее (современный Бенин. – Ред.), где широко распространено приношение в жертву тех, кто попал в плен на войне, после войны с Видаха (центр работорговли. – Ред.) «четыре тысячи захваченных в бою пленников были принесены в жертву в знак благодарности богам. Их головы были отрублены мальчиками, которым нужно было привыкать к сценам кровопролития. Некоторым из этих мальчиков было всего семь или восемь лет, и связанным пленникам пришлось испытать длительную агонию в руках этих детей-палачей, которые не обладали достаточной силой для того, чтобы как следует держать меч». Факты, подобные этому, ярко свидетельствуют в пользу правоты Леторно относительно свирепых инстинктов человечества; безразличие к человеческим страданиям было отражено в обычаях и внушалось молодежи описанным выше способом.

Необходимость подготовки мальчиков к главному занятию их жизни положила начало группе обрядов и церемоний, которые проводились при вступлении в возраст половой зрелости. Они известны как церемонии инициации и были распространены практически во всех первобытных племенах. Иногда мы также встречаем церемонии для девочек, во время которых их обучали ведению домашнего хозяйства и другим обязанностям их матерей, той части обязанностей, которые выпадут на их долю, но они никак не были связаны с войной, так как война не женское дело. Целью инициации, или церемонии вступления в совершеннолетие для мальчиков, была подготовка их к роли мужчины, и, так как война играла такую значительную роль в их жизни, главной особенностью церемонии и целью обучения мальчиков была подготовка воинов, которые будут защищать интересы племени. Обряд инициации знаменовал собой окончание периода отрочества и отделение мальчика от женщин и детей. До этого он помогал женщинам и играл с девочками, но после обряда девочки и женская работа должны были остаться в прошлом. В качестве подготовки к этой церемонии во многих племенах женщины отводили мальчиков к главе племени в качестве символа этих перемен. Церемония инициации длилась недели и месяцы, состояла из многих элементов, обычно на нее приглашались соседние племена, и для нее выбиралось особое место. Обряды были секретными, часто религиозными; женщины к ним не допускались, посвящаемые клялись хранить секреты церемонии. Посещать церемонию инициации также часто запрещалось европейцам. На время церемонии мальчиков изолировали, они проходили различные испытания, им передавали мудрость племени и приучали к послушанию. Основу этих церемоний составляли элементы, которые имели отношение к войне, и более подробно они освещены в приложении Б.