Гений

— Ну, что ж, спасибо за совет, обязательно спрошу. А все-таки. То есть, мной и правда как-то манипулируют? — спросил я его, ловя на слабо, и как ни странно, поймал…

— Манипулировать вами как раз категорически против ее интересов, — заявил Мартик, — Сам тезис, который она защищает, состоит в том, что новый младший бог сам сделает так, как она предсказывает, безо всяких подсказок и указаний. А то до сих пор их всегда по этому вопросу вводили в курс дела, так что у них и выбора почти не было, а вам специально оставили самому выбирать, чтобы доказать, что бог и сам никак иначе поступить не сможет, а точнее, может, но все равно как надо делает. Так что, молодой человек, малейшее подозрение, что она вами манипулирует, по крайней мере, если все повернется, как она ожидает, поставит под сомнение весь ее эксперимент.

— И что же это такое?

— А вот этого, мда-м, я не могу вам сказать, — заявил Мартик, — Поскольку именно в этом и суть эксперимента.

— А если я неправильно выберу, что, окажусь недостоин?

— Смеетесь, молодой человек? — невозмутимо возмутился Мартик. Никогда не думал, что такое возможно, но котяра справился, — Да, как выберете, так и хорошо будет. Хотя я, на вашем месте…

— Что на моем месте? — нервно спросил я, подозревая подвох.

— На вашем месте, мда-м, я выбрал бы и то, и другое вместе, а если предложат, то и третье, — мечтательно заявил Мартик, лизнул нос, нервно перебрал лапами и мечтательно зажмурился, — Впрочем… мда-м, это уже мое — кошачье, людям и богам не понять…

И гордо покачивая хвостом вышел из комнаты. А я опять пошел гулять по берегу и размышлять об услышанном. А вечером, в ходе чаепития, решил последовать совету Мартика и все-таки уточнить вопрос.

— Алина, ты тут при мне какой-то эксперимент по твоей научной теме упомянула, — сказал я, делая небольшой глоток из изящной белой фарфоровой чашки, на этот раз с рисунком цветов и ягод, — Не пояснишь, что ты имела в виду?

— А разве я что-то такое упоминала, Алеша? — искренне удивилась она.

— Упоминала, — ответил я, — Когда считала, что я не слышу. Так что, давай, делись. Как говорится, и бог велел…

— Я не могу, Алеша, — мягко ответила Аля, — Ты пойми, это ведь не со зла, и не то, чтобы мы от тебя что-то скрывали. Я тебе почти всю теорию и так рассказала, только без указаний, какое это отношение к тебе имеет. У тебя просто будет выбор, и мне нужно знать, какой выбор ты сделаешь.

— И это не называется манипуляцией?

— Алеша, ну, какая тут манипуляция? — разведя руки спросила Аля, — Я ведь потому и не хочу говорить, чтоб на тебя не влиять. Ну, в чем тут ущерб, если ты сделаешь ровно то, что сам захочешь? Главное, что без посторонних подсказок. С подсказками мы уже давно знаем, как все получается. А я пытаюсь доказать, что боги и так умные, так что и сами все правильно сделают, даже если им никто ничего обьяснять не будет.

— Но что за выбор сказать не можешь?

— Нет, Алеша, не могу, — вздохнула она, — Потому что если скажу, то и выбора у тебя почти не останется.

— Это как?

— Ну, хорошо, Алеша, я попробую обьяснить, — еще раз вздохнула Аля, — Только учти, это очень иносказательно будет, потому что если сказать, как есть, то действительно на твой выбор повлияет. А мне и правда знать нужно, как ты его сам сделаешь.

— Ну, что ж, на безрыбье и рак — рыба, — согласился я, — Давай свое иносказание.

— Помнишь как Винни-Пух пришел в гости к Кролику, и тот спросил, что медвежонок хочет — мёду или сгущенного молока?

— Ага, а Винни тут же ляпнул «и того, и другого, и можно без хлеба!» — подтвердил я знакомство с классикой детской литературы.

— А теперь представь себе, что меду так много, что до сгущенного молока уже не добраться.

— Не вижу проблемы… — удивился я вполне в духе самого великого медвежонка.

— А в том, Алеша, что как же Кролику понять, что ты на самом деле любишь — мед или сгущенное молоко? — ответила вопросом на вопрос Аля.

Я озадаченно молчал. Нет, правда, ну просто очень иносказательно. И что это все должно означать? А, ладно…

— Ну, спасибо, — ответил я, — Не то чтобы хоть что-то было понятно, но по-крайней мере все, как обещала.

— Извини, Алеша, — ответила Аля, пересела на оставшийся рядом от Михи пуфик, взяла в обе ладони мою руку и уставилась снизу вверх сияющими огромными глазами, — Яснее никак. Сам увидишь, я тебе потом подробно обьясню, а скорее всего, и сам догадаешься. Просто не выжимай из меня ответа сейчас, можешь это для меня сделать? Обещаешь?

Да, уж, и кто в таких условиях не пообещает? Сейчас просто замурлыкаю, задеру хвост трубой и начну тереться о ее ноги, как Мартик. Или не как Мартик… Нет, какая-то неправильная ассоциация получилась. В воображении послышался бряк застежки длинного поводка из анекдота. Женщин подобные вещи в отношении их просто бесят, а у меня как-то просто механически зарегистрировалось сознанием… Собственно, неудивительно, что такое их бесит. Чтоб удержать женщину на поводке, нужно, чтобы он был пристегнут к твоему ошейнику, а она за него держалась.

— Хорошо, обещаю, — встряхнув головой согласился я, не в силах отвести от нее взгляда. Пушистое белоснежное платье подчеркивало высокую грудь, и мне казалось что вот-вот, и я увижу сквозь него. Причем ощущения были давно забытые, как у первокурсника, увидевшего сокурсницу с хорошей фигурой в мини-юбке и с глубоким декольте. Но тут реальность решила мне напомнить, что я уже давно не первокурсник, и платье заодно с бельем, если таковое было, под моим пристальным взглядом тихо исчезло, открывая перехватывающий дыхание вид. То ли мёда, то ли сгущенного молока и правда было очень много.

— Не надо, Алёша, — тихо, почти просительно сказала Аля, и вернув платье обратно чуть поправила воротник одной рукой.

— Извини, — смущенно ответил я, — Еще не до конца управляюсь со своими способностями. Как-то само собой случилось, я и сам не понял как.

— Я понимаю, Алеша, — ответила Аля продолжая держать мою руку, и доводя сцену до точки, когда мне оставалось либо тащить ее на руках в постель, либо резко менять тему. Я выбрал последнее.

— А не пора ли нам закругляться на сегодня?

Аля явно не возражала, так что я поднялся из кресла и отправился в свою спальню. А то давненько я свою тень в реальности не навещал. И не только тень…

Тень опять сидел внизу и смотрел «Летучую мышь». Чего-то он пристрастился к этому фильму. Ну, да ладно, я с ним досмотрел, благо музыка великолепная, а потом подсказал, что надо бы что повеселее. Тень полностью идею одобрил и поставил наугад серию Футурамы. На экране трудолюбиво переделывали статую Свободы в статую толстой монстрихи, жены завоевателя планет Лллра с Персей Омикрон 8, со сковородкой вместо факела. «Лллр?! Ты поддался на уловки этой одноглазой соблазнительницы!» — возмущалась она, — «Это моя привилегия — задалбывать тебя требованиями, чтобы ты на них огрызался!»