Фаворит

Что ж, логично и совершенно правильно. Закрыться, выставив наружу только уши, и ждать, чемвсе закончится.

— «И кто принял решение?»

— Не знаю, но явно людинеглупые. И наверняка уже мертвые. Из тех, с кем поддерживаю связь, все занимаются только исполнением. Держись, начинаю спуск!»

Держаться действительно пришлось. Челнок бросало, как щепку в водовороте, двигатели тряслисьв лихорадке, грохот стоял такой, чтоточноперебудил всех в округе. Наконец, снизу ударило, пол выскочил из-под ног. Я обнаружил себя лежащим на полу, с трудом поднялся, чувствуя, как суетятся в крови микроботы. Пандус со скрипом откинулся, впуская запахи хвойного леса, жженой травы и несгоревшего топлива. Ведьма остановила меня у выхода и протянулапотрепанный рюкзак.

— Смотри, до села, куда тебя приволокли в тот раз, по прямой километров пятнадцать. Бегом, с допуском на непредвиденные обстоятельства, у тебя уйдет двачаса, столько же обратно. Плюс полет, и остается часов пять на поиски. Постарайся уложиться, потому что через девять с половиной часов я улечу: нельзя, чтобы его тут увидели.

Она похлопала по кривой обшивке, та отозвалась визгливым стоном. Я кивнул и бегом спустился с пандуса. Конечно, было бы проще, вырубиведьма жителей и здесь, но тогда пришлось бы искать комбинезонбез чьей-либо помощи. Так что я пробегусь, тем более, микроботы не только подлатали меня, но и добавилисил.

В рюкзаке нашлись фонарь, компас, стрелка которого указывала не на север, а кцели, фляга с водой и простой защитный комбинезон из плотного материала. Надев комбинезон поверх камзола и кожаных штанов, я нацепил фонарь на голову, поправил эластичные крепления и закинул рюкзак за спину. Коротко кивнув ведьме, вошел в лес. Луч света выхватывал низкиеветки, паутинумежду стволов, при виде которой я непроизвольно передернул плечами. В небе еще горели багровым облака, но внизу стало совсем темно.

Побежал, то и дело сбиваясь на быстрый шаг. Фонарьсветил ярко, но дальше, там, куда указывала стрелка, тьма сгущалась. Ноги путались в сухих ветвях, сверху сыпалась хвоя и лесной мусор, пару раз я влетел в ямы, заполненные теплой водой, в которых что-то шевелилось, выскакивал, как ошпаренный, несся дальше.

Вскоре тело вошлов ритм, пригибалось, прыгало, останавливалось, когда это требовалось. Наконец, удалосьподуматьо чем-то еще. В селе я окажусь почти ночью, что осложняет поиски. Нет, я уверен, что нужных людей разбужу быстро, но не вызовет ли мое позднее появление ненужных вопросов? Думаю, возвращение человека, отправленного священнослужителем, чей ранг мне так и не известен, в город для разъяснений и пропавшего, вызовет некоторый нездоровый интерес. Хотя бы со стороны Араты.

И как поступить? Можно сослаться на то, что я — самый что ни на есть сэр Томас Ромм, потерявший память, а теперь вспомнивший все. Но как объяснить появление сэра Томаса в лесу далеко от тех мест, где он должен был находиться? Нет, все-таки ведьме следовало усыпить всех в деревне, так было бы проще!

Время на экране компаса ползло чудовищно медленно. Расстояние сокращалось нехотя, но все же сокращалось. Когда впереди в просветах между деревьями показались остатки багрового закатного свечения, я замедлился, выключил фонарь и пошел осторожнее. На опушке остановился, решая, как двигаться дальше. Комбинезон защищает от животных, скрывая мой запах и подменяя его на нейтральный, так что я смогу пробраться в село, не перебудив всех собак. Если, конечно, буду достаточно тихим. Но как показаться в таком виде людям? Решение пришло быстро. Я обошел поле, постоянно сверяясь с таймером: у меня даже оставался небольшой запас времени. Выбравшись к центральной дороге, ведущей к воротам в частоколе, быстро запихнулснаряжение в рюкзак, а сам рюкзак спрятал на обочине. В темноте не заметят, а до утра я уберусь отсюда.

Отряхнувшись и придав себе озабоченный вид, пошагал к воротам. В такой час они заперты, но на посту всегда кто-то стоял. Вот и сейчас я услышал, как переговаривались двое. Мужчины сидели на толстом бревне на обочине, копья сложены рядом, горит яркий костер, освещая и ворота, и дорогу на пару десятков шагов от поста. Они не сразу заметили моепоявление, занятые разговором. Только когда нас разделялоне больше пяти метров, один из них вскинулся, хватая копье:

— Кого там бесы несут?! — закричал он грозно. — А ну, вертай назад!

— Как ты разговариваешьс бароном, червь?! — зарычал я, не останавливаясь. — Запорю на конюшне!

Теперь вскочил и второй, руки у обоих тряслись так, что едва удерживали копья. Я представил, какие мысли неслись сейчас в головах стражников: по голосу и манерам — барон. Но идет пешком, а какой барон обойдется без коня? Да еще и явитсяночью?

— Если ты барон, то какого лешего пешком? Благородные ни в жизнь своими двумя не пойдут!

— А если его ограбили? Сидите тут, а в округе лихие люди бродят! Нате, полюбуйтесь! — я подошел еще ближе, давая рассмотреть себя, отсутствие оружия и брони. — Ну? Убедились?

— Извиняйте, барон, не признали… Пешком-то… — сказал тот, что был постарше. Второй поспешно исчез за калиткой, раздался удаляющийся топот. Мы замерли в молчании. Я стоял, гордо скрестив руки на груди, так выгляжу внушительнее, оставшийся у ворот стражник нервно теребил копье и с испугом косился в мою сторону.

Наконец, из-за частокола раздались громкие голоса. Я узнал недовольный бас Араты:

— Какой к бесам барон ночью?! Нужно было гнать взашей, а не понял бы — копье в бок…

Он появился в свете костра, такой же массивный, с гордо вскинутой головой. Увидев меня, осекся, пристально всматриваясь в мое лицо. Я улыбнулся холодно и надменно:

— Благородный Арата, вот как у вас встречают высоких гостей? Которых к тому же ограбили и едва не убили?

— Ты?! — выдохнул он, узнавая меня. Я кивнул:

— Перед тобой сэр Томас Ромм, барон Яргородский. Бывал тут у вас недавно, и от этого посещения у меня остались самые неприятные воспоминания.

Арата едва успел отойти с дороги, когда я попер вперед, не замечая, кто это там у меня под ногами. Пинком распахнув калитку, шагнул в темноту по ту сторону. Провожаемый удивленными взглядами, вдруг сообразил, что не найду, куда идти дальше, но тут стражник, бегавший за старшим гарнизона, двинулся за мной, держа факел.

— Извиняйте, господин, сильно удивились мы, — забормотал он торопливо. — Не ходят благородные по ночам… не ходили, вот мы и того.

— На первый раз прощаю, — ответил я благосклонно. — Но больше такого не потерплю!

Стражник начал мелко кланяться, едва не ткнув факелом мне в лицо. Появившийся из калитки Арата прикрикнул на неумеху, потом обратился ко мне, все еще с сомнением в голосе:

— Но тебя… вас, благородный барон, увезли служители церкви. Если я ничего не путаю.

— Не увезли, а сопроводили. Это немного другое. И там, под присмотром и с помощью, я наконец вспомнил, кто я и как оказался в этих лесах.

— И как же, если не секрет?

А вот такого барон точно не позволит. Окатив Арату презрением, я проигнорировал вопрос.

— Мне нужно увидеться со старостой. Пока я был в беспамятстве, у меня пропала одна очень важная вещь.

Долгую секунду Арата сверлил меня взглядом, но уже не таким острым. Надеюсь, командный голос и поведение заставили его поверить. Сделав приглашающий жест, он двинулся впереди. Стражник с факелом семенил следом, едва не наступая на пятки. До дома старосты добрались быстро. Там уже проснулись, в окнах загорался тусклый свет, раздавались громкие голоса. В темноте засвистел ворот колодца: не иначе какой-то дурень решил, что начался пожар. Сам староста выскочил на крыльцо, опухший со сна, едва успев натянуть рубаху и штаны. Увидев меня, удивленно распахнул рот.