Грани веков

И какая она, все-таки, молодец, что успела спрятать перстень. Без него, пожалуй, доказать свое царское происхождение было бы сложнее — уж очень недоверчиво косился на неё старик. Да и вообще, все они тут странноватые. Она вспомнила столбы вдоль дороги и ее передернуло. Скорее бы вернуться в Москву! Как-то там Давид Аркадьевич? И в каком состоянии царь? Только бы ему не стало хуже… Хотя самый опасный период был, судя по всему, позади, прогноз все равно оставался тяжелым. В общем, задерживаться тут, в любом случае, не стоило, и она твердо решила, что будет настаивать, чтобы выехать в Москву сегодня же, в самое ближайшее время.

***

— Кажись, оторвались! — Афанасий, приложив ладонь козырьком к единственному глазу, всматривался вдаль. Сплюнув на землю, он злорадно ухмыльнулся. — С тремя конями не больно-то угонишься ввосьмером!

— Погоди радоваться, Афоня. — Беззубцев жадно припал к фляге, дергая кадыком. — То, мню, разъезд был для разведки токмо, не ожидали они здесь на след царевны напасть. Сей же час гонца верхового отправят на большак, а оттуда уже за нами погоню отправят немалую. Так что надо бы поторопиться на Серпухов — отсюда по старому тракту как раз к ночи управимся…

— Ты бы брагу поменьше глушил, Юшка, — вмешался Муха.

Он выхватил флягу из рук Беззубцева.

— Пить хочется! — огрызнулся тот. — А тебе что за дело, дьяк?

— Решать с царевной надобно, — промолвил Муха, убирая флягу в свой заплечный мешок.

— А чего с ней решать? — Беззубцев вскинул подбородок. — Дала деру — и черт с ней! Баба с возу — кобыле легче!

— Поленица велела в Путивль ее доставить, — с нажимом проговорил Муха. — Лично государю Димитрию!

Беззубцев сделал грубый жест. — Накось-выкусь! Мне велено крест доставить, а не бабу! А что вы там с поленицей мутите — то ваши дела, я за них не в ответе! Охота тебе — ступай, лови свою девку! А я другой раз в лапы стрельцам не дамся!

— Слушайте, — вмешался Ярослав, — может, правда, оставить Ир… Ксению, то есть, в покое? Она все-равно уже до дьяка этого царского, наверняка, добралась…

Беззубцев одобрительно кивнул, но Муха внезапно насторожился.

— Дьяка? — переспросил он. — Какого дьяка?

Ярослав пожал плечами. — Какой-то татарин вроде…

Он нахмурился, силясь припомнить фамилию. — Шара… Шуру…

— Шерефетдинов?! — ахнул Муха. — Андрей Васильевич?

— Точно! — обрадовался Ярослав. И осекся, глянув на помрачневшее лицо Мухи. — А… что не так?

— Все не так! — с досадой проронил дьяк и покачал головой. — Да уж, выбрала царевна себе помощничка…

***

Ирина придирчиво перебирала одежду, принесенную Феклой. Платье было ей явно великовато — рукава болтались так, что пришлось их закатать. Сверху она надела свою скоропомощную жилетку, а поверх неё — накидку, отороченную мехом.

Тулуп, подобранный в разбойничьей избе, она оставила на полу.

Служанка дожидалась ее за дверью, и также, не говоря ни слова, знаками пригласила ее следовать за собой.

Подходя к дверям залы, Ирина услышала доносящиеся оттуда голоса.

Кроме старика и Михаила, в ней появился новый гость — стоящий посреди комнаты высокий плечистый мужчина в запыленном зеленом стрелецком кафтане.

При появлении Ирины, он обернулся и издал возглас удивления.

— Царевна! — воскликнул он. — Ксения!

Ирина вздохнула с облегчением. Кажется, жизнь стала окончательно налаживаться.

— Ну, что ж, десятник, — проговорил старик, не сводя с Ирины пристального взгляда, — верный ты выбрал путь, Божиим промыслом, пропажа твоя удачей обернулась!

Он снова разразился серией кашляющих смешков.

— Как, говоришь, звать-величать тебя?

— Авдеем Прохоровым, — отвечал стрелец. Он шагнул к Ирине, поклонился в пояс и стрельнул радостной улыбкой из-под густых пшеничных усов.

— Велика радость, царевна, обрести тебя живой и невредимой! По всем дорогам и окрестностям Симеон Никитич погоню за твоими похитителями выслал! Уж, почитай, третий день ищем, не чаяли тех супостатов догнать! Как же вышло, что ты сама здесь оказалась?

— Долго рассказывать, — пробормотала Ирина. — А… когда мы сможем выехать?

— Да хоть сей же час! — с готовностью отозвался стрелец. — Вот только боярин Андрей Васильевич коней ребятам моим снарядит, да карету для тебя, царевна!

— А где же ваши кони? — удивилась Ирина.

Стрелец замялся. — Да то дело такое, царевна, — с неохотой проговорил он. — Свежие нужны, чтобы до Москвы тебя быстрее домчать!

— Увели коней у них лихие люди, пока в корчме прохлаждались, — усмехнулся Михаил, чем заслужил неприязненный взгляд стрельца. — Хороши спасатели…

Стрелец потемнел лицом, голубые глаза гневно сверкнули.

— Ну, полно! — оборвал начинающийся конфликт старик. — Коней дам, и карета найдется. Но сначала — трапеза. Присядь, Авдей, раздели с нами угощение, что Бог послал… И ты, царевна, подкрепись на дорогу-то, и нам милость окажи — чай, не каждый день в царском присутствии трапезничаем.

В глубине души Ирина охотнее отказалась бы от сомнительной трапезы в этом душном и темном зале, но отказываться было явно неприличным, тем более, что без лошадей и кареты ехать было бы все-равно не на чем.

Она присела за стол, с неудовольствием отметив, что пронырливый Михаил оказался рядом с ней.

Тот, однако, ничуть не смутившись, тут же подлил в кубок, стоявший перед нею, золотистый напиток.

— Отведай, царевна, медовухи нашей, — промолвил старик, крестясь, и поднимая свой. — Лучшая борть здесь, в Добрятино, во всем царстве Московском, да…

Ирина из вежливости пригубила кубок. У медовухи оказался, действительно, приятный вкус с легкой горчинкой. От глотка по телу разлилось тепло.

Стрелец с видимым удовольствием приложился к своей чаше и довольно крякнул, отирая усы. — Хороша!

Старик благосклонно покивал.

Михаил, подцепив ножом кусок мяса с блюда, впился в него зубами. По выбритому подбородку потек сок, смешанный с кровью.

Ирину передернуло, и она постаралась незаметно отодвинуться подальше от своего соседа.

— Так, говоришь, Симеон Никитич погоню отправил? — неожиданно задал старик вопрос стрельцу.

Тот утвердительно кивнул. — Он самый! Уж так, говорят, лютовал, так лютовал… Ляпунова-то, Прокопия, что за охраной дворца царского смотреть был поставлен, говорят, чуть на дыбу тот же час не отправил — да тот раньше ускакал, тоже царевну искать.