Генезис
Шрифт:
***
– Нет! Нет! Этого не может быть! Мама! Папа!!! Ребята! Неееет!!! – я бежал домой быстро, как только мог, а тут…
В свете уходящего солнца я как во сне двигался по мокрой от крови траве, между изуродованных, таких родных тел, еще сегодня утром дышавших и говоривших со мной, теми, кто любил и кормил меня, переживал за меня, защищал, наказывал и ругал – моей семьей.
– Эй пацан, это твои тут? – мне на плечо легла чья-то широкая ладонь.
– Что… Кто это?.. За что!?! –
– К’шка… У них не было ни единого шанса, мы бы все-равно бы не успели… Твой отец молодец, до последнего трубил, предупредил всех! Мы прибежали, а монстр уже стену разворотил, как будто коренья из земли выкапывал… Схватит, потрясет и выкидывает… Даже съесть не пытался. Безумная тварь! Мы такого еще ни разу не видели… Столько дротиков в него повтыкали, сколько камней, насилу прогнали!..
Я взглянул наконец на говорившего – передо мной стоял пожилой воин, замотанный в толстые ременные доспехи. Его глаза излучали душевное сочувствие.
– Ты вот, что! Родня какая-нибудь у тебя осталась?.. Слушай, чем от тебя воняет!?
– К’шка! Я знаю, что это за зверь! – осененный внезапной догадкой, перебил я, говорившего со мной воина, – Он гнался за мной в лесу, потом проглотил, а потом отрыгнул!
– Да? – лицо старого вояки удлинилось от удивления, – Проглотил и отрыгнул? И где же это случилось?
– Там, недалеко от поваленных стволов!
– Ладно! Пошли ко мне, сейчас все расскажешь!
И мы пошли по скорбной вымершей тропе, мимо наглухо запертых дверей, в глубь нашего города.
На эту ночь меня приютил у себя сам Староста – это он был тем воином, который встретил меня у разоренного дома.
– И что ты говоришь, это был огромный К’шка? – продолжал выспрашивать у меня староста уже сидя за накрытым столом, – Куда он мог убежать, как думаешь?
– Да, мне кажется я знаю, он пошел к реке, – рассказывал я, поглощая очередной кусок сахарного корня, заботливо выложенного на стол женой Старосты.
– Это очень опасная и страшная тварь! Ты видел, что она сотворила с твоей семьей? Эта тварь никого не сожрала! Просто убивала и выкидывала, как будто искала кого-то определенного… Может, парень, тебя? А?..
Кусок застрял у меня в горле, передо мной снова возникли изуродованные трупы моих близких, а в нос ударила нестерпимая вонь проклятой Твари, в глазах все поплыло. Если бы я тогда не остановился на полдороги, а пробежал бы мимо кладовой Рата, то все мои родные были бы живы. Я, конечно, не упомянул Старосте об этом в своем рассказе – побоялся.
– Хватит тебе, старый, совсем застращал сиротку! – вступилась за меня жена Старосты, – Подожди, пускай сперва поест, да поспит!
– Так, значит! – хлопнул по коленке Староста, вставая, – Завтра поутру воев соберу, и ты пойдешь с нами, покажешь где ты с этой бешенной тварюгой переведался!
Я снова ощущал себя в этой проклятой могиле, передо мной стоял
непонятный прибор, увиденный на столе перед скелетом. Шар на ножке светился изнутри, как включенный телевизор, на который не поступает сигнал. Я прикоснулся к нему указательным пальцем, снова затянутым в резиновую перчатку и шар сложился в милое личико белой девушки со светлыми волосами, которое очень быстро стало напоминать мне великую Мерлин Монро – тайное вожделение юности, а потом она вдруг оказалась рядом со мной, такая теплая, мягкая и желанная.– Приве-е-ет! Хоть с кем-то здесь можно поболтать! Мне было так скучно! Как тебя зовут? А ты знаешь, как меня зовут? А в принципе тебе это не важно! Для тебя я могу быть кем угодно, зови меня просто Мерл… А ты наверное удивлен что встретил меня здесь? Да? А ты знаешь, почему я оказалась тут с тобой? Потому что, меня здесь потеряли, забыли, бросили! Выбросили, как не нужную вещь! Потому, что они меня не любят! Подлецы и негодяи! Конечно, ведь я же лучшая из всех. Но тебя это не должно волновать, главное, что мы с тобой наконец встретились! Я умею так много, ты даже не представляешь сколько и чего! Я могу перевоплощаться, а еще я самая умная и красивая! Мне было так скучно тут одной… – Мерлин состроила обиженную гримаску, от чего ее милое личико стало еще более притягательным.
– Главное, что ты и я, мы тут… Мне так не хватало умного, храброго и непременно сильного мужчины… Иди же ко мне! – И я, сгорая от вожделения попробовал обнять ее обнаженные плечи, но, как обычно бывает во сне, ничего не ощутил в своих руках, только страшно свернуло живот от голода.
Тут Мерлин Монро выхватила откуда-то маленький гвоздик и стала им тыкать меня щеку.
– Ой, ты чего? Перестань… – но она еще сильнее уперлась в меня гвоздем, раздирая до крови небритую кожу, вскочила на ноги и, обдав меня невероятным цветочным ароматом, убежала прочь.
– Ха-ха-ха!.. – услышал я удаляющийся звонкий смех.
– Вот черт! – выругался я, разлепляя глаза.
Чувство страшного голода и злополучный эротический сон, похоже сделали с моим зрением какой-то невероятный фокус – на меня, глаза-в-глаза уставилась лохматая морда вчерашнего грызуна, только крупнее, а сам грызун стоял перед моим лицом на задних лапах, и был затянут в какое-то подобие одежды из веревок и держал в передних лапках тот самый гвоздь, которым тыкал меня в щеку.
– А-а-а!!! – как сумасшедший заорал я, вскакивая с земли.
Зверек, кубарем, перекатившись назад через голову, отлетел от меня на добрых десять шагов. Я вскочил на ноги и, несмотря на жестокий голод, минуту назад пробивавшийся даже сквозь сон, принял бойцовскую стойку.
Впереди, под кустами образовалось какое-то движение и, ощетинясь длинными заостренными палочками, показалась стайка зверьков, как один похожих на сбежавшего от меня грызуна.
– Вау-у-у!.. – протянул я, восторженно, зверьки от звука моего голоса, все как один присели и замерли на месте, еще выше подняв над собой острые палочки.
«Это что цирк? Дрессированные грызуны? Наверное они здесь репетируют, а где же их дрессировщик? А может это электронные игрушки…» – подумал я и, желая найти подтверждение своим догадкам, нагнулся, протянув вперед руку, намереваясь потрогать одного из них.
– Иии-и-ть! – пискнул зверек, и все заостренные палочки взмыли в воздух!
Я только успел зажмуриться, как дюжина шипов впилась в мое беззащитное тело.
– Эй! Больно же! – вскрикнул я, падая задницей в траву, зверьки, как по команде бросились в кусты.