Формула счастья

Поднимаясь по лестнице, он наконец услышал шум въезжающей машины.

Кейси вошла и разочарованно окинула взглядом помещение. Только ящик на полу — пристанище шустрого щенка и сонного котенка. Щенок бросился с радостным лаем, стараясь привлечь ее внимание, а котенок только замурлыкал, когда Кейси ласково прижала его к подбородку.

Кейси не случайно не торопилась в гараж, оттягивая момент неизбежной развязки. Но в душе все же теплилась надежда, что Джек ждет ее. При виде опустевшего гаража Кейси пронзила ужасная мысль. Он уехал. Ему надоела вся эта бессмыслица, и он счел за лучшее уехать, не дожидаясь ее возвращения. Что ж, нельзя было исключать и такую возможность. И все-таки Кейси была потрясена своим открытием.

— Скучали без меня, малыши? С вами все в порядке? — спросила она, обращаясь к двум пушистым питомцам.

— С ними все прекрасно, — послышался из-за спины голос Джека.

При звуке его голоса Кейси закрыла глаза и мысленно поблагодарила Бога.

Она поднялась и резко обернулась. Улыбка сияла на ее лице. От стремительного движения белое платье обвилось вокруг ее загорелых ног. Она успела сделать лишь один шаг, как Джек поймал ее и заключил в кольцо своих объятий. Прошла минута, прежде чем сердце начало биться ровнее. Разве когда-нибудь она чувствовала себя такой счастливой?

Джек уткнулся лицом в нежное тепло ее шеи и пробормотал:

— Где же ты была? Я едва не лишился рассудка, волнуясь за тебя.

— Боже, как ты меня напугал! — облегченно вздохнула Кейси. — Я думала, что ты уехал.

— Я? — рассмеялся Джек, сознавая невероятность подобного предположения. — Тебе не удастся так легко от меня отделаться. Почему ты так поздно?

— Прости меня, дорогой, — промолвила Кейси. Сердце все еще колотилось, и она едва могла говорить. — Мне пришлось кое-что сделать перед тем, как…

— Опять покупки? — осведомился Джек, с удивлением обнаруживая, что эта мысль не вызывает у него раздражения.

— Нет, — засмеялась Кейси. — Кажется, об этих безумствах в магазинах мне придется навсегда забыть.

— А где твои вещи?

— Я отправила их домой пароходом.

— Даже духи?

— Да, их тоже. — Она действительно отправила все пароходом.

Услышав это, Джек улыбнулся. Каким он был идиотом, думая, что вещи значат для Кейси больше, чем он сам!

— Прости меня.

— А ты меня, — отозвалась Кейси и засмеялась. Радость, звучавшая в этом смехе, успокоила сердце Джека.

— Я люблю тебя. Я был глупцом, что покинул тебя.

— Я знаю.

Джек усмехнулся и, откинувшись назад, озорно взглянул на Кейси.

— Знаешь, что я был глупцом?

— Знаю, что ты любишь меня. — Кейси уткнулась лицом в распахнутый ворот его рубашки. Она удовлетворенно вздохнула, почувствовав его тепло. Она не замечала, что дверь гаража открыта и соседи могут спокойно наблюдать за ними. В его объятиях Кейси было наплевать на все. — Я тоже люблю тебя.

— А деньги — это чепуха, — проговорил Джек, вдыхая запах ее волос. — Мне будет все равно, даже если в твоем распоряжении будет десять миллионов долларов и каждый новый день ты будешь начинать с посещения магазинов.

— Тебе больше не придется беспокоиться об этом. Это все уже позади.

— Что позади? — спросил Джек и отодвинулся назад, желая видеть ее лицо.

— Я вложила их… или что-то в этом духе.

Джек удивленно раскрыл рот.

— Закрой рот, пока кто-нибудь туда не влетел.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что цветы привлекают пчел и других крылатых насекомых, поэтому…

— Перестань валять дурака! — Джек слегка потряс Кейси за плечи. — Что ты хочешь этим сказать?

— А я думала, что тебе нравится, когда я валяю дурака.

— Кейси!.. — Голос Джека звучал угрожающе.

— Ладно, — улыбнулась Кейси. — Я хотела сказать, что люблю тебя и не собираюсь терять из-за каких-то долларов. Поэтому я отложила немного для Мириам и своих родственников, а остальное отдала на благотворительные нужды.

— И это ты считаешь вложением? — изумился Джек.

— Насколько я понимаю, это самый мудрый в моей жизни шаг.

— А что такое ты называешь «какими-то долларами»? Полмиллиона?

— Боюсь, что даже несколько больше. — Под изумленным взглядом Джека Кейси пожала плечами, демонстрируя этим свое пренебрежение к подобным мелочам. — Хотя ты понимаешь, что это ерунда.

— Насколько больше?

— Почти на двести тысяч.

— Боже! Ты ненормальная, — вздохнул Джек, страдальчески закрыв глаза.

— Разве? — осведомилась Кейси, прильнув к нему и блуждая указательным пальцем по его подбородку и губам. — А по-моему, ты сказал, что все мои желания связаны с деньгами. Разве не ты дал мне понять, что мое стремление к деньгам грозит превратиться в навязчивую идею? И разве не ты покинул меня, оставив перед выбором?

— Все, что я говорил, — безумие. Зачем ты меня слушала?

Кейси засмеялась. Ей было легко и радостно, как никогда. Она была уверена, что ей больше нечего бояться, по крайней мере пока с ней рядом человек, которого она любит. Только он способен дать уверенность в будущем, которой ей так не хватало.

— Я слушала тебя, потому что ты был прав. Мне не нужны деньги. Мне нужен ты.

— Милая, — промолвил Джек, чувствуя, что не в силах вынести боль и радость этого мгновения. Как ни безумен был выбор, перед лицом которого оказалась Кейси, она сделала его. Он впервые чувствовал уверенность в том, что составляет главную часть ее жизни. И от этой мысли у него перехватывало дыхание.

— Мы славно заживем, — промолвила Кейси, не поднимая головы. — На следующий год я закончу учебу. А когда я получу степень, у нас все будет прекрасно.

— Ты забыла о моей резьбе. Она приносит неплохие деньги.

— Даже неплохие? — с недоверием переспросила Кейси.

— Очень даже неплохие.

Тут Кейси расстроенно вздохнула.

— Джек, — начала она вкрадчиво, — это будет не слишком много, если я попрошу тебя оставить свои путешествия? Ну, ты знаешь, я говорю о передвижных ярмарках.

Джек нахмурился, не понимая, как ей в голову вдруг пришла подобная мысль.

— Я не торгую своими работами на передвижных ярмарках, Кейси. Этим занимается одна из нью-йоркских художественных галерей.