Город без памяти
Шрифт:
– И что же дальше? – спросил Пашка. – Те, что догадались, ушли в партизаны?
– Я не знаю, что такое партизаны. К тому же все это было еще до того, как я родился. Нашего первого учителя поймали и сожгли вкушецы.
– И правильно сделали, – сказала Белка. – Поклоны должны быть поклонами, а то не будет порядка.
– Вот видите, – вздохнул Ручеек, – искалеченное дитя.
Все засмеялись. Кроме Белки.
– Учителя нашего убили, но уже были другие, которые умели читать. И они ушли в лес, потому что в лесу есть другие города, покинутые, забытые всеми. В тех городах они надеялись найти
– Почему они берут такие имена? – спросила Алиса.
– А потому, что они думают, будто эти имена значат совсем не то, что они значат на самом деле.
– Как так?
– А просто. Никто не умеет читать, никто не помнит прошлого, никто не знает, как назывались раньше разные животные. А в Городе сидят мудрецы, это тоже паразиты, они теперь вместо ученых. Когда надо назвать знатного младенца, обращаются к ним, и за большие деньги они дают ему имя. Например, Крот. Что такое крот?
– Как что? – удивилась Алиса. – Это такое маленькое животное, оно живет под землей и роет себе ходы.
– Неправда! – закричала Белка. – Это вранье. Ты обижаешь моих братьев и моего отца.
– А что же это такое? – спросила Ирия Белку.
– Крот – это такое могучее лесное животное с большими зубами, очень сильное. Его головы мои братья носят вместо шлемов.
– Но это же головы волков! – сказала Алиса.
– Вот именно, – улыбнулся Ручеек. – Конечно, это волк. А мудрецы говорят: крот – это могучий зверь! Кто их проверит? Кто узнает правду, если только мудрецам разрешено придумывать имена?
– Не хочу больше слушать, – сказала Белка и отошла к борту баржи.
– Она не пожалуется братьям? – спросил Пашка.
– Не думаю, – сказал Ручеек. – Ей же интересно с нами. Но к правде нелегко привыкнуть.
– Я согласна с Ручейком, – сказала Ирия. – Белка – неплохая девочка. Ей было несладко в замке. Продолжайте, Ручеек.
– Мои учителя ушли в глубину леса. Там было трудно. В лесу много страшных зверей, есть очень опасные места. Учителя отыскали покинутый город и поселились в нем. Назвали его Убежищем. Прошло уже много лет…
– Если никто не знает правды, – удивился Пашка, – как к вам приходят новые люди?
– Мы крадем детей, чтобы учить их, – сказал Ручеек. – У нас нет другого выхода. Помники не могут ходить по городам и учить людей, их сразу поймают и убьют. Поэтому они и стали красть детей. Взрослого трудно переубедить, а ребенка можно всему научить.
– Но как же родители?
– По-разному, – уклончиво ответил Ручеек.
– Все-таки это жестоко, – сказала Алиса.
– Но у нас нет другого выхода! – повторил Ручеек. – Если этого не делать, кто освободит наш мир? Когда ребенок вырастет, он волен вернуться домой. Наш лесной город, наше Убежище – это как школа. Некоторые возвращаются. Иногда тайно и скрывают свои знания. Эти люди нам очень нужны, они наши глаза и уши. Некоторые не выдерживали, погибали.
– Почему? – спросила Алиса.
– Они стали рассказывать людям правду. Или начинали учить их читать. И их выдавали собственные ученики.
– Как же свои ученики выдавали? – спросил Пашка.
– Потому что они учили рабов, –
сказал Ручеек. – А рабы не знают, что такое свобода. Они любят палку. Для нас опасно покидать город. Я очень беспокоюсь за сестру Речку. Она подглядчица.– Значит, я должна тебе передать от нее послание, – сказала Ирия. – Она велела передать его первому помнику, которого мы встретим.
Ирия достала из кармана комбинезона сплетенную из травы косичку. Ручеек взял ее и стал перебирать травинки.
– Это шифр? – спросил Пашка.
– Это наш тайный язык. Если такое послание попадет в руки поклонов, они ни о чем не догадаются.
Белка подошла к нему и заглянула юноше через плечо, стараясь понять, над чем он так задумался.
– Плохо дело, – сказал Ручеек. – Так мы и думали.
– Что там написано? – спросил Пашка.
– Речка сообщает, – сказал Ручеек, – что все поклоны государства съезжаются в Город, потому что решено начать против нас поход.
– А это не тайна, – сказала Белка. – Я слышала, как братья говорили, что они покажут этим помникам.
– Мы надеялись, – сказал Ручеек, – что они никогда не сговорятся. На наше счастье, поклоны, как пауки в банке, все время грызутся между собой. Но вот сговорились.
– Они хотят спасти детей, – сказала Белка, – потому что помники детей крадут, а потом кушают…
– Да перестань ты нести чепуху! Надоело, – сказал Ручеек. – Кушают, кушают! Не кушают, а учат читать и писать, учат пользоваться теми вещами, которые нашли в старом городе, учат делать новые вещи. Учат! Понимаешь?
– Уж больно ты ученый! – огрызнулась Белка.
– Куда ученее твоих братьев и даже его Повелительства Радикулита.
– Не смей так говорить! – испугалась Белка.
– Боишься, что меня убьют?
– Конечно. Хоть ты и противный и, может быть, даже помник, мне все равно тебя немножко жалко.
– Ну вот и хорошо.
Ручеек обернулся к Ирии:
– Речка считала корабли, которые проплыли мимо нашей хижины. Очень много кораблей. И на каждом воины.
– А у вас есть оружие? – спросила Ирия.
– Кое-что есть. Но мы не готовились… Мы надеялись, что они побоятся леса.
– Мои братья ничего не боятся, – сказала Белка.
– Твоих братьев нам еще не хватало! – Ручеек поднялся, посмотрел вдаль, на лесистый берег, мимо которого плыла баржа. – Надо как можно скорее сообщить обо всем нашим. Им нужно подготовиться.
– А может, нырнуть в воду и доплыть до берега? – сказал Пашка. – Если хочешь, я с тобой пойду.
– Глупости, – ответил Ручеек. – Ты не знаешь, как далеко мы уже отплыли. Отсюда до нашего Убежища идти целый день. Если не больше. И по самым диким местам. Не дойти. Даже мне.
– Отнять бы у Кротов наши бластеры, тогда бы дошли, – сказал Пашка.
– Эх, друг мой! – ответил Ручеек. – Ты не на своей Земле, где все звери добрые, а леса не опасные.
– У нас разные звери есть.
– Таких, как у нас, нет. Такие тебе и не снились. И думаю, что моим прадедушкам тоже.
– Ты хочешь сказать, что их раньше не было, а за триста лет они появились?
– Мне рассказывали учителя, что, когда все это случилось… в городе, где теперь лес, было очень большое место, в котором держали диких животных.