Грася

Текст был насмешлив, а музыка игрива, «наверное, так принято у молодёжи в столице», — подумал он.

Дальше, за подаренное ей пуховое одеяло, Грася уступила песню Маришкиному жениху, который больше года добивался у той взаимности. Он немного успокоил нервы лэр-ва спокойной ироничной песней.

Ну почему ко мне ты равнодушна?

И почему ты смотришь свысока?

Я не прекрасен, может быть, наружно,

Зато душой красив наверняка…

(Прим. авт.: музыка — Владимир Шаинский, слова — Михаил Танич)

А затем снова барабаны, выкрутасы с палочками и убойное Артюшино выступление в сопровождении девчонок. После, по плану, следовали всем известные песенки, часто исполняющиеся на гуляниях, и разогретый народ должен будет подпевать. Для этого барабанщики переоденутся и затеряются среди зрителей, и будут вдохновлять их, если к тому времени в этом потребуется помощь. Всё это Грася объясняла командующему, а он заворожённо смотрел на смутившуюся Артемию.

— Лэр-в Линей, вы меня слушаете?

— Не думал, что у кузнеца такая взрослая дочь, — совсем невпопад произнёс лэр-в.

Девушки переглянулись. Артюша ростом была не ниже 1.80 м, в последнее время практически жила в крепости, а заметил её командующий только сейчас, когда она пела.

— Госпожа Греф, а не слишком ли это? — и видя, что девушки не совсем понимают, что именно, он плавно шагнул вперёд, чуть оставляя ногу позади и томно подтягивая её.

Девчонки засмеялись.

— Лэр-в Линей, смелость — наше всё! Мы должны выбить их из спокойного состояния! Воздействуем на слух, на глаза, думаю, ещё от притоптываний вибрация пойдёт. Они должны быть обескуражены, подключиться к нашему представлению и выполнять всё, что мы потребуем со сцены. Это наше состязание и мы обязаны его выиграть!

— Да, да, — вздохнув, согласился лэр-в, — прикажу ещё столбы поставить с флагами, так наряднее будет. Что-то волнуюсь я, Грасенька. Хотя, честно говоря, сам пританцовывал, когда девочки плясали. Думаю, наши оборотни не выкрутятся, всё будут делать как миленькие. А я вашу охрану усилю, а то надо же какие стали видные…

Ночью Зибор долго не давал Грасе уснуть.

— Зи, я устала, — лениво отпихнула она его, собираясь пойти в душ и, наконец, уснуть. Однако Зибор не дал ей ополоснуться.

— Завтра, звёздочка, ты же устала, — прошептал он ей и, обхватив руками, почти сразу засопел. Грася подёргалась, пытаясь выбраться, но у мужа, как назло, руки только крепче сжимались при её попытках выскользнуть. Пришлось смириться. А Зибор ещё немного потёрся об неё, поцеловал там, где ему показалось, мало было поцелуев, и только тогда у него разгладилась морщинка на лбу. Теперь всякий оборотень учует, что Грася его, лишь бы утром она долго не плескалась, но за этим он проследит.

Утром Зибор раскапризничался, то не мог найти рубашку, то ремень потерялся, то он, видите ли, не причёсан. Грася едва успела собраться, а распарить тело под душем и сделать масочку для лица совсем не осталось времени. Сердитая на мужа, она вылетела в зал, где по-быстрому перекусила, побежала следить за организацией перемещения костюмов, инструмента и жаровен за ограду крепости.

На морозе чуть не сгубили барабаны, но вовремя заметили, что натянутая шкура повела себя странно, и замотали их, а дальше держали в домике. Сцена Грасе понравилась, медные чаны, стоящие плотным рядом были забиты либо горячими углями, либо активированным горюч-камнем и давали достаточно тепла для артистов.

Оборотни начали собираться задолго до полудня и с любопытством смотрели на сооруженную сцену, проходились по горке, сделанной для зрителей, но стеснялись спрашивать, что это. Люди хлопотали, на вопросы не отвечали, торопились закончить приготовления и тихо злорадствовали. Уже все в крепости догадались, как будет выигрывать состязание госпожа затейница, более того, поползли слухи о предстоящем развитии торговых отношений, но все свято хранили тайну.

Народ располагался на стенах крепости, ворота не закрывали. Оборотни, если хотели, могли прогуляться по городку Варса. Служивые показывали, где приготовлены места для гостей и объясняли, куда надо будет смотреть. Некоторые из оборотней восклицали:

— Так это что ж, нам ярмарочное представление показывать будут?

Но им ничего не отвечали, только загадочно улыбались, или говорили так:

— Может и представление, нам почём знать? Нас не приглашали.

В первых рядах поставили сильнейших оборотней, среди которых лэр-в с теплом поприветствовал невысокую, очень миловидную женщину.

— Это лэра, она у нас когда-то давно тут жила, вы её комнаты теперь занимаете, — пояснила женщина-помощница.

Но Грасе сейчас было важнее всего, чтобы в первом ряду обязательно находился брат вожака, Альрик. Как только она его там увидела, так сразу успокоилась.

— Ну, начали!

Зрители, торчащие на стенах внешнего периметра, ничего не видели, сцена в форме ракушки закрывала им обзор полностью, она же не давала музыке и голосам разносится по просторам, а устремляла все звуки на впереди сидящих зрителей. Зато людям было хорошо видно, как оборотни реагировали на представление.

Сначала они радостно покричали, увидев, как танцуют девушки, потом притихли после спокойных «динь-динь-динь» в исполнении Граси, а дальше барабаны сорвали напрочь их спокойствие.

Оборотни сразу поддались ритму и, с ним в такт, кто кивал, кто стучал ногами, а когда пошли частушки, то девчонкам подпевали, слёту запоминая повторяющиеся слова.

Дальше наблюдатели за реакцией зрителей путались в показаниях, обозначая какого размера у хвостатых были глаза. Люди позднее тоже услышали орочий марш про зайца и реагировали почти так же. Марш пришлось исполнить два раза подряд. На третий, весь хищный народ подпевал мужскому хору, а девчонки с трудом старались соответствовать обрушивающейся со всех сторон мощи басов.

Все смеялись, когда слушали шуточную песню про холода, подпевали слова: «Ну почему ко мне ты равнодушна».

Стоит ли говорить, что нахальную песню про поиск жениха разогретые зрители приняли на ура. И да, если бы жених Маришки не утащил её сразу же в домик, то и дочь градоначальника нашла бы себе нового поклонника.

Грася попала в яблочко! Когда Альрик подскочил к Артемии, предлагая себя в мужья, она двинула ему (так) по наглой морде так, что «многотонный» оборотень птичкой прилетел обратно в первые ряды (обратно). Мужчины, особенно медведи, оживились, но тут же все услышали рёв:

— Моя!!! — любовь была вбита в Альрика крепкой Артюшиной рукой навеки.

Грася скромно улыбалась, прижатая к мужу, а когда представление закончилось, она вместе с лэр-вом Линеем подошла к вожаку оборотней. Командующий обратился к гостям:

— Очень приятно вновь увидеть вас, лэра Ронг, — тепло поприветствовал он жену вожака, — и вас, альфа Ронг. Знакомы ли вы с условиями состязания?

— Знакомы, и что? — не совсем ещё понимая, спросил оборотень, а его жена улыбалась. Она догадалась обо всем сразу, как увидела сцену, но подсказывать мужу об уловке, в которую он попадёт, не стала. Слишком упёртый народ эти оборотни. Всё их заставлять надо, пойдут только за сильным. Менять свою жизнь тоже начнут, только если их заставить. Как большие сильные дети, вроде и понимают, что многое им пойдёт на пользу, но уступить и научиться у того, кто физически слабее, ни за что не согласятся.