Фаза Монстра

Игорь отыскал прямоугольник, состоящий из пяти квадратов, поставил в первый квадрат курсор и медленно, тщательно выбирая буквы, вписал:

«СКРИБ».

Ничего не произошло. Прямоугольнички продолжали ползать по экрану, только теперь в одном из них были расставлены оранжевые буквы.

Игорь было растерялся, но быстро сообразил, в чем дело. Подняв руку, он ткнул предательски дрогнувшим пальцем в клавишу «ввести»! Экран мигнул, сменил цвет на обычный – светло-серый, а через секунду на нем высветилось:

«Программа „Звездный лабиринт“. Основные параметры».

Игорь долго сидел неподвижно, глядя на открывшийся файл, и думал, как бы сложились судьбы полутора тысяч человек, населявших «Одиссей», если бы это удалось сделать в системе Кастора!!!

А затем он вошел в раздел «Приоритеты» и ввел «Приказ командира корабля» в качестве основного для всей программы.

Выйдя из программы, он составил приказ о приостановлении выполнения программы «Звездный лабиринт» вплоть до особого распоряжения командира линкора и, приложив сканер к правому глазу, подписал его.

Программа не была отменена, линкор продолжал свой путь, но Главный компьютер корабля был готов ввести в действие изменения в любую характеристику полета.

И вот теперь, спустя пятьдесят стандартных часов, «Одиссей», линкор класса «ноль» Космофлота Земного Содружества, завис на практически круговой орбите у последней планеты зеленовато-желтой звезды F5 звездного скопления М22. Впрочем, звездное скопление было определено штурманской службой линкора приблизительно, и этот факт предстояло еще уточнить.

Планета представляла собой обычный, казалось бы, газовый гигант, имевший весьма удаленную от материнской звезды орбиту, и при обычных условиях он вряд ли заинтересовал бы научно-исследовательскую группу звездолета. Но в атмосфере планеты происходило нечто настолько необычное, что командир линкора принял решение провести научные исследования.

Сразу после выхода на круговую орбиту с линкора ушло четыре орбитальных исследовательских модуля, в каждом из которых находилось по шесть человек. Модули были подняты на более высокие орбиты, и теперь вся поверхность планеты находилась под наблюдением научно-исследовательской службы «Одиссея». Устанавливались физические характеристики поверхности планеты и укутывавшей ее толстым слоем атмосферы. Устанавливались особенности и закономерности поведения различных слоев атмосферы, фиксировались радиоактивные, сейсмоактивные области планеты, напряженность и распределенность магнитного поля... В общем, шел сбор полного астрофизического досье на это огромное небесное тело.

В течение того времени, которое линкор уже провел на орбите планеты, никаких аномальных явлений в ее атмосфере не происходило, и это немного нервировало Шохина, ведь именно по его ходатайству командир линкора принял решение задержаться у этой планеты, хотя путь звездолета, по всей видимости, лежал непосредственно к звезде... К зеленовато-желтой F5.

Сбор данных шел уже седьмые сутки, когда на связь с командиром звездолета вышел главный астрофизик «Одиссея» профессор Пауль Карпински. Как только Вихров подтвердил связь, профессор заявил:

– Господин нуль-навигатор, я готов доложить основные данные по этой планете. Мне кажется, и вам и другим специалистам команды надо их знать, чтобы принять решение, проводить дальнейшие исследования или сворачивать их!

– А вы сами-то как считаете, профессор? – переспросил Вихров, пропуская мимо ушей свое стремительное повышение в классе.

– А я сам могу провести около этой планеты и год, и два! – ответил Карпински.

– Ясно, господин профессор, – улыбнулся про себя Вихров, – когда вы прибудете на линкор?

Профессор чуть замялся, а потом вдруг выпалил:

– Мне хотелось бы остаться на модуле. Терять несколько часов на полеты и доклады, по-моему, не рационально!

– Но... Вы же сами собираетесь делать сообщение... – начал было Игорь, однако профессор нетактично перебил его:

– Конечно, сам, но я могу сделать его, не покидая своего модуля. А может быть, это будет даже интереснее – я смогу демонстрировать вам кое-какие наши находки, так сказать, в самом свежем виде!

– Хорошо, – усмехнувшись, согласился Игорь. – На какое время мне назначать совещание?

– Это как вам угодно! – отозвался Карпински. – Я готов к докладу в любое время.

На следующий день в два часа дня по стандартному времени в малой офицерской кают-компании экипажа собрались двенадцать человек, вызванных командиром корабля на совещание. Пришедшие в кают-компанию главные специалисты экипажа с удивлением увидели там четырех офицеров Звездного десанта. Кроме командующего полулегионом бригадного генерала Бейтса, Вихров вызвал командиров обеих когорт и отдельной центурии – командир линкора не стал преследовать Бейтса за необоснованное обвинение, но и не слишком ему доверял. Вызванные офицеры негромко переговаривались, ожидая командира корабля, а тот задерживался.

Наконец Вихров появился в дверях кают-компании, быстро оглядел присутствующих и, пройдя на свое место, объявил:

– Господа, прошу прощения за опоздание, но произошло кое-что экстраординарное. Однако я не буду опережать события, и, как мы и планировали, вначале послушаем главного астрофизика линкора профессора Карпински. Начнем!

Освещение кают-компании уменьшилось, и прямо посреди помещения возникла объемная картинка. В центре в весьма удобном кресле расположился худой моложавый мужчина в мешковато сидящем комбинезоне с копной плохо расчесанных волос, серебрящихся на висках ранней сединой. Большой, с горбинкой нос и близко посаженные глаза делали его слегка похожим на птицу, и это сходство еще усиливалось резкостью и порывистостью его движений. За его спиной виднелась приборная панель научно-исследовательского модуля, занимавшая всю стену отсека.

Профессор, по-видимому, тоже дожидался начала совещания, но в отличие от офицеров линкора не терял времени даром – в руках у него был портативный расчетчик, и он что-то быстро просчитывал, сверяясь с данными, выведенными на экран монитора.

Однако через мгновение он оторвался от своей работы и, быстро подняв голову, взглянул в камеру модуля связи.

– Здравствуйте, господа! – Голос профессора был так же резок, как и его лицо. – Итак, вот что нам известно об этой планете на сегодняшний день! Истинный экваториальный диаметр планеты – пятьдесят шесть тысяч семьсот километров. Ее объем составляет одну целую и две десятых на десять в двенадцатой степени кубических километров. Масса планеты равна девяти целым и девяти десятым на десять в двадцать первой степени килограммов. Средняя плотность – одна целая и тридцать шесть сотых грамма в кубическом сантиметре. Среднее значение ускорения силы тяжести равно десяти целым и восьми десятым метра на секунду в квадрате, минус ноль целых шестьдесят две сотых метра на секунду в квадрате за счет центробежного ускорения. Период осевого вращения планеты составляет одиннадцать целых две десятых стандартного часа.

Карпински бросил быстрый взгляд чуть в сторону, а затем чуть медленнее продолжил:

– Теперь о кое-каких деталях. Газовая оболочка планеты, то, что мы называем атмосферой, многослойна. Верхние ее слои содержат молекулярный водород и гелий, придонные слои – аммиак и метан. Толщина газовой оболочки составляет тридцать один процент радиуса планеты. Общая масса газовой оболочки – десять процентов общей массы планеты. Давление на поверхности планеты может колебаться от трехсот двадцати до трехсот сорока пяти килограммов силы на квадратный сантиметр. Температура верхних слоев атмосферы, до облачного слоя, не превышает минус ста восьмидесяти градусов по Цельсию, на поверхности планеты она составляет около минус ста шестидесяти градусов по Цельсию. Эта разница, учитывая удаленность планеты от центрального светила, говорит о том, что имеет место значительный приток тепла из недр планеты. Поверхность планеты состоит из замерзших до твердого состояния метана и аммиака. Под воздействием высокого давления этот лед превращается в электропроводную массу. В результате высокой скорости вращения планеты эта масса получает турбулентное движение, что приводит к возникновению чрезвычайно мощного магнитного поля. А поскольку магнитное поле не сконцентрировано в ядре, как это бывает у планет с тяжелым ядром, оно является флуктуирующим – его силовые линии не только не проходят через центр планеты, но даже не совпадают с осью ее вращения.