Fallout Истории Севера. Том 1

– Билл где-то пропал. Но мы не стали ждать его, нашли вас ещё до заката, - шептала Люси, - наблюдали с возвышенности на востоке. Решили дождаться глубокой ночи, и спасти вас...

В тот момент, когда почти все верёвки были перерезаны, а уставшие и затёкшие тела пленников освобождены, послышался звон, совсем рядом с ними. Что-то быстро приближалось, резко перебирая лапами, оно бежало прямо на Люси, но девушка успела выхватить свой револьвер, и открыла огонь. Последний патрон в барабане выстрелил как раз в тот момент, когда собака практически приблизилась к девушке, но сражённая пулями споткнулась, и упала. Прошли всего секунды, как встревоженные гули, все поднялись на ноги, с наготовленным оружием, спрятались за укрытиями, постоянно что-то крича друг другу. С той же стороны, откуда прибежала собака, послышался вновь множественный звон, и звуки многих перебирающих лап, и коротких ног. Бывшие пленники едва успели выхватить первое попавшееся оружие, из сумки, которую принесли с собой их спасители, и открыли огонь по появляющимся из темноты собакам. Гули, решившие, что это стреляют по ним, открыли огонь в ответ. Путники успели пристрелить четверых или шестерых псов, ещё двоим, практически удалось добраться до своей цели, что бы вцепиться кому-нибудь в глотку своими зубами, но отвага Гартуна вновь выручила их. Парень выхватив свой топорик и меч, отважно встретил яростных зверей, и будучи укушенным лишь несколько раз, убил псов. За псами двигались карлики, некоторые из них были вооружены огнестрельным оружием, они так же заняли позиции за укрытиями, и принялись стрелять и в гулей и в несчастных путников. Оказавшись между двух огней, они были вынуждены отстреливаться сразу во все стороны, к тому же им практически негде было укрыться, и лишь темнота защищала их от прицельного огня. И гули и карлики считали, что сражаются друг с другом, кричали угрозы и проклятья.

– Убивайте уродцев!
– кричал Гнилой.
– Убейте их всех, мерзких тварей!

– Kill rot!!
– кричал рыжеволосый главарь карликов.
– Crsh!!

– Нужно уходить!
– кричал Гартун остальным, одновременно не сильно умело, отстреливаясь из пистолета.
– Нас тут убивать!

– Уходим!
– кричала Люси, и сняла с пояса одну из дымовых гранат, сделанных по схеме Билла. Она активировала взрыватель, и положила её у себя под ногами. Густой дым быстро заполнил их позицию, и начал распространяться вокруг. Одна граната не могла сделать много дыма, но этого путникам хватило, что бы скрыто сбежать подальше от этого места, пока и гули и карлики в недоумении смотрели на этот дым.

Они бежали в ночь, совершенно не думая, куда именно бегут, лишь бы подальше от этого места. На время стихнувшие выстрелы вновь послышались, Изгои опять схлестнулись в драке, и на этот раз между собой. Генриху немного было даже интересно, чем же закончиться эта драка, но не настолько, что бы рискнуть вновь оказаться в том же положении, в котором он провёл этот безумный день. Они остановились только тогда, когда физически уже не могли бежать от усталости. Люси заметила кровоточащие укусы на теле Гартуна, и не успев даже отдышаться, достала аптечку из пробитого несколькими пулями рюкзака, и принялась промывать и перебинтовывать раны Гартуна, который не переставал повторять: "Я хорошо... Я всё хорошо...". Едва их дыхания восстановилось, как Люси чуть ли не погнала их опять вперёд, правда теперь они не бежали, а просто брели в зловещей темноте ночной Пустоши.

– Нужно спешить.
– поясняла Люси.
– Я боюсь, что что-то сожрёт наших браминов.

Но остальные понимали, что дело не только в этом. В тот момент, когда Люси и Гартун обнаружили пленённых товарищей, им было чем заняться, планированием, и подготовкой к "операции спасение", теперь же, когда казалось, что всё позади, наверняка из головы девушки не выходила мысль о том, что рейнджер пропал. Люси спешила, надеялась застать на их стоянке самого рейнджера, или хотя бы знаки того, что он вернулся, и отправился на их поиски. В темноте было невероятно сложно ориентироваться, но прочёсывая днём эту местность, Люси запомнила множество деталей, благодаря чему ей было проще отыскать нужный путь. Несколько раз в темноте что-то шевелилось, и путники затаившись, дружно наставляли своё оружие в ту сторону. Один раз что-то жутко завыло, где-то недалеко от них, но им повезло, они смогли не только найти своих заскучавших и испуганных браминов, и спрятанные повозки, но и не встретили никакой опасности во время этого ночного перехода. Ночные путешествия в Пустоши слишком опасны, это была как раз та самая причина, которая внушала надежду в сердца гулей, что карлики не нападут ночью, так как даже самые "отмороженные" головорезы не совершают ночных переходов. Но они не учли скудоумие карликов, и их жажду мести, и теперь только одному Богу известно, чем же окончилась эта ночная драка.

Уже светало, когда путники приближались к своей стоянке. Уставшие, они мечтали о том, как упадут и погрузятся в приятный сон, но внезапно послышался тяжёлый собачий бег. Это был Чуба, и как только пёс заметил знакомые лица своих спутников, тут же принялся лаять. Пёс быстро подбежал к ним, и принялся радостно облизывать лицо и руки Люси, махая во все стороны своим коротким хвостом. Но девушка хотя и была рада видеть своего собачьего друга, всё же не проявляла радости, а скорее наоборот тревогу. Жилет Чубы был максимально разгружен, все боеприпасы и аптечка были сняты, сам пёс был перебинтован. Что-то случилось, и пёс прибыл сюда, что бы дать понять спутникам Билла, что рейнджер в беде. Люси знала, что её спутники очень устали, поэтому она ничего не говоря им быстро прибежала к повозкам, и стала нагружать свои карманы и рюкзак патронами, медикаментами и провизией, положила даже верёвку, и всё то, что ей казалось необходимым.

– Люси...
– сказала Лэсси, она не могла скрыть своей усталости.
– Пойдём все вместе. Мы поможем.

– Нет! Всё хорошо.
– сказала девушка и постаралась доброжелательно улыбнуться, но совсем не могла скрыть своей взволнованности.

– Люси...
– начал Генрих, - прошу...

– Нет! Не волнуйтесь. Я пойду вперёд с Чубой, а вы не спеша догоняйте нас. Вы можете поспать на повозках в пути, пока Гартун будет гнать браминов по нашим следам.

– Нет!
– возразил недовольно Гартун.
– Я идти с тобой!

– Ты ранен Гартун! Не очень серьёзно, но потерял не мало крови. Со мной всё будет в порядке.

– Нельзя самой идти в дорогу!
– сказал Лэсси.
– Тут вокруг банды, с утра на охоту выйдут всякие твари. Разделятся нельзя в подобной ситуации. Я знаю, ты волнуешься, но так может стать только хуже!

– Прошу вас, прекратите.
– устало произнесла Люси, и закинула за спину рюкзак.
– Я уже не маленькая, и знаю что делаю. К тому же я с этим псом, и без всего этого, - она дёрнула рюкзаком и добродушно улыбнулась, - я смогла выжить и помочь ему однажды. В этот раз я готова как никогда.

Люси неловко постояла на одном месте, потирая пальцем мушку своей винтовки, после чего закинула её за плечё, и сказала:

– Всё хорошо... Вы догоняйте нас.
– после чего она быстро пошла за побежавшим на запад псом, а удалившись подальше от товарищей девушка перешла на бег.

Бойкий пыл и желание поскорее выяснить, что произошло, придавали сил, но конечно же это не могло продолжаться долго, особенно после столь не простой ночи. Люси устала ещё до полудня, и не только она но и сам Чуба, периодически прятался в теньке, и вывалив свой большой язык наружу, тяжело дышал отдыхая. Однажды Люси даже заснула, опираясь спиной о дерево, живое дерево, свидетелем чего ей доводилось бывать не часто. Осадки редкая вещь для этой местности, да и то в основном в соответствующий период. В этом же месте была небольшая впадина, скрытая от прямых солнечных лучей возвышенностью, что позволяло воде сохраняться дольше, в виде малюсенького озерца. И вся растительность, семенам которой каким-то чудом удалось добраться до этого места, с силой присущей самому явлению жизни, цеплялась за своё существование. Но Чуба не дал девушке хорошо выспаться, едва набравшись сил он решил, что достаточно отдыхать и ей, и разбудив своим лаем повёл вновь вперёд. Уже где-то после полудня, ближе к вечеру, пёс привёл Люси к месту, где он принялся тщательно вынюхивать землю. Девушка осмотрела местность, здесь было множество следов и стрелянных гильз, судя по ним, было похоже на то, что рейнджер попал в засаду, и был вынужден отступать, а преследователи гнали его дальше на запад, не давая вернуться назад.

Покружив среди множества следов, Чуба продолжил идти по вынюхивая дорогу, Люси стремительно следовала за ним, но теперь всё медленнее и медленнее. Превозмогая всю свою усталость и боль в теле, она смогла идти до вечера, после чего слишком уставшая, что бы идти дальше, шлёпнулась на землю. Люси не разводила костёр, даже не для того, что бы остаться скрытой, просто у неё уже не было для этого сил. Вскоре она уснула, и проснулась от ощущения холода уже среди ночи. Чуба спал рядом, глубоко дышал и посапливал. Люси, пересилив затягивающую силу сна, сумела достать из рюкзака покрывало, и крепко обняв ворчащего пса, укрыла их обоих. Измученная усталостью, она проснулась достаточно поздно, это уже не был рассвет, солнце светило высоко на небосводе. Позволив себе лишь короткие минуты на завтрак, она принялась искать пса, который вскоре объявился, в ожидании и своей порции завтрака. Организм Люси требовал отдыха, что отразилось в протяжном сне, и если силы её были достаточно восстановлены, всё же тело, измученное форсированным маршем, отзывалось болью во многих местах. Но вскоре, ещё до полудня, на горизонте показались руины. Что-то в сердце девушки подсказывало, что именно там ей нужно искать Билла, и Люси всячески ругала себя, что не смогла перебороть свою усталость, и пройти сравнительно немного до своей цели. Хотя девушка совершенно не подумала о том, что бы она делала такая уставшая, даже если бы добралась сюда ещё ночью.

Это не был большой городок, к тому же это был один из тех случаев, когда городу или поселению изрядно доставалось, и всё, что от него оставалось, это практически одни уголки от стен, меньше метра в высоту. Обычно, даже проводить глубокие раскопки в подобных местах, с целью откапать какой-нибудь артефакт прошлого, было бессмысленно. Складывалось впечатление, что в них всё испарялось, и даже какую-нибудь металлическую ложку, или вилку, откапать можно было разве что с большим трудом. Но если рейнджер попал в беду, как рассуждала Люси, и был вынужден отступать в эту сторону, то чтобы оторваться от своих преследователей, он бы наверняка поискал возможности именно в подобном месте. Уже на подходе к руинам поселения, от которого не осталось ни одного знака или чего-нибудь, благодаря чему можно было бы узнать старое название этого места, Люси настроилась на состояние предельной осторожности и повышенного внимания, благо Чуба был действительно интеллектуальным существом, он словно подстраивался под поведение девушки, старался так же как и она быть максимально незаметным, не делал своих типичных беговых прогулок вперёд, а порой прижимаясь к земле передвигался за девушкой, и не издавал ни малейшего звука. Чувствительный нос и уши пса смешно шевелились, а сконцентрированный, настороженный взгляд что-то усиленно выискивал среди этих кирпичных и бетонных уголков. Люси и сама ощущала что-то, присутствие кого-то, поэтому, прежде чем беззвучно перейти от одного осколка стены к другому, тщательно всё вокруг осматривала, ожидала, в надежде заметить движение.

Посреди руин города возвышались руины чего-то большого, в сравнении с остальными зданиями. Оно не только было большим, но и сравнительно не плохо сохранилось. Разбитые стены доходили до четырёх этажей в высоту, некоторые осколки внутренних конструкций, лестниц и полов так же уцелели. Это был настоящий форт, среди всего прочего вокруг, и Люси была уверена, что если тут кто-то и есть, то они обязательно должны быть там. Девушка продолжала приближаться, ей казалось очень подозрительным отсутствие каких-либо следов на земле, словно здесь ничего не произошло. День был жарким, пот обильным потоком укрывал лицо девушки, всё больше устававшей от постоянного напряжения. Порой Люси хотелось резко встать и крикнуть: "Эй! Вы тут, ублюдки?!" - настолько сильно её раздражала эта игра и проклятая жара, раздражало и усиливающееся дыхание Чубы, которое в окружающей их тишине казалось ей настоящим громом. В следующий момент, когда она уже была готова к очередной скрытной перебежке, показавшаяся из-за своего укрытия Люси увидела часть светловолосого человека, осторожно выглядывающего из-за осколка стены, и смотрящего в бинокль на относительно сохранившееся здание. Девушка резко дёрнулась обратно к своему укрытию, испуганная тем, что её уже заметили, и это скорее всего было бы так, если бы светловолосый человек не был отвлечён своим биноклем. Сердцебиение Люси ускорилось, дыхание стало быстрым, она осторожно сняла из-за спины свою винтовку, и беззвучно, очень медленно передёрнула её затвор, с каждой секундой ожидая, что на неё могут напасть, хотя Чуба оставался всё так же спокоен, и это спокойствие подсказывало, что её всё же не заметили.