Флэшбэк

— Или, — возразила Софи, — мы могли бы посмотреть, что произойдет, если мы добавим усиления к смеси. Это обычно дает Фитцу огромный прилив энергии, и он может поделиться ей со мной.

Тиерган вздохнул.

— Полагаю, можно попробовать. Но затем я буду настаивать, чтобы вы остановились.

— Идет, — согласилась Софи, снимая зубами перчатку и протягивая Фитцу голую руку.

— Готов? — спросил он Кифа.

— Вперед. Дайте зондирование Фитцфи-пиццей!

Фитц прижал свою ладонь к ладони Софи, и между ними пронеслась волна тепла… более мощная, более грубая сила, оставлявшая следы покалывающих искр от кончиков пальцев к макушке.

— Клянусь, с каждым разом все сильнее, — пробормотал Фитц.

— Да, — согласилась Софи, крепче сжимая его руку и впитывая энергию, которую он делил с ней, позволяя ей расти и расти, пока ее мозг не почувствовал, что готов взорваться от давления.

— Считай, — сказал Фитц Кифу.

И когда он добрался до «один»…

СТИРАТЕЛЬ!

Это слово было больше, чем приказ. Это было лезвие, пронзившее сознание Кифа и ударившее куда-то глубоко, превратив все в холод и тьму.

На секунду Софи испугалась, что они просчитались.

Потом Киф прошептал:

— Кажется, мы что-то нашли.

Глава 22

Киф опустился на ближайшую койку, и в голове у него промелькнуло воспоминание… сцена настолько искаженная, что Софи не могла сказать, что она должна была увидеть.

Некоторые части были слишком тусклыми, другие слишком яркими, и были странные мерцающие промежутки, как при попытке посмотреть действительно старый, поцарапанный кусок пленки без некоторых кадров. Даже звук был искажен, голоса то появлялись, то исчезали.

Но затем образы обострились, и она поняла, что наблюдает, как леди Гизела наклоняется и разговаривает с чуть более молодой версией Кифа, стоя перед книжными полками.

Сколько тебе здесь лет? передала Софи.

Киф выглядел более худым, чем она привыкла, а его подбородок и щеки более круглыми.

Кажется, одиннадцать? Или, может быть, десять?

Ты не знаешь? спросил Фитц.

Еще нет. Я не могу понять, куда должны вписываться воспоминания. Думаю, что Тиерган это имел в виду, когда говорил о «ментальной ряби».

Ты ведь в Кендлшейде, да? Софи узнала учебную зону в спальне Кифа.

Да. Я все пытаюсь понять, какие книги на моих полках, потому что это подскажет мне, когда это было. Но фон слишком размыт.

Да, почему? спросил Фитц.

Без понятия. Это воспоминание повреждено сильнее остальных. Думаешь, Еще одна вспышка энергии все исправит?

Стоит попробовать, сказал Фитц, крепче сжимая руку Софи и вливая в сознание Кифа все тепло, которое накопилось между ними.

Но покалывающая энергия ничего не изменила.

— Мне нужно, чтобы ты оказал мне услугу, — сказала леди Гизела в воспоминании… или это предположила Софи. Все, что они могли слышать, было:

— Нужно… услугу.

Она протянула Кифу что-то белое и расплывчатое, и Софи была уверена, что это запечатанный конверт.

— Доставь… мужчине… зеленая дверь.

Она только что сказала «мужчине»? спросил Фитц, опередив Софи. Не «эльфу»?

Похоже на то, подумал Киф, глядя, как леди Гизела вручает его молодой версии что-то маленькое и кобальто-голубой перемещающий кристалл к Запретным Городам.

— Да, — сказала его мама, когда у Кифа отвисла челюсть, и на мгновение воспоминания обострились, позволив им ясно услышать ее, когда она сказала, — мне нужно, чтобы ты отправился прямо сейчас.

Глаза юного Кифа блестели от возбуждения, и Софи ожидала, что он поднесет грань к свету и уйдет.

Но он оглянулся на маму.

— Зачем?

— Потому что я так говорю.

— Да, но зачем?

Она потянулась, чтобы ущипнуть себя за переносицу.

— Фитц расспрашивает отца, когда Олден отправляет его с поручениями?

— Не знаю… как я тебе уже тысячу раз говорил, Фитц мне об этом ничего не говорит. Но я уверен, что он знает, куда идет и зачем.

— Да, но все, что тебе нужно знать, это то, что сообщение, которое ты держишь в руках, должно быть доставлено осторожно. И так как никто не смотрит твой реестр, ты можешь улизнуть гораздо легче, чем я.

Воспоминание снова изменилось, исказив большую часть ответа Кифа. Но они уловили часть, где он настаивал:

— Скажи мне, что в письме.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться, — предупредила леди Гизела.

— Забавно… но, похоже, ты не в том положении, чтобы торговаться, — возразил он.

Похоже, ты достаточно взрослый, чтобы сводить родителей с ума, заметил Фитц. И, похоже, мы — друзья.

Да, сказал Киф. Значит, мне лет одиннадцать.

— Такого рода информацию нужно заслужить, — сказала ему в воспоминании леди Гизела. — И ты можешь доказать свою готовность, доставив это сообщение без дальнейших споров.

Внимание юного Кифа привлекло блестящее золотое пятно в центре конверта. Оно было похоже на воск или замазку, и на ней был оттиснут символ, которого Софи никогда раньше не видела: два полумесяца, образующие свободный круг вокруг светящейся звезды.

Думаешь, этот символ имеет какое-то отношение к ее делу? спросил Фитц. Разве руны на двери не говорили: «Звезда восходит только с Наступлением Ночи»?

Я думала, это относится к инициативе Путеводной Звезды, напомнила Софи, а там другой символ.

Верно, сказал Фитц. А символ Весперы больше походил на крутящуюся падающую звезду, не так ли?

Киф вздохнул.

Кого-нибудь еще тошнит от символов?

Софи определенно да. Но им все равно придется выяснить, что означает новый символ, если только память не подскажет им… но девушка сильно сомневалась, что это произойдет. Тем более что юный Киф, похоже, не особенно интересовался символом. Он был гораздо более сосредоточен на том, что было внутри… он даже поднес письмо к свету и прищурился на силуэт записки.