Формула смерти

Китаянка состроила гримасу и покачала головой.

Фонтана спросил, медленно и четко выговаривая слова:

— Есть здесь поблизости школа карате или кунг-фу?

Лицо женщины засветилось пониманием.

— Кунг-фу, карате? Да, — она неистово закивала головой, довольная тем, что поняла, чего хотят эти два джентльмена.

Вышла из-за прилавка и подошла к входной двери.

— Это там, о’кей? Идете улица Пелл, о’кей? Этот номер, о’кей? — она нацарапала на кусочке розовой бумаги номер 131 и сунула его в руку Фонтаны. — О’кей?

— О’кей. Большое спасибо.

— Да, наверное, знаю, о ком вы говорите, — сказал им человек, которого они обнаружили по указанному китаянкой адресу. Пол и стены помещения сотрясались от прыжков и выпадов учеников, отрабатывавших свои приемы и при этом не забывавших кричать каждый раз, когда поражали воображаемого противника.

— Он занимается здесь?

— Нет, это Северная Школа Богомола. Мы специализируемся на кик-боксинге. Думаю, ему нужно что-то другое. Справьтесь в Южной Школе Богомола, что на Пятнадцатой улице.

Дождь усилился, они сразу промокли насквозь, но Фонтана этого не замечал — увлекся поиском, несся по следу, чувствуя, что двигается в нужном направлении.

Дом, который они высматривали, находился рядом с салоном красоты «Хип-Ки». В его окне маячили мужчины в белых халатах, суетились вокруг чинно восседавших в креслах клиентов, стригли и укладывали волосы.

Фонтана и Фаррелл увидели рядом гостеприимно распахнутую дверь, вошли, поднялись по широкой лестнице на второй этаж, где услышали все то же ритмичное топанье, звуки ударов и истошные вопли, сопровождавшие их.

— Вот мы и на месте. У меня такое ощущение, что здесь нас поджидает удача, — сказал Фонтана и, поймав полный сомнения взгляд Фаррелла, добавил: — Моя интуиция еще никогда меня не подводила, поверь мне.

Они оказались в тесном помещении с посыпанным опилками полом. На стенах висели сабли и цепи, но самое главное — анатомические схемы с сопровождающим текстом на китайском языке. Фонтана подмигнул Фарреллу: попали как раз туда, куда надо. Но никого, кто хотя бы отдаленно напоминал Дэна, среди бойцов не было.

Учитель, рослый мужчина, с наголо выбритой головой и сардонической улыбкой, время от времени выкрикивал команды по-китайски, ученики, в возрасте от десяти до пятидесяти лет, беспрекословно им подчинялись.

Школа боевых искусств оказалась настоящим проходным двором: под ногами крутились китайские ребятишки, туда-сюда сновали китаянки, молодая, стройная белая женщина, похожая на тех, каких вербовал в свою секту пресловутый Мун, предлагала миндаль всякому, кто хотел его отведать, и очень обижалась, если кто-нибудь отказывался. Она оказалась единственной, кто обратил внимание на вновь прибывших.

Фонтана вдруг увидел что-то на листе растения, стоявшего в углу, и, заинтересовавшись, подошел к нему поближе. Богомол, но таких больших экземпляров Фонтана еще не видел. Несколько секунд человек и насекомое смотрели друг на друга, словно оценивая потенциальные возможности.

— Ты задумывался, что у них на уме? — спросил он Фаррелла, но тот не мог понять, с какой стати Фонтана так заинтересовался какой-то букашкой.

— Нет.

— Знаешь, в чем твоя беда, Макс? В полном отсутствии воображения, — он вдруг насторожился и поднял указательный палец.

— Чувствуешь запах, Макс?

— Воняет опилками и потом.

— Не чувствуешь запаха соевого соуса? — Фонтана оглядел комнату и увидел стеллаж с пузырьками и бутылочками.

— Учитель Чу может вылечить любую болезнь, — раздалось у них за спиной. Это заговорил один из учеников, только что закончивший тренировку — юноша с полукитайскими-полуевропейскими чертами лица. — Он изготовляет снадобья сам и лечит все болезни.

— Можно подумать, он волшебник!

— Вселяет веру в собственные силы, вдохновляет нас! — молодой человек начал распаляться. — Он самый лучший…

— Скажите, — перебил его Фонтана, — это одно из снадобий учителя Чу?

Тот взял пузырек и понюхал содержимое.

— Да, это изготовил учитель Чу, — он нахмурился. — Где, позвольте спросить, вы это взяли?

— Сказать по правде, мы ищем одного человека, который занимается в вашей школе.

— И кто же это? — молодой человек насторожился.

— Он называет себя Дэнни, но не знаю, под каким именем он известен здесь.

Фонтана сунул ему под нос корреспондентское удостоверение, в котором он значился как глава Городского кабельного телевидения. — Мы снимаем программу о восточных боевых искусствах, и нам сказали, что он как раз тот человек, кто нам нужен.

Молодой человек повертел удостоверение в руках.

— Как выглядит этот ваш Дэнни?

Когда Фонтана вкратце описал интересующего его человека, юноша закивал:

— Его зовут Дэвид. Не знаю его фамилии. Можете спросить у учителя Чу.

Учитель Чу приветствовал их легким наклоном головы. Он сказал что-то по-китайски, а молодой человек перевел сказанное на английский.

— Учитель хочет, чтобы вы нанесли ему удар в живот.

Учитель Чу напоминал беременную женщину, готовую вот-вот разродиться. Фонтана сделал знак Фарреллу, тот повиновался. Удар был силен, но учитель только расхохотался.

— Черт возьми! Он у него, как камень! — пробормотал удивленный Фаррелл, потирая ушибленный кулак.

Молодой человек сказал что-то учителю; Фонтана уловил только слово Дэвид. Лицо китайца засветилось. Он заговорил по-китайски, не спуская глаз с Фонтаны. Ученик переводил:

— Учитель Чу говорит, что, если вы пришли сюда, чтобы брать уроки по восточным единоборствам, он готов вас принять, хотя уверен, что вы сбежите через две недели, если останетесь живы.

Фонтане не очень понравился юмор учителя Чу, и он поспешил вернуть разговор к интересующему их предмету.

— Спросите учителя Чу, что он может рассказать о Дэвиде.