Эйс

– О, давай, а тут такие рецепты в народе ходят, чуть ли не керосин готовы пить. Совсем одурели. У меня оставшиеся три волосины дыбом встают.

– Нет, там все под контролем врача, травки, фракция АСД-2. Ты имплант не стала вставлять?

– Нет. И не буду, последствий боюсь. Да и все равно уже на это. У нас знаешь сколько односисечных по городу ходит?

Яна не находила нужных слов утешения, кроме как выразить солидарность с решением подруги. Инна хоть и старалась держаться молодцом, и не скатываться в обиду на жизнь, но темнота с подвалов души все-равно всплывала.

– Ты совсем не изменилась, выглядишь девочкой. Как София Ротару, что ли, нашла колодец с живой водой?
– восхищение внешним видом Яны отдавало завистью.

– Пластика Инночка, биоревитализация, массажи, тейпы, профессиональная косметика и хороший косметолог. Ничего сверхъестественного. Главное иметь достаточно денег и времени для ухода за собой – отмазалась Яна, стараясь не обращать внимания на липкие прожилки в эмоциональном фоне. – Сама понимаешь, живу в свое удовольствие, не впахиваю, как ты по хозяйству, не тяну двоих детей. По дому есть помощница. Занимаюсь собой и своим здоровьем. Все просто.

– Повезло, за такие бабки замуж выскочила! А чувства то у тебя к нему хоть есть?

– Конечно, мужик вообще замечательный. Таких больше нет. Ты же знаешь, меня одними бабками не удержишь.

Инна ненадолго замолчала, действительно ли перед ней та самая милая шустрая девушка, которую она знала? Сейчас от Яны веяло чем-то необъяснимо отстраненно-суровым. У подруги и раньше был стальной характер, но теперь, понимающий многострадальный взгляд, пронизывающий до печёнок, шел в разрез с образом беззаботной жены бизнесмена. Она таила в себе какое-то подавляющее, пугающее властное превосходство. Инне стало тревожно:

– Тебя надолго муж отпустил к нам?

– Не, Иннусь, я к тебе проездом, на один день. Мужу иногда по бизнесу помогаю, везде не поспевает. В Казахстане партнер. Встречусь, документы подпишу и сразу назад.

Придуманная легенда для В.В. с удачным замужеством, годилась для любого случая, Яна даже описать супруга могла, придав ему черты бывшего, заодно и фото показать. Подружки во время чаепития ещё немного повспоминали общих знакомых, поговорили ни о чем и отправились спать.

Рано утром Яна, не показывая разочарование встречей и подавляя тоскливое настроение, сослалась на неотложные дела и быстренько распрощалась. Сегодня предстояло много объехать и возвратиться через Мариинский пограничный пост в Челябинскую область. Инна не противилась скорому отъезду и с облегчением, проводила гостью.

После экспресс-чистки близлежащих территорий, Яна прямиком отправилась на вокзал, чтобы отправится в следующий пункт назначения.

Казахстан, по иронии судьбы, имел зловещую точку на карте с точно таким же названием, что и тюрьма в Ивделе. Брат-близнец Черного беркута находился в Житикаре, и точно также, имел статус строгача и по аналогии получил имя благодаря похожей скульптуре во дворе. Закон парных случаев в действии. Страны-соседи, как родственники, имели много сходства.

Пока Яна летала во Вьетнам, с Родины пришли известия о возможном расформировании пустующего Ивделевского Беркута.

«Интересно, что с ним сделают? Музей? Туристы туда не поедут, далеко. Я бы с землей сравняла: место проклято богом, десятилетиями будет восстанавливаться после поганой энергии. Да, везет мне на Беркутов. Не заканчиваются. Недавно один пришибла, теперь со вторым разбираться. Как будто больше названий для тюрем нет. Нудно. Никакой фантазии. Понятно, не «Лесная сказка» или «Весёлая хата», но хоть «Цербер» что ли …», - сетовала Яна, суеверно полагая, что преследующего черного призрака, теперь успокоит навсегда.

Автобус, следующий из Рудного в Житикару, по дороге ненадолго останавливался в нескольких населенных пунктах, меняя старых пассажиров на новых. За двадцать минут стоянки на автостанции Лисаковска, Яна даже успела заморочиться с добросовестной чисткой. Она молниеносно повыщелкивала махровых грешников, предоставив мизерную отсрочку и, потом уделила время поиску девяток. У этих отсрочка была максимальной. Хватило даже на несколько восьмерок. Выжить выживут, но урок не забудут никогда. Удалившись от города на расстояние в несколько десятков километров, Яна заранее стала настраиваться на значительную трату сил при разборках с сосредоточием грязных излучений.

Сидельцы казахской тюрьмы в Житикаре, как личности, Яну мало интересовали. Порок не имеет национальности и везде одинаков. Отличается лишь превалированием определенного греха в отдельной местности, часто зависит от экономического положения или обычаев. Возможно, присущие народностям отдельные национальные черты могли задавать некоторый тон – чуть больше агрессивности из-за «горячей крови», или наоборот, доминированием хладнокровных расчетливых преступлений на почве алчности, но в целом общая масса несла в окружающий мир одну и ту же отрицательную составляющую. Методично ликвидируя источники негатива, она больше думала о дальнейшем маршруте и предугадывая возможные риски, рассчитывая к ночи попасть в Магнитогорск - последний нетронутый крупный город Челябинской области, ну или на худой конец в Бреды. Правда, где переночевать в небольшом райцентре, Яна не могла представить. Вряд ли там имелась даже захудалая гостиница. С кровавым следом из Казахстана, лучше вообще нигде не отсвечивать. Поэтому ночь-полночь, как бы не пришлось добывать транспорт прямо на трассе в сторону Магнитки, выискивая заблудшую душонку среди дальнобойщиков. На водителей легкого транспорта рассчитывать не приходилось. Вариант встречи в глуши совершенно отпиленных, рискнувших подобрать ночью «жрицу любви» маловероятен.

В Житикаре Яне в некоторой мере почти удалось отстранится от собственных ощущений без глубокого погружения в вязкую гадость. Это был прогресс. В городе тонкие настройки страдали из-за спешки, Яна многих пропускала, не будучи стопроцентно уверена в виновности, но зато обещала через пару часов красоту и изящество единовременных смертей. Насылая порчу, она не могла предоставить время невозвратным на осознание близкой и неизбежной расплаты. Для этого пришлось делать бы натяжение для каждого индивидуально, поскольку жизненная сила у всех разная, как и отличался уровень греховности, а времени было в обрез. Зона обошлась без отсрочки.

Наскоро прочесав Житикару и грубо завершив работу с Беркутом, миссионерка на всех парах рванула к непримечательному автовокзалу. Пока соседское государство не прочухало, что к чему и не заявило во всеуслышание об атаках, самое время убраться подальше от мест событий. Везение было на стороне Смертушки. Буквально за минуту до отправления Яна успела заскочить в последний автобус до Магнитогорска. Только оказавшись в неудобном пассажирском кресле, она с облегчением выдохнула: дело сделано. Казахстан частично обработан. Карты с одновременным мором в двух восточных спутаны.

«Что там в новостях?»

Телефон залил пространство между сиденьями нежно-голубым светом. Яна, не обращая внимания на спящего рядом небритого пожилого соседа, поочередно кликала на заголовки новостей. Лента пестрила срочными сообщениями из Вьетнама. СМИ ежечасно обновляли данные о скончавшихся пятнистых, а главной темой на всех новостных каналах были атаки. Люди жили известиями о Смертушке и, казалось, в последнее время больше вообще ничем не интересовались. Онлайн карта, вывешенная на интернет ресурсах с количеством погибших и «переболевших» впечатлила даже Яну. Сама подсчетами заниматься не могла, а здесь боле менее объективная картина.