Город Летучей мыши
Шрифт:
– Ладно, дай сюда, – профессор выхватил у неё книгу. – Ага, вот. Он пишет, что несколько раз еретики едва не завладели свитком, но лишь по счастливой случайности не преуспели в этом. А потому патриарх почёл за благо спрятать опасную книгу под покровительством «веспертильо», где еретики не смогут до неё добраться… Под покровительством летучей мыши, нетопыря. Как это понять? Куда он мог ее спрятать? В какой-то пещере, где живут летучие мыши? И почему еретики не могут туда добраться? Потому что боятся нетопырей?
– Но ведь он сам писал, что эдим скрывались в пещерах. Думаю, летучими мышами их было не испугать! – сказала Глэдис.
– Тоже верно, –
– А тут какой-то рисунок. Над ним написано «сепулькрум», а рядом – «Иезус веро гравис», – сказала Глэдис.
– Как ты сказала? Веро гравис? Подлинная могила… Точно! Патриарх ведь прочёл Свиток Лазаря и знал, где захоронены останки Иисуса! Ты понимаешь, что это значит? Я могу… мы можем найти тело Христа!
– Круто! Но тут дальше какая-то ахинея. Полстраницы непонятных букв. Не могу прочитать. Вот, смотри. Это какой-то другой язык?
– Скорее, тайнопись, – сказал профессор, внимательно взглянув на страницу, – Это шифр. И не совсем обычный. Думаю, я смогу это прочесть. Хотя времени займет много. Могила Иисуса! Невероятно! Это же просто с ума сойти! Вот что мы сделаем… Дай-ка мне сюда книгу.
Профессор пошарил у себя на поясе и отстегнул висевший на ремне складной нож. Глэдис увидела сверкнувшее в его руке лезвие.
– Думаешь, нужно поскрести пергамент? – предположила она.
– Не совсем, – сказал профессор и быстрым движением прорезал страницу в месте сгиба.
– Что ты делаешь! – закричала Глэдис. – Это же исторический памятник! Уникальный источник информации! И ты ещё называешь себя ученым! Да ты просто вандал, варвар! Ты… ты…
– Ну, ну… – пытался урезонить её профессор, запихивая вырванные из книги страницы в карман – к чему этот пафос? Иногда ради науки приходится чем-то жертвовать.
– Ну да, ради науки, – язвительным тоном парировала девушка. – А ну отдай сейчас же!
– Спокойно! Послушай меня…
– Да не буду я ничего слушать! Я всем расскажу! Считай, твоей карьере конец. И я ещё поцеловала этого подлеца! Вор ты, а не археолог.
– Послушай, не горячись. Археология – это на три четверти воровство. В Лувре практически нет экспонатов из Франции, а в Британском музее – из Британии. Всё, что там выставлено, и что лежит в запасниках – это предметы, украденные и вывезенные из Египта, Греции, Индии, Месопотамии.
В начале XIX века лорд Элджин ободрал Парфенон и вывез в Англию 12 фигур с фронтонов, 15 каменных прямоугольных плит, 56 плит фриза, да ещё прихватил кариатиду из Эрехтейона. Всё это хранится в Британском музее. А Пергамский алтарь где? В Пергаме? Как бы ни так! Карл Хуман вывез его в конце XIX века, и теперь он в Берлине.
– Ну, это было в прошлом. Сейчас другие времена.
– И очень жаль. То, что вывез лорд Элджин, сохранено в Британском музее в идеальных условиях. А то, что вывезти не удалось, превратилось в кучу щебня. А Пергамский алтарь? Его мрамор уже начали пережигать на известь! И весь бы сожгли, если бы не Хуман. А те ценности, которые не были украдены… Один афганский эмир приказал расстреливать вырезанные в скалах гигантские статуи Будды из артиллерии. Великолепные храмы и дворцы Пальмиры превращены в руины. Амфитеатр римского периода в Эль-Джеме, который называют тунисским Колизеем, местные жители разбирали на камни и строили
из них свои убогие жилища. Вот и подумай, что это: воровство или спасение?Кстати, ты читала лицензию на раскопки, которую нам выдал турецкий Совет по делам языка и истории?
– Нет, не читала.
– А стоило бы. Там написано, что по окончании раскопок все найденные в раскопках предметы мы обязаны передать турецким властям. Стало быть, и эту книгу тоже.
– Но ведь это я её нашла! Разве я не могу забрать её себе?
– Святая ты простота! По турецким законам находки, если они есть, должны быть извлечены не иначе как под наблюдением музейных экспертов. Если клад найден на государственной земле, как в нашем случае, то нашедший имеет право на денежную компенсацию в размере 50% от стоимости.
– Ну вот, хотя бы половина – моя.
– Да, но речь идет всего лишь о компенсации стоимости артефакта, а не о нём самом. Все, что найдено в турецкой земле, принадлежит Турции. А если найдены исторические структуры или документы, за них вознаграждения вообще не предусмотрено!
– Ну, а если не говорить, что мы её нашли? Никто ведь об этом не знает, кроме нас двоих?
– Предположим. И как ты её отсюда вывезешь? Да тебя первый же таможенник в аэропорту задержит. И загремит наша подающая надежды Глэдис в турецкую тюрьму лет этак на семь. А тюрьмы у них не то, что в Европе. У них даже термин такой есть – «тяжкое заключение». Они специально тяжелые условия создают. Чтобы мёдом не казалось.
– Так. И что ты предлагаешь?
Профессор задумался, а потом сказал:
– Сама по себе хроника Бернара – не такая уж редкость. Таких хроник имеется несколько. Ну, будет ещё одна… А вот эти странички, – профессор похлопал себя по карману, – другое дело! Обнародовать их сейчас – просто безумие. Представляешь, что начнётся? Это же могила Иисуса! Сюда все рванут наперегонки! Кто первый успел, того и тапки. Мы с тобой окажемся последними в этой очереди. Нужно ведь ещё деньги найти, разрешение получить, ну и так далее. А могут и местные власти лапу наложить. Вот, турки запретили Ковчег искать на Арарате. Уже полвека туда никто сунуться не может.
Нет, этого делать нельзя!
Мы поступим по-другому. До поры про это никто не должен знать. Я тем временем найду инвесторов, подам заявку на лицензию, подготовлю всё. Ещё и запись надо расшифровать. Это я тоже беру на себя. А в следующем году, совершенно неожиданно мы с тобой найдём… останки самого Христа! Представляешь эффект? Для меня это будет вершина карьеры, а для тебя – великолепный старт. Ну, так что, ты в деле? – спросил профессор и протянул девушке свою ладонь.
– Ладно, – сказал Глэдис, пожимая его руку, – но с этого момента мы только деловые партнеры. И если ты меня кинешь…
Глава 4. Обгорелый труп и след в луже.
2013 год. Берген, Норвегия.
Лундова пустошь находится на восточной окраине города. Земля здесь стоит копейки, и какой-то чудак выкупил этот участок, чтобы построить большой супермаркет. Даже вырыл несколько котлованов под фундаменты. Но что-то у него не срослось, ничего он так и не построил, и всё заросло сорняками. К пустоши вела ухабистая грунтовка, ответвлявшаяся от шоссе.
Пацан был прав: по правую сторону вдоль дороги тянулась траншея, видимо, для кабелей или труб. На глинистом дне было грязно. Хакон не стал туда спускаться, предоставив это экспертам, похожим на космонавтов в своих серебристых комбинезонах.