Флэшбэк

— И, пожалуйста, скажи мне, что это связано с лишней слизью! — добавила Ро.

Фитц застонал.

— Я забыл о следующем Празднике Тины.

Ро усмехнулась.

— Хорошо, что мы нет!

— Но вернемся к моему вопросу, — сказал Киф, остановившись в ногах их коек и подбоченившись. Он некоторое время изучал их обоих, прежде чем его взгляд остановился на Софи. — Какие приготовления делает Лето… и почему Фитцстер выглядит более взволнованным, чем ты?

Она не была уверена, что им позволено говорить ему… но это было намного легче, чем спорить.

Он воспринял новость так, как она и ожидала.

— Ты зря теряешь время, — предупредил он.

— Может быть, — сказал Фитц. — Но если бы твоя мама требовала встречи, ты бы ей отказал?

— Конечно, нет! Но если ты используешь меня в качестве модели для принятия правильных решений, то ты как бы скребешь дно. Особенно решений, касающихся моих родителей.

— Правильно… как вчера все прошло с твоим отцом? — спросила Софи.

— Жалкая попытка сменить тему, Фостер. Расскажи мне больше об этой встрече с Финтаном. Я так понимаю, вы, ребята, планируете пойти на него со всем Мега-Когнатством?

— Да, но мы будем действовать разумно, — пообещала Софи. — А теперь вернемся к твоему отцу. Чего он хотел вчера?

Киф пожал плечами.

— Ой, вы знаете, типичный отец-сыну.

— Что это значит? — надавила Софи.

Он провел рукой по волосам, слегка испортив прическу.

— Он считает, что мой Наставник по Эмпатии недостаточно давит на меня. Поэтому он хочет, чтобы я начал тренироваться вместе с ним, потому что ничто не говорит «хорошая идея», как объединение меня, моего отца и кучу эмоциональных упражнений. Что может пойти не так?

— Э-э, ты сказал ему «нет», верно? — спросила Софи.

— Не в этот раз. — Он опустил глаза и слегка втянул голову в плечи, что иногда случалось, когда он имел дело с отцом. Вся борьба и энергия покинули его, оставив лишь приглушенную оболочку Кифа. — Не надо так волноваться, Фостер, — сказал он.

— Тогда скажи мне, как он заставляет тебя это делать, — парировала она.

Он пожал плечами, вызывающе подняв бровь, и посмотрел ей в лицо.

— Ты смотришь на это неправильно. Мой отец не думал об этом. Ты хоть представляешь, как я могу сделать его несчастным?

— Наверное, настолько, насколько он может сделать несчастным тебя, — заметила Софи.

— Ха… у него тоже есть я, — вмешалась Ро. — И у меня есть паразиты.

— Кстати, — сказал Элвин, с грохотом входя в комнату с серебряным тазиком, который они использовали для тренировок навыков, и подносом с разноцветными бальзамами, — я удивлен, что Лорд Кассиус не связался со мной по поводу очередного раунда желудочных проблем. Это значит, что ты решила быть с ним помягче?

Ро захлопала ресницами.

— Дай ему еще несколько часов.

Элвин поморщился.

— Ты хотя бы расскажешь мне, что дала ему на этот раз?

— Ну и что в этом интересного? — спросила Ро. — Кроме того, это хорошая тренировка! Предатели, которые дезертировали у отца, однажды могут использовать это против тебя. Лучше научиться распознавать.

— К сожалению, я полагаю, что это правда, — сказал Элвин, ставя тазик на пол между койками Софи и Фитца.

— Время тины, время тины, время тины? — спросила Ро, подпрыгивая на носках и хлопая в ладоши.

Элвин кивнул и повернулся к Фитцу и Софи.

— Кто первый?

— Фостер доброволец! — сказал Киф с ухмылкой, которая вполне заслуживала подушки.

— Ты согласна? — спросил ее Элвин.

— Не лучше ли сделать это, зная, что все равно произойдет? — добавил Киф… и это был отличный довод.

Софи бросила на Фитца извиняющийся взгляд и сказала Элвину:

— Готова.

Элвин поставил поднос с бальзамами ей на колени.

— Я бы рекомендовал заткнуть вам носы, — сказал он всем, поднимая ее больную руку и держа ее над тазиком.

— Пф, я хочу погреться в этом! — Ро глубоко вздохнула, когда Элвин развязал ремни на кольчуге Софи и выпустил облачко чего-то, что Софи могла описать только как вооруженное утреннее дыхание.

Полоски бинтов под кольчугой из белых превратились в коричневато-желтые и ужасно хлюпали, когда Элвин медленно разрезал их узкими ножницами.

— Поехали! — сказала Ро, хлопая в ладоши, когда Элвин разделил кокон…

Киф кашлянул.

— Ладно. Это может быть даже слишком грубо для меня.

Софи не могла решить, что хуже: то, как ил шипел и пенился, едва коснувшись воздуха, или то, как он прилипал к ее коже, свисая с руки длинными сопливыми нитями вместо того, чтобы капать в таз.

— Есть шанс, что я смогу достать бутылку этой дряни? — спросил Киф. — Думаю, папе действительно нужно понюхать.

— Нет. Все это достанется Ливви, — сказал ему Элвин.

— Э-э, если она собирается использовать это для эликсира, я никогда больше не буду принимать ее лекарства, — вмешался Фитц.

— И я, — согласилась Софи.

Элвин рассмеялся.

— Это только для тестов. Она хочет изучить, как теневой поток повлиял на ваши клетки. И давайте посмотрим…

Он использовал крошечное устройство, похожее на скребок, чтобы убирать слизь в таз длинными полосками. Кожа на руке Софи была розовая и сморщенная, будто девушка слишком долго отмокала в горячей ванне. И пальцы наконец-то стали того размера, каким должны были быть.

— Я же говорил, что рука почти придет в норму, — сказал Элвин, когда Софи осторожно коснулась костяшек пальцев, благодарная за то, что они оказались твердыми во всех тех местах, которые были сломаны во время нападения.

— Что насчет онемения? — спросила она.

— Вот тут-то и возникает «почти», — признался Элвин. — У меня уйдет, по крайней мере, еще пара дней на то, чтобы устранить все повреждения нервов. И пройдет еще больше времени, прежде чем ты восстановишь силы. Можешь пошевелить пальцами? По одному, вот так.

Он показал ей нужное движение — вперед и назад, и Софи попыталась скопировать его. Но на полпути ее рука дрожала, и она дышала так, словно только что пробежала марафон.

— Знаю, это, вероятно, не очень обнадеживает, — сказал он, когда Софи вынуждена была признать, что не может закончить, — но именно так и должно быть. Сейчас твоя рука в основном новая… новая кость, новые мышцы, новая плоть. Так что тебе придется снова научиться ею работать. Фитцу предстоит такая же борьба с ногой.