Госпожа

Крышка от флакона потерялась почти сразу после покупки, так что закрыт он был только резиновой пробкой, которая легко поддалась, стояло подцепить её ногтем. По комнате сразу же покатился ненавязчивый мятный запах, окончательно перекрывая остатки сигаретного дыма.

Егор вздрогнул всем телом, когда первая капелька масла достигла его кожи. Я слышала, как оборвалось на секунду его дыхание, и видела, как напряглись его плечи. В какой-то миг мне даже показалось, что я слышу скрип его зубов. Надеюсь, только показалось.

– Что ты?.. – выдохнул он, но затих, так и не закончив фразу, стоило второй капельке коснуться его спины. Сразу за ней упали третья и четвертая капля, а чуть позднее, опоздав буквально на две секунды – пятая.

– Я не причиню тебе вреда, - для чего-то напомнила я, легко размазывая масло по его коже.

Давно я уже не делала массаж. Если точнее, с самого окончания массажных курсов, на которые меня когда-то затащили родители. Пожалуй, впервые за долгое время, я готова была сказать им за это спасибо.

Мышцы под моими пальцами напоминали камень, обтянутый тонким слоем кожи. Интересно, что его так напугало? Необычное развитие событий? Или он все еще ждет от меня чего-то, какой-то невероятной подлянки? Во всяком случае, с каждой секундой он напрягался все больше и больше.

Сдаваться я была не намерена. Напротив – я с удвоенным рвением продолжила гладить-растирать-разминать его спину, изредка оглаживая предплечья, отдельное внимание уделяя длинной шее. С непривычки у меня уже начинали гореть ладони, но остановиться уже почему-то не получалось. Широкая спина, перекатывающиеся под кожей мышцы, сильные плечи и упругие ягодицы манили меня к себе. Руки сами тянулись к нему, и я не собиралась этому противиться. Я получала кайф от своих действий, наслаждалась ощущениями.

Когда же я почувствовала отклик, сначала слабый, но с каждым мгновением все более и более ощутимый, я была почти счастлива. Он поддавался мне. Он сумел раскрыться, расслабиться настолько, что не заметил даже, как с его губ стали срываться тихие стоны. Это заводило гораздо больше, чем вид тела, обездвиженного замысловато оплетенными вокруг него веревками, или же неразборчивое мычание партнера из-под кляпа. Эти ощущения были куда более настоящими, не то, что их латексный суррогат.

Дальнейшие события уже чем-то напоминали увлекательную игру. Я гладила, щипала, царапала его кожу, отыскивая, лаская, запоминая чувствительные места, рисуя в голове своеобразную карту его тела, доступную только мне одной. И он помогал как только мог. Смеялся, когда было щекотно, стонал, когда я задевала те самые точки, просил, если хотел чего-то еще. Пожалуй, впервые за долгое время он был со мной таким… настоящим, живым, отзывчивым и невероятно горячим.

– Лекси, - выдохнул он, чуть поворачивая голову, - я скоро…

Я не смогла сдержать улыбку при виду его раскрасневшегося лица и горящих глаз.

– Перевернись, - попросила я, убирая руки.

Он все так же послушно перевернулся на спину, и я почувствовала, как краснею сама. Передо мной было самое охрененное и самое желанное тело в мире. Я бы сутками могла смотреть на эти ключицы, подкачанную грудь, кубики пресса, сильные длинные ноги. И аккуратный пенис, прижатый к животу. Уверена, сотни девчонок продали бы душу, лишь бы оказаться в плотном кольце этих рук хоть на мгновение, хоть на секунду ощутить невероятный жар его тела.

Интересно, что бы отдали эти глупые девчата, чтобы оказаться на моем месте. Чтобы быть к нему так близко и касаться его так, как касаюсь сейчас я? Впрочем, это не важно. Я не отдам его никому.

Руки сами потянулись к этому великолепию, оглаживая, изредка царапая короткими ногтями. Играть с его сосками, обвести по контуру его пупок, приласкать тыльной стороной ладони нежную кожу внизу его живота – это было изумительно прекрасно, как и его стоны, музыкой ласкающие мои уши. Но меня не хватило на долго.

Раз за разом взгляд сам собой опускался вниз, на алый напряженный член, изредка подрагивающий в преддверье оргазма. И я не стала отказывать себе в этом удовольствии, обхватив горячий ствол рукой. Другой рукой я слегка оттянула яички, легонько сжимая их пальцами, тоже массируя. Его поощряющий стон подстегнул меня, вынуждая ускорить ритм.

Ему хватило всего пары движений, чтобы забиться в экстазе, выкрикивая мое имя.

_______________

* - Имеется ввиду песня группы Deform "Мертвая романтика".

**- использован текст песни "Как просто на душе", группы Пилот.

4.

Мне отчаянно не спалось. Не спасало ни удобство огромной кровати, ни умиротворяющее тепло лежащего рядом мужчины, ни его ровное дыхание, приятно щекочущее мою кожу, ни его сильные руки, крепко прижимающие меня к себе.

Казалось, что тебе, дуре еще надо? Лежишь в объятиях офигенно-крутого мужчины, за которого любая другая девчонка готова будет убивать. Закрывай глазки, да смотри свои разноцветные сны с его участием.

Ан нет. Что-то все-равно не так. Не то. И не понять, что именно. Будто во всем этом великолепии, в этом изобилии красок не хватает чего-то важного, чего-то незаменимого, но такого мелкого, невидимого на первый взгляд. Как забытый последний штрих, обязанный довершить картину.

Я не знаю, чего мне не хватает. Понятия не имею, почему ворочаюсь уже полночи, и почему мне так жарко от его объятий. Я тянусь к нему, хочу обнять, положить голову ему на грудь и раствориться во всепоглощающем чувстве защищенности, но не могу. Каждый раз я отдергиваю руку, каждый раз меня что-то останавливает.

В этой кровати, в этой комнате, в этой огромной квартире я чувствую себя чужой. Гостьей, задержавшейся на ночь. Я не скажу об этом Егору, как и не скажу истинную причину того, почему я не спешу перевозить сюда свои вещи, почему не переставляю ничего на кухне, почему не покупаю зубную пасту с любимым вкусом.