Горизонты безумия
Шрифт:
Сзади послышался нездоровый смех.
Подорогин с астрофизиком синхронно обернулись.
Доктор явно был не в себе.
– Нет, вы только послушайте их! Сквозняк!.. Да откуда ему тут взяться? Вы, случаем, не того?! Нет? А очень похоже! Нет, сквозняк, подумайте только!..
Астрофизик подошёл к смеющемуся и встряхнул за грудки.
– Успокойтесь. Слышите меня? Дышите реже. У вас нервный срыв. Нужно себя контролировать. Ни к чему излишние эмоции. Именно сейчас – они вам только во вред. Вот, видите... Всё ведь прекрасно. Можете поплакать. Станет легче, уверяю вас.
Подорогин наблюдал за тем,
Отнюдь.
Подорогин отвернулся. Повременил и прикоснулся к основанию дупла.
– Что б тебя!
– Всё в норме? – Астрофизик усадил более-менее успокоившегося доктора на камни и кинулся к Подорогину. – Что случилось?!
– Холодно, – только и сумел выговорить тот.
– Что – холодно?
– Там, внутри, – Подорогин кивнул на чёрную муть. – Бьюсь об заклад, намного ниже нуля, – и чуть повременив: – Только не начинай опять.
Астрофизик отрицательно мотнул головой: мол, и не собирался!
– Грешник, как думаешь, чем это может быть? – спросил Подорогин, обращаясь к товарищу.
– Ничем хорошим, – отрезал тот. – Нам лучше помолиться и идти своей тропой. Незачем испытывать судьбу. Она сама испытает нас при первом же удобном случае.
– А что если это и есть тот самый случай? – сказал астрофизик.
Грешник улыбнулся.
– Да, это испытание, вне сомнений. Но нацелено оно на то, чтобы отвадить чересчур любопытных совать нос куда не следует.
– Послушай, – Подорогин выдохнул. – Можешь сказать толком, есть внутри что-нибудь или нет?
– Даже в Эдемском саду, помимо Адама и Евы, что-то было, – кивнул Грешник. – Вне сомнений, есть и тут.
– Что? – спросил доктор, раскачиваясь на одном месте.
– А вот это мы сейчас и выясним. Позволите?.. – Астрофизик шагнул к доктору и бесцеремонно сорвал с руки того перчатку с эмблемой экспедиции.
– Если вам так необходимо... – Пользуясь случаем, доктор обтёр вспотевшие пальцы об углепластик скафандра.
– Что ты задумал? – бесцеремонно спросил Подорогин.
– Сейчас увидишь, – подмигнул в ответ астрофизик, направляясь к дубу.
С каждой минутой происходящее нравилось Подорогину всё меньше и меньше. А всё по тому, что в своих действиях и поступках каждый из них напоминал несмышлёного ребёнка. Ребёнка, который увлёкся занимательной игрой, так что на какое-то время напрочь утратил связь с действительностью. Следовательно, потерял чувство опасности, мысленно абстрагировался от реальных угроз, просто ослеп. А что бывает в таких случаях доподлинно известно: ничего хорошего – и это ещё в лучшем случае.
– Слушай, – как мог убедительно сказал Подорогин, – я не думаю, что это хорошая затея: соваться невесть куда, просто так, наобум.
– Да это вообще идиотизм! Чистой воды авантюра! – Доктор поднялся на ноги, но ближе подойти не посмел. – Что если, это ловушка?!
– Вот сейчас и увидим, – отозвался астрофизик, шаря рукой в перчатке внутри чёрной мути. – Ловушка это, или просто фактор живой природы.
Подорогин зашёл сзади, не зная, куда деть руки.
«А что, собственно, может произойти? Внутри если что и сидит,
так, наверняка, какая-нибудь ночная птица. Отверстие небольшое, значит и хозяин гнезда не превышает в размерах стандартного филина. Да даже если и превышает, утянуть человека он вряд ли сможет. Голова ещё пролезет, а вот всё остальное – навряд ли...»Подорогин продолжал раз за разом успокаивать себя мысленно, хотя клочком подсознания понимал: всё это так, проформы ради, чтобы была возможность уцепиться за соломинку рациональности, дабы не спятить окончательно. А верит ли он сам в надуманное? Ох, и не лёгкий это вопрос...
– Подсади! – оглянулся астрофизик. – Ствол гладкий, а с одной рукой не так-то просто карабкаться.
Подорогин послушно выполнил просьбу: подставил колено, позволил опереться на плечо. Лицо отвернул, готовый, в случае чего, прийти на выручку.
– Уф... – отдувался астрофизик, покрепче цепляясь за края дупла. – Так дует, что аж дыхание сводит! Тут действительно намного ниже нуля! Небывалое явление.
– Что-нибудь видишь? – спросил Подорогин, переступая с ноги на ногу.
– Сплошная темень! Можешь повыше поднять?
– Сейчас попробую...
– Вот так. Не шевелись. Вот чёрт!
– Что ещё? – Подорогин напрягся.
– Я попытался нащупать противоположное основание... но ничего!
– Как это, ничего? – Доктор всё же пересилил страх и подошёл ближе.
– Я не могу взять в толк, как такое возможно, но внутренний объём ствола никак не соизмеряется с тем, что мы видим снаружи! Такое ощущение, что тут разверзлась самая настоящая бездна!
– Насколько там много свободного пространства? – спросил Подорогин, чтобы хоть как-то взять под контроль ситуацию.
– Сейчас попытаюсь выяснить.
«Ма...»
Подорогин вздрогнул. Еле устоял на ногах. Обернулся.
– Аккуратнее там, сорвусь! – предупредил занятый своим делом астрофизик.
– Что ты сказал? – подавленно произнёс Подорогин, понимая, что они все не контролируют ситуацию.
– Я говорю, не дрыгайся там!
– Что вы видите? – спросил подошедший вплотную доктор.
– Тут реально ничего нет! Ни стен, ни, скорее всего, дна... ни чего бы то ни было! Сплошной мрак, хоть глаз выколи! Хотя...
– Что? – Доктор побледнел.
– Что-то всё же есть. Какой-то провод.
– Ты уверен? – спросил Подорогин. – Так или иначе, не вздумай прикасаться к нему!
– Попробую потянуть...
«Ма...»
– Вы слышали?! – Подорогин резко оглянулся на доктора.
– Что я должен был слышать? – опешил тот.
– Кто-то сказал «ма».
– Ма? Но кто?.. И что это, вообще, значит?
– Я понятия не имею, – выдохнул Подорогин, изгибая шею. – Но я уверен, что это оттуда.
В тот же миг груз с плеча и колена пропал.
Подорогин даже руки поднять не успел, как от астрофизика остались лишь раздвинутые в стороны ноги – они-то и удерживали тело в подвешенном положении. Картина поражала своей нелепостью, но надо было что-то делать, потому что кроме него, Подорогина, на помощь астрофизику никто не спешил: Грешник нёс какую-то ахинею на счёт «терпения Его, и годины искушения, которая придёт, дабы испытать живущих на земле»; доктор просто пятился прочь, выкатив глаза и спотыкаясь о разбросанные у подножья ствола каменюки.