Гностикос
Шрифт:
- Так ведь она не выбрасывается!
- Тогда вытащи ее.
Тосун взял удочку и пошел на реку. Двое суток он без устали медитировал. В результате он принес столько рыбы, что ею наелся весь монастырь, и еще закоптили часть улова на зиму. Все хвалили Тосуна. Но за что? Ведь вместо пустоты он всякий раз вытаскивал рыбу из воды или стебель лотоса. Пустоту он так и не поймал. Однако Тосуну понравилось делать добрые дела. Предоставленный самому себе, он гулял по улицам и приставал к прохожим.
- Дай монетку, - просил он.
И если ему давали, видя в нем нищенствующего монаха,
- Монах, можешь ли ты почитать сутру для моей умершей жены?
- Дай монетку.
Крестьянин дал ему денег, и они направились в его дом. После чтения сутры крестьянин спросил:
- Как ты думаешь, будет ли моей жене польза от этого?
- Не только твоей жене, но и всем живым существам.
- Если это разделится на всех живых существ, то моей жене, пожалуй, достанется немного. Почитай еще раз сутру для моей жены отдельно от всех.
- Дай монетку.
И Тосун прочитал сутру еще раз.
- Ну, а теперь моей жене будет больше польза?- спросил крестьянин.
- Теперь в два раза больше.
- А другим?
- И другим тоже.
- Но ведь я просил тебя ради своей жены!
- Желание Будды таково, чтобы все живые существа получали пользу и были счастливы.
- Это, конечно, прекрасное учение,- согласился крестьянин.- Но следует сделать исключение для моего соседа, который доставляет мне много неприятностей. Можешь ты исключить его из всех живых существ, о которых радеет Будда?
- Дай монетку.
После третьего чтения сутры крестьянин остался вполне удовлетворен, а Тосун отправился угощать детей. Знаменитый учитель Дзен по имени Сён Саку из Киото, проходя через город, заметил счастливого монаха, который раздает детям конфеты и фрукты, и остановился возле него.
- В чем сущность Дзен?- спросил он Тосуна.
Тот пожал плечами.
- Замечательный ответ, - согласился Сён Саку.
– А в чем осуществление Дзен?
- Дай монетку.
- Восхитительно!
И Сён Саку направился прямиком в монастырь, где растят такие таланты. Там его с почетом приняли. Вечером он попросил настоятеля прислать к нему для беседы молодого монаха с одним глазом. Нан-ин очень удивился, что такой знаменитый учитель хочет говорить с этим олухом, но отказать ему не посмел. Он отдал приказ Гадзану и добавил:
- Пусть твой глупый брат побольше молчит и не позорит наш монастырь.
Гадзан позвал к себе брата и сказал:
- Знаменитый учитель Сён Саку захотел поговорить с тобой. Так ты предложи ему беседу молчания. Но главное, сам ничего не говори.
А через некоторое время Сён Саку зашел к Нан-ину и произнес:
- Я побежден вашим юным учеником. С благодарностью и почтением покидаю стены вашего монастыря.
Настоятель не мог поверить своим ушам.
- Как же это произошло?
- Он предложил мне беседу молчания. Тогда я показал ему один палец, подразумевая просветленного Будду. А этот юноша поднял два пальца, символизирующие Инь и Ян. Тогда я показал ему три пальца, как бы говоря: у этих противоположностей есть
золотая середина, и поэтому всякая вещь может быть истиной или ложной или не может быть какой-либо еще. А он мудро указал мне на четыре пальца, как на четыре благородные истины. Я показал ему пять пальцев, напоминая, что в мире существует пять зол от демона Мара. А он сложил пять пальцев в кулак, словно говоря: все равно Дзен един. После этого я поклонился ему и ушел. Поблагодарите этого юношу за беседу, а я прославлю ваш монастырь в других землях. Прощайте.И Сён Саку удалился.
Тем временем Гадзан допрашивал своего младшего брата о том, как прошла беседа молчания.
- Он долго молчал и разглядывал меня, а потом показал мне один палец, намекая, что я одноглазый. Я не стал обижаться и показал ему два пальца: мол, поздравляю вас с тем, что у вас два глаза. А он показывает мне три пальца и опять напоминает, что на двоих у нас три глаза. Я решил не поддаваться гневу в ответ на его жестокость и показал ему четыре: мол, зато у меня две руки и две ноги, и я доволен. А он опять смеется: две руки, две ноги и один глаз. Теперь уже я не сдержался и пригрозил ему кулаком. Тогда он одумался, поклонился мне и убежал.
- Совсем пусто в твоей голове!- возмутился Гадзан.
- Если бы было пусто, я смог бы вытащить пустоту оттуда,- возразил Тосун.- Сначала нужно иметь пустоту. Но как мне обрести эту пустоту? Это для меня загадка.
- Ты мне – брат, - сердито сказал Гадзан, - но я никак не пойму, как ты им оказался. Вот загадка!
- Так это просто: нас родили братьями.
- Нет ничего простого. Если бы все было просто, не понадобились бы мудрецы.
- А что было бы без мудрецов?
- Люди жили бы как звери в лесу.
- Зачем же тогда мудрецы уходят в лес от людей?
- Как это уместится в твоей пустой голове?
- Ты хочешь сказать, что в пустой голове мало места?
- Именно это.
- А куда же исчезли все места?
- Не место порождает вещь, но вещь порождает место. Нет вещи – нет и места для нее.
- А чистое место есть?
- Нет.
- Теперь я понял!
– воскликнул Тосун.
– Я думал, что пустота – это чистое место, но пустота – это тоже вещь. Но тогда почему я не могу вытащить эту вещь?
И с тех пор стал думать Тосун об одном, как вытащить из себя вещь по имени «пустота».
Как-то раз Нан-ин отправил Гадзана, которого с годами все больше ценил и прочил в свои преемники, с одной почетной миссией в уездные города для сбора пожертвований. В Китае имелись сутры, которые еще не были изданы в Японии. Они были напечатаны на деревянных блоках в количестве 7000 экземпляров. Кафедральный собор Тофуку объявил о сборе пожертвований на издание этих сутр. Нан-ин не хотел остаться в стороне от такого благородного дела. Вот и решил он поручить эту миссию своему лучшему ученику. А Гадзан прихватил с собою младшего брата, чтобы тот хоть чему-то поучился у него. Недавно закончился сезон дождей, и многие ручьи превратились в реки, а лужи – в озера. Возле одного такого ручья встретилась братьям девушка в кимоно и шарфе, которая не знала, как ей перейти на ту сторону, не запачкав свой наряд.