Фаталуния

Мольфар слушал внимательно и, когда принц закончил, озадаченно покачал головой:

— Хорошо, но вы уверены, что в пророчестве Тарханкута было сказано именно это, принц? — подал голос Мольфар. — Что новый владелец Змеиной Кожи должен стать королем Фаталунии?

Принц не ответил. Он откинул концы вишневого бархата со свертка, лежащего на столе, и, когда Ростик увидел, что пряталось под бархатной тканью, у него занемели ноги и пересохло во рту. На столе перед принцем лежало не что иное, как…

— Тайндар, — глухим голосом произнес Невер, не отрывая взгляда от стола. — Но этого не может быть! Книга Тарханкута существует в единственном экземпляре, и… — он бросил пронзительный взгляд на Ростика, — она осталась в другом мире, не так ли?

Изумрудные глаза Невера яростно буравили лицо Ростика, но тот только тупо пялился на книгу, не понимая, как она сюда попала. Ведь она была в его комнате! Кто мог забрать ее оттуда?!

— Книга былав другом мире, — сообщил принц. — Я сам оставил ее там. Но она вернулась на прежнее место — в библиотеку моего замка. Я не знаю, почему это произошло и когда, но, судя по тому, что этот мальчик здесь, книга побывала в его руках, как я и планировал. Пророчество Тарханкута здесь — вы можете прочесть его сами.

— Но почему я?!!! — с неожиданной для самого себя горячностью воскликнул Ростик, глядя на принца. — Почему вы решили, что это должен быть я? Почему именно мне вы подбросили этот камень?

Принц не дрогнул ни единым мускулом лица. Он был все так же холоден, и отчаяние Ростика как будто было ему совсем безразлично.

— Ты ошибаешься, мальчик, — произнес он спокойно, — я не подбрасывал тебе камень.

Ростик нахмурился и недоуменно качнул головой.

— Но… как же…

— Я не подбрасывал тебе камень, — повторил принц Дориан, — я его выронил в тот же миг, как очутился в мире За-Гранью-Теней. Для меня было большой неожиданностью, когда, пройдя сквозь коридор теней, я попал не в «Лавку госпожи Говерлы», как обычно, а в незнакомое мне место. Все произошло мгновенно — я столкнулся с тобой и, боясь вызвать какие-то подозрения, поспешил убраться подальше. Но когда оказался на улице, вдруг обнаружил, что свертка у меня больше нет. Я услышал твой голос. Ты кричал… Я не разобрал, что именно…

— Я хотел вернуть вам ваш сверток, — сказал Ростик.

— Я догадался об этом, — кивнул принц, — но камень был уже не мой. В тот момент я понял, что Змеевик Тарханкута нашел своего хозяина. Я никак не мог позволить тебе вернуть мне камень. Я поспешил в «Лавку госпожи Говерлы», чтобы вернуться обратно в мир Двенадцати Городов. Кроме свертка с камнем со мной была книга. Я оставил ее на одной из полок антикварной лавки, положил на самый край, надеясь, что чье-либо неловкое движение сбросит книгу вниз и она так или иначе окажется у тебя в руках. Я не стал забивать себе голову, каким образом ты попадешь в мир Двенадцати Городов. У тебя был камень, у тебя должна была оказаться книга, а значит, рано или поздно ты должен был появиться в этом замке. Я все сделал для этого. Я продумал все до мелочей. И вот ты здесь.

— Почему вы следили за мной? — спросил Ростик. — И в Гелионе, и в лесу, у подножия Кара-Грохаса.

— Я всего лишь хотел убедиться, что ты доберешься до Фаталунии, — невозмутимо ответил принц.

На несколько минут в тронной зале замка воцарилась тишина.

— Я хотел бы вас спросить, Дориан, — первым нарушил молчание Мольфар. — Что вы имели в виду, когда сказали, что сделали все для того, чтобы Ростик прибыл в Фаталунию?

Дориан бросил на старого мага хмурый взгляд.

— Именно то, о чем вы подумали, Мольфар. Это благодаря мне в харчевне «Жареный петух» дважды испортилась вся еда и питье.

— Но как же?! — воскликнул вдруг Анчутка, болотные глаза которого стали в два раза больше. — Как же вы могли испортить всю еду сразу?

— Вода, — пожал плечами принц. — Пища готовится на воде. Я просто подлил в колодец, которым пользуются в деревне, специальное зелье. Больше ничего не нужно было делать. Это зелье слишком слабое, чтобы причинять вред людям или животным, но достаточно сильное, чтобы испортить пищу и воду.

— Значит, и озеро… — снова подал голос Мольфар.

— Да, и озеро в горах заколдовал тоже я, — кивнул принц Дориан. — Для этого мне совершенно не нужно быть магом. Моя цель была предельно проста: убедить вас, что проклятие вырвалось за пределы Фаталунии и ваше присутствие здесь необходимо. Я все рассчитал правильно и, что скрывать, доволен этим.

— Проклятие никогда не выходило за границы Фаталунии?! — шокированным голосом переспросила Мераби; она, казалось, никак не могла в это поверить.

— Никогда, — спокойно подтвердил принц. — И если ничего не делать — оно никогда не уйдет. Оно навечно останется здесь. Только я не могу ждать так долго, а потому…

Он повернулся к Ростику, устремив на него многозначительный взгляд.

Ростик сделал глубокий панический вдох, и в голове его в этот момент мелькнула спасительная мысль: никто не сможет заставить его стать хозяином Фаталунского трона. Он просто скажет принцу, чтобы тот поискал себе другого преемника. Или, еще лучше, пусть разбирается со своим проклятием сам. В конце концов, при чем здесь он — Ростик? Одиннадцатилетний мальчишка — король Фаталунии? Звучит — глупее не придумаешь. Ростик даже немного развеселился, подумав об этом. Он упрямо посмотрел в глаза принцу Дориану и хмуро заявил:

— Я не стану… Это ерунда какая-то… Я не собираюсь становиться королем Фаталунии — и точка.

Принц почему-то совсем не удивился и ничуть не расстроился демаршу Ростика. Он выглядел как король, который смотрит на заартачившегося подданного и знает, что сопротивление временное, что у этого подданного все равно нет никакого выбора. Но у Ростика-то выбор был! Или…

— Я предвидел это, — произнес принц своим холодным и каким-то неживым голосом. — И поэтому принял меры.

Ростик с подозрением смотрел на принца — ему совсем не понравились эти намеки.

— Какие меры, Дориан? — осторожным тоном спросил Мольфар.

Принц перевел взгляд на старого мага.

— Оглянитесь вокруг, Мольфар, — предложил он с ледяным спокойствием. — Пересчитайте своих стражей. И вы поймете…

Ростик первый окинул встревоженным взглядом всех собравшихся в этой зале. Хмурое лицо Невера. Растерянное лицо Анчутки. Озадаченное лицо Саньки. И лицо Фиалки, на котором в этот момент проступило сильное волнение. Ростик почувствовал, как внутри все завязалось в тугой узел.