"Фантастика 2025-29". Компиляция. Книги 1-21
Шрифт:
— Полно, мой дорогой мэтр Балажи, — невозмутимо улыбнулся принц: его правильное лицо в свете свечей стало ещё скульптурнее. — Вы же только что сами передали мне двадцать тысяч таллов законной монетой славного государства Талиг. А между тем считается, что гоганов в нём нет.
Господин Балажи поёжился на ветру, и покачал головой, показывая, что не понимает связи между талигским золотом и устранением Фердинанда Оллара. Принц пожал плечами.
— Всё очевидно, — проговорил он. — Не станете же вы отрицать, мэтр, что ваши общины процветают в Талиге, хотя официально они запрещены? И разве не от них достославный Енниоль получил те золотые таллы, которые вы любезно доставили мне?
—
— Разумеется. А теперь скажите мне, сколько ваших собратьев пострадало в результате Октавианской ночи весной этого года? Ведь среди талигских ювелиров, торговцев и судовладельцев немало гоганов, не так ли? Разве не их имущество жгли и грабили черноленточники господина Дорака, а?
— Ваше высочество прекрасно осведомлены, — наконец-то сориентировался Эрвин Балажи.
— Именно. Герцог Окделл, сам того не желая, оказал мне большую услугу, — согласно кивнул принц. — Он сообщил герцогу Эпинэ все подробности резни. Так неужели вы станете уверять меня, дорогой мэтр, что во всей столице не найдётся храбреца, готового отомстить Оллару за его вероломство? Неужели славные ремесленники и торговцы Талига намерены простить и забыть всё: грабежи, насилия и убийства? Неужели никто из обиженных не лелеет в душе планы мести?
— Насколько мне известно, — отозвался господин Балажи задумчиво, — среди гоганов таких настроений нет. Наша община не слишком пострадала…
— Но эсператисты пострадали серьёзно, — прервал его принц. — Судите сами! Преосвященный епископ Оноре по повелению самого Эсперадора приезжает в Талиг, чтобы примирить эсператизм с олларианством, а коварный король с еретиком-кардиналом устраивают в столице погром, резню и пожары! Кто способен смириться с таким злодеянием? Только последний трус. А я гораздо лучшего мнения о своих единоверцах, дорогой мэтр Балажи. Они не трусы.
Бесшумная вспышка молнии озарила парк. Принц и его собеседник невольно подняли головы. Сквозь пышный навес дрожащего на ветру хмеля ничего не было видно, но далёкие испуганные вскрики свидетельствовали о приближении грозы.
— Но, ваше высочество, но… — заговорил Эрвин Балажи, старательно подбирая слова. — Даже если какой-нибудь фанатик и убьёт Фердинанда Оллара, это ничего не изменит. У короля есть сын.
— Сын? — делано удивился Альдо Ракан. — Вы плохо осведомлены, мой дорогой мэтр. У королевы Катарины и правда есть сын – ублюдок Ворона или кого-то другого. Но у Фердинанда Оллара есть только развесистые рога, которыми он вскоре и похвастает перед всеми Золотыми землями.
Целомудренный торговец невольно смутился и замялся.
— Ваше высочество, — дипломатично отозвался он, — мне действительно приходилось слышать, что принц Карл не сын Фердинанда Оллара. Однако это нужно ещё доказать. В противном случае…
— Доказательствами, — спокойно ответил принц, — сейчас занимается кардинал Сильвестр, то есть Кантен Дорак, да укрепит его в этих намерениях сам Создатель! Разве достославному Енниолю не известно, что против королевы Талига готовится бракоразводный процесс?
— Ваше высочество знаете это наверное? — мгновенно оживился гоган.
— Да. Как я уже сказал вам, покойный герцог Окделл сообщил моему другу Эпинэ много ценной информации, — подтвердил Альдо. — Я проверил её по своим источникам… Всё сходится. Вы видите сами, любезный мэтр: кардинал Сильвестр играет нам на руку. Если какой-нибудь добрый эсператист зарежет Фердинанда Оллара во время суда над королевой, трон Талигойи освободится. Мы должны воспользоваться сложившимися обстоятельствами. Упустить их – большая ошибка. Передайте это от меня достопочтенному Енниолю.
Ударила вторая молния.
Её сияние на мгновение залило собеседников мертвенным голубоватым светом. Ветер гудел и тряс колонны старой перголы, но принц и гоган уже не обращали на это внимания. Эрвин Балажи, получив желаемые распоряжения, поклонился:— Я немедленно отправлю гонца к достославному из достославных, ваше высочество. Но как же быть с герцогом Алвой? Ведь по кодексу короля Франциска именно он должен стать наследником династии Олларов.
— Об этом предоставьте думать мне, — нахмурился принц. — Он Повелитель Ветра, то есть один из моих вассалов. Я сумею напомнить ему об этом. К тому же, — продолжал Ракан, ободряюще улыбнувшись, — всё, о чём я вам говорил, отнюдь не означает, что я считаю план достославного Енниоля излишним. Напротив: армия, которую он хочет сформировать, весьма пригодится мне при моём возвращении в Талигойю после убийства Оллара. Так что продолжайте вербовать сторонников. Поиск фанатика особых затрат от вас не потребует.
— А что будет делать ваше высочество до тех пор? — почтительно осведомился гоган.
Принц беспечно засмеялся в тон гуляющему по перголе ветру.
— Готовить осеннюю охоту, разумеется! — весело воскликнул он. — Я соберу в Сакаци всех своих друзей, — добавил он тише и уже серьёзным тоном. — Кроме того, вероятно, я съезжу в Агарис. Ведь я изрядно поумнел с тех пор, как встретился с достославным Енниолем в первый раз, — чуть заметно усмехнулся он. — Я понял, о каких старых вещах он вёл разговор. Ведь вы, гоганы, хотите, чтобы я отдал вам древнюю корону Гальтары, а также меч и жезл анакса, не так ли? Вот видите: я совершенно честен с вами, мэтр Балажи… Что ж, корона и меч находятся в Олларии, и вам остаётся только посадить меня на трон, предварительно освободив его от Оллара. Я закажу себе новые вместо этого старого хлама… Но жезл хранится в Агарисе у Эсперадора. Так вот: я обещаю достать его для вас, если, конечно, достославный из достославных исполнит свою часть нашего договора.
— Ваше высочество вполне может положиться на его слово, — заверил мэтр Балажи с загоревшимися глазами.
— В таком случае, не будем терять времени, — решительно произнёс принц. — Близится гроза, а вам ещё нужно вернуться в город. Я охотно предложил бы вам остаться на ночь в Сакаци, — прибавил он ласково, — но, боюсь, что это может показаться неу…
Раскаты грома заглушили конец фразы.
— Не извольте беспокоиться, ваше высочество: дождя нет, — ответил мэтр Балажи, вглядываясь в темноту парка. — Должно быть, это сухая гроза: они не редкость в наших местах в это время года. В них нет ничего опасного.
Старые колонны перголы недовольно задрожали, словно возмущённо опровергая это смелое заявление.
Почтенный торговец и сам, вероятно, не был согласен с собой: он заторопился и спешно откланялся принцу и его кузине, которая просидела весь разговор, не поднимая головы от ларцов. Его высочество соблаговолил оказать достославному высокую честь лично проводить его до самого выхода. Дождя действительно не было, а вот церковное шествие уже тянулось обратно во дворец, спугнутое признаками близкого ненастья.
Вернувшись назад, принц присел на край стола и устало потянулся.
— Ну, что ты скажешь о нашем разговоре, милая кузина пчёлка? — ласково спросил он. — Надеюсь, ты слышала всё?
— Ничтож… слышала, — тихо подтвердила девушка, по-прежнему не поднимая головы.
— Достославный Тариоль не сказал всей правды, не так ли?
— Нет. Достославный не был искренен с первородным… кузеном, — быстро добавила девушка, словно что-то припомнив.
— В чём именно? — деловито осведомился Альдо Ракан, настораживаясь.