Гончие Дзара

— С чего вы взяли, Изма, будто я должен кого-то здесь поражать?

Тот пару раз моргнул, прежде чем снизошел до ответа.

— Казалось бы, ни с чего, мастер Риши, — хитро улыбнулся мект. — Но мы ведь все хорошо знаем, на что вы в действительности способны. Так отчего даже не пытаетесь предчувствовать вероятную опасность? Как это называется? Прекогниция, вроде бы?

Я пожал плечами, пытаясь не выдать лицом, как сильно меня изумила подобная осведомленность.

— Окажись я настоящим лейром, Изма, может быть и ответил бы на ваш вопрос. А так могу лишь развести руками. Потенциал своих сил я и сам до конца не понимаю.

— Это-то и настораживает, мастер Риши. К добру оно все идет или к худу? — Еще один вопрос из разряда не подразумевающих простого ответа, вынудивший меня неловко заерзать в седле.

— Лучше вам обоим сейчас помолчать, — непререкаемым тоном заявил Аргус.

Мы мгновенно заткнулись, а я еще и, извернувшись, с любопытством уставился на его мрачневшее с каждой секундой лицо.

— В чем дело-то?

— Замок оцеплен, — почти не разжимая губ, проговорил он.

Проследив за направлением его взгляда, я далеко не сразу заметил группу из нескольких вооруженных фигур, застывших на краю силовых врат, которые питали плазменный мост, соединявший замок со всем остальным городом. Сейчас мост был обесточен, а сами врата — заблокированы. Так что никто не мог проникнуть внутрь или выбраться наружу традиционным путем и остаться при этом незамеченным.

Нам подобного счастья, конечно же, было не надо.

Ожидая, пока Аргус примет решение, я ненароком вспомнил о Тассии Руэ и ее совместной с Дианой Винтерс попытке (вполне успешной, надо сказать) проникнуть в замок, минуя все сторожевые системы. И пусть сам Аргус в ту пору позволил им все это провернуть, отрицать их весьма творческий подход к задаче было бы глупо. Может и нам стоило сымпровизировать?

— Ну, и как мы поступим? Надеюсь, не придется прорываться с боем через охрану?

— Терпение, мастер Риши, — негромко проговорил Изма, чуть ли не с благоговением глядя на задумчиво-молчаливого Аргуса. — Хозяин принимает решение.

Чего-чего, а терпения мне сегодня явно не доставало. И без того измотанный приключениями, свалившимися на голову по пробуждении, я ощущал раздражение и усталость. Да и слова портакианца больше оптимизма не добавили. С каких это пор я превратился в страшилку, которой пугают залетных ротозеев?

— Пойдем старой тропой, — наконец объявил страж и, судя по выражению лица, сам был не рад такому решению.

Изма, к слову, тоже не пищал от восторга. Его чешуйки бледнели, а лицо становилось все более сморщенным.

— Этого я и боялся, — буркнул он себе под нос.

И только я, как водится, ничегошеньки не понимал.

— Что за тропа такая? И почему у вас такие лица, будто она через ад пролегает?

Аргус, как обычно, проигнорировал вопросы, а вот Изма не удержался от едкой ремарки:

— Чертовски тонко подмечено, мастер Риши. И, да будет мне позволено просветить вас, старой тропой издавна называют тайный ход, скрытый на нижних ярусах паатового леса, над которым, мы все, собственно, сейчас и находимся.

— То есть, нырнем вниз? — Мой взгляд невольно упал на пару десятков метров, где начиналась граница плотного лесного покрова, игриво переливавшегося всеми оттенками зеленого. Под ложечкой засосало.

— Чтоб вы знали, паатовый лес не зря называют одним из опаснейших во всей освоенной Галактике. Это настоящий океан, кишащий хищными тварями, самые милые из которых это клипассы и гофаи. И чем ниже спускаешься, тем страшнее чудища, что там обитают.

— Изма, все знают, насколько опасен Великий Боиджийский Лес, — заметил я, — только ведь ни вы, ни я там гулять не планируем.

— И все же, чтоб добраться до тайного хода, нам придется нырнуть туда, куда и солнце никогда не проникает. Чем, по-вашему, может обернуться такая вылазка?

Для меня это был вопрос из разряда риторических. Чем бы в итоге ни обернулась, по-другому то мы все равно не могли поступить, верно?

К счастью, Аргус, так же, как и я, не считал нашу дискуссию уместной.

— Некогда спорить, — отрезал он, крепче перехватив вожжи. — Риши, прижми голову, когда пройдем через листву. В этой части лес не так глубок, как в других местах, но все равно может доставить проблем.

Я кивнул, дав понять, что принял к сведению предупреждение. А он, дождавшись сигнала готовности от Измы, пришпорил гофая и заставил того нырнуть вниз со скалы.

Кажется, я в жизни своей не орал громче, чем в тот раз. Спуск выглядел натуральным падением и ничуть не походил на что-нибудь хоть как-то контролируемое. Самый настоящий прыжок в бездну, только вместо мокрой и соленой пучины, в свои объятья нас приняли кустистые ветви гигантских деревьев, отвоевавших себе большую часть поверхности планеты.

Несколько скачков по отвесной скале — и вот мы уже под толщей хлещущей по лицу зелени, игриво перемахивали с одной толстой ветки на другую, так что в ушах сплошной треск стоял.

— Если бы риоммцы стояли чуть ближе, они бы услышали ваш бешенный вопль, — брюзгливо проговорил Изма, улучив короткий момент между прыжками.

Как и советовал Аргус, я втянул голову в плечи, а заодно старался спрятать виноватый взгляд от его слуги.

— Простите. Вырвалось невольно.

Изма только фыркнул.

— В прошлый свой визит вы были куда собранней, мастер Риши.

— Изма! Спускайся молча.

Изма подчинился приказу хозяина и припустил гофая глубже в чащобу, вниз под слои листвы и переплетения ветвей и лиан, туда, где с каждым метром становилось все темнее, а со стороны раздавались все более жуткие и громкие вопли.

Очутившись под пологом зелени, скорость пришлось существенно сбросить, что, впрочем, не слишком угнетало привычных к проворству ящеров. Недостаток естественного освещения компенсировали люминесцентные лианы и цветы-приманки, над которыми вились насекомые.

Мысленно надеясь, что не наткнусь на какого-нибудь гигантского паука, я, тем не мнее, не переставал глазеть по сторонам, стараясь впитать взглядом каждую деталь окружения. Прежде мне всегда думалось, что густые леса под своими пышными кронами скрывают голые стволы и больше ничего. Однако то, что предстало перед глазами здесь ни в какое сравнение с подобными догадками не шло. Словно погружаешься в некое мистическое царство неописуемой красоты и загадочности. Пускай затхлый воздух слегка и портил общее впечатление.