Гармана

— Беда, эрат!

— Горше этой беды не может быть… Ну, что там еще?

— В Сурте началось восстание!

Лоэра будто ударили.

— Кто?!

— Кар Норот, бывший член Народного Собрания.

— Я собственной рукой снесу ему голову! — Лоэр только теперь понял, что перед ним Эн Элис: кто еще может так неуклюже сидеть на коне и рассеянно приглаживать огненные волосы. — Эх, прозевали вы, Элис. Прозевали! Не зря они шептались за нашими спинами! Ну, доберусь я до него!

— Поздно, эрат: Норот только что был сражен стрелой, когда выходил из своего дома. Временно возглавил восстание сотник Лузер. Однако он человек осторожный, помышляет больше не о победе, а о том, чтобы поменьше рисковать. Эрат, надо спасать восстание. Народ прослышал, что вы вернулись, и теперь никого не хочет признавать предводителем повстанцев. И я тоже.

— И вы тоже… — Взгляд Лоэра, опустился вниз, на траву. — Каково положение сейчас?

— Не знаю, эрат. Известно только, что нашим приходится туго. Замутили воду… Вот что, Элис: я спасу людей, а на восстание ваше мне наплевать.

— Поступайте, как найдете нужным, благородный эрат. Я буду с вами.

— Нет. Вы останетесь здесь. Не забывайте, теперь только мы двое знаем о тайнике. — Лоэр подозвал помощника. — Дорогой Берк, жизнь этого рассеянного юноши дороже гнофорских сокровищ…

Берк склонил голову:

— Я все понял, эрат. Я буду оберегать его. Однако мне не нравится, что вы оставляете ребят здесь. Отряд сейчас нужен в городе.

— Он нужен тут, Берк. Лишь чрезвычайные обстоятельства вынуждают меня вернуться в Сурт. А вас очень прошу отдать братский долг погибшим товарищам.

— Слушаю, эрат.

Лоэр приблизился к телу Мара Оранта с ровно приставленной головой и с минуту стоял перед ним на коленях, глядя в красивые и чистые черты воскового лица, затем медленно поднялся. Не исключено, что ему не придется присутствовать на погребении ни Ледии, ни Мара… Боги, сколько в мире несправедливости! Кто как не он, должен проводить в последнюю дорогу свою первую любовь и доброго друга? Да, Мар был другом. И Ледия любила только его, Лоэра, и все, что с нею случилось, случилось против ее воли… Боясь расслабиться, Лоэр с усилием отогнал ненужные сейчас мысли. К нему робко приблизился Элис:

— Возьмите мой плащ, эрат: повстанцы просили меня, чтобы вы явились к ним именно в этом плаще — они узнают вас издали.

Лоэр с удивлением рассматривал плащ, который уже видел когда-то. Он был ослепительно красным, хотя и прозрачным, а с внутренней стороны — бесцветным и почти невидимым. Элис напомнил:

— Это плащ мудрого Рута Линара Эрганта — он надевал его в первый день, как стал примэратом… Да, да, конечно… Тогда еще поговаривали, будто он принадлежал самому Ремольту.

Лоэр внимательно выслушал последние советы и наставления Эна Элиса, поблагодарил его и протянул руку Берку:

— К ночи поставьте дополнительные караулы вокруг лагеря.

Берк кивнул и, взяв под уздцы, подвел коня к тропе.

— Ждем вас с победой, эрат Лоэр!

— Победы не будет, Берк. Приготовьтесь принять войско в пять тысяч мечей.

Берк поднял широкое скуластое лицо — веснушки вспыхнули ярче, темные глаза еще больше потемнели.

— Жаль, эрат. Может, передумаете? Ведь одержать верх ох как важно! Важно не столько для нас, сколько для народа: надо встряхнуть его, отвлечь от общей беды, это же просто необходимо, как вы не понимаете!

— Встряхнуть. Отвлечь… Да вы мудрец, Берк! Как это не пришло мне в голову раньше?

— Ну конечно же. Подумайте, что может получиться, если восторжествует суперат, хоть вам и удастся спасти всех повстанцев.

— Спасибо, друг мой, я подумаю на пути к Сурту…

Конь взял с места в карьер — и яркий плащ, словно огненные крылья, взметнулся за плечами Лоэра. Город был недалеко. За короткое время Лоэр должен определить свое отношение к восстанию окончательно. Итак… если повстанцы не возьмут верх, будет хуже, это очевидно. Значит, только победа. Народу обходима встряска, отвлечение от несчастья: люди сейчас пребывают в страхе перед неизвестностью, и начавшееся восстание может не только отвлечь, но и излечить окончательно! Случится, не случится, а искать пути к спасению надо! Если видится хоть малейшая возможность помочь людям, надо ее использовать! А что же дальше? В состоянии ли повстанцы удержать город от нашествия врага? Что можно противопоставить им? Пять тысяч регулярных солдат и примерно втрое больше плохо вооруженных и плохо обученных горожан, которые в бою будут похожи на коров, идущих на бойню?.. Впрочем, так ли? Многие из них служили и, следовательно, знают, за какой конец держать меч, а оружие… оружие будет, если удастся захватить арсенал раньше противника.

В Сурт Лоэр влетел через Кузнечные ворота, как посоветовал Элис, но внезапно попал в тыл светоносцев, которые теснили восставших к реке. Долго не раздумывая, он выхватил меч и с громким кличем ринулся через ряды красных плащей с изображением золотого солнца. Его заметили — сначала повстанцы и только потом светоносцы. Друзья приветствовали долгожданного кумира радостными возгласами, враги сначала опешили, потеряв несколько человек, затем пустили в смельчака тучу стрел. Лоэр прорвался сквозь плотные ряды светоносцев. Друзья дали ему свежего коня. Вскочив на него, он обратился к повстанцам во всю силу своего голоса:

— Друзья! Позади нас смерть: там стена и река. Выход один — отбросить врагов к Храму Благоденствия, и вы это сделаете! — Он выхватил из рук повстанца знамя и с размаху бросил его, как копье, в гущу красных плащей. — Вот ваша победа, — возьмите ее!

От оглушающего «хэ-э-эй!» вздрогнули и задрожали стены зданий, и повстанцы ринулись за своим знаменем.

6. СОВЕТ

Положение у восставших сложилось как нельзя хуже во всех пунктах города кроме того, куда прибыл Лоэр. Пользуясь временным затишьем, он успел до заката солнца побывать всюду, знакомясь с обстановкой, давая советы, снимая старых и назначая новых командиров. К вечеру положение несколько выравнялось, к ночи бои затихли, и Лоэр созвал всех командиров на совещание. Старых знакомых, в том числе и эрата Мегула, Лоэр с радостью обнял и высказал пожелания больше не расставаться. Кое-кто уже завел разговор о причинах неудачи восстания.

— Беда в том, — послышался неуверенный голос одного из командиров, — что мы не все сразу выступили.

Лоэр вышел на середину:

— Беда в том, друзья, что вы начали не вовремя. Для восстания нужна подготовка, а ее-то как раз и не было, насколько я понимаю. Ну так что, продолжим борьбу или уйдем из города ночью?

Командиры растерянно переглянулись.

— Вы не верите в победу, эрат?

— Верю. Могу обещать, что не позднее, чем взойдет солнце из-за Щита Гарманы, в Сурте не останется ни одного недруга. Но подумали вы, как отстоять город потом?

— Эрат, к нам идет большая подмога — войско рабов. Месяца три назад их видели возле Борона. И потом — Синий Пустынник!

— Не слушайте вы его, Лоэр, — вмешался старый товарищ по легиону. — Брехня все это. Три месяца тому назад войско рабов располагалось как раз посреди степи и никуда не думало двигаться, потому как ждет приказа Синего Пустынника. Ну, а выступили мы, верно, без времени.

— Так ведь если б не почтенная эрина Алия Никор…

— Алия Никор?

Легионер потер бороду, виновато поглядывая на товарищей, которые угрюмо склонили голову, потом все же решился:

— Суперат-то давненько имел виды на эрину Алию. А сегодня утром подвалил ему случай, и он заявился в уважаемый дом со своими людьми…

— Дальше, дальше!

— А дальше… — Легионер замялся. — Эрина Алия пришла на площадь, созвала людей и поведала им о своем невольном позоре. А потом заколола себя кинжалом. Ну, тут народ-то и зашумел, кинулся за дубинами — и на гнофоров. Позвали нас…

Лоэр будто окаменел, сдавив виски пальцами.

— Не надо было этого говорить вам, эрат, — услышал он тот же голос. С силой провел по лицу ладонями: