Грехи сердца

Не было времени спрашивать, что он делает. Даган смотрел на дверной проем, ожидая добычу, шагнувшую в поле зрения. Парень. Среднего роста с резкими чертами, аккуратно одетый. Каштаново-пепельные волосы, собранные на одну сторону спадали вниз. Парень относился к тому типу людей, мимо которых пройдешь на улице, даже не заметив.

Скучно-блёклый снаружи, монстр внутри. Идеален для целей Дагана.

Они смотрели друг на друга в полном молчании, на мгновение вспышка раздражения мелькнула на лице убийцы.

– Привет, Джо.

– Ты знаешь мое имя. А я в невыгодном положении.

Даган усмехнулся.

– Ты даже не имеешь понятия, в каком.

Парень выглядел расслабленным, спокойным. Даган на это не купился. Он проник в святая святых, осквернив логово убийцы. Нет, Джо не так хладнокровен и беспристрастен, каким хочет казаться.

– Время менять соду?
– подстрекнул Даган.

– Ты что-то трогал? Передвигал?
– Маленькие темные глазки метнулись к холодильнику. Тон Джо говорил, что он на пределе. Рот немного напряжен. Он явно не хотел, чтобы прикасались к его сокровищам.

– О, да!
– улыбнулся Даган.
– Я развернул каждый блестящий пакет. Хочешь посмотреть?

– Я увижу, когда открою дверь чтобы засунуть туда тебя.
– Губы парня раздвинулись в улыбке, обнажив мелкие как у ребенка зубы.
– Вообще я предпочитаю женщин и ножи, но ситуация обязывает...
– Подняв руку, Джо прицелился 9-миллемитровым глоком в голову Дагана.
– Итак, кто ты? Полицейская ассоциация? Коп?
– Он скривил губы.
– Федерал?

Даган не сводил глаз с Джо, но отдаленно осознавал, что Аластор вышел из тени, увидев оружие.

– Ни один из вышеупомянутых.
– Он протянул фотографию.
– Рассмеши меня до того, как разрезать на ужин. Расскажи о кулоне с картинки.

Джо взглянул на фотографию, но ближе не подошел.

– Ах,- сказал он, скривив губы в усмешке.
– И ты хочешь знать... зачем?

– Любопытство.

– Любопытство убило кошку.
– Его глаза блеснули.
– Я снял с нее ожерелье. Оно было ее сокровищем, а стало моим. Девушка была молода. Около двадцати. Симпатичная. Смешенного наследия: темнокожая, китаянка, возможно, ещё каких-то кровей.
– Он глубоко вздохнул, его зрачки расширились от воспоминаний.
– Я помню ее кожу. Запах. Ощущение.
– Он облизнул губы.
– Такая храбрая. Не кричала. Я приложил немало усилий, чтобы услышать ее крик.

Жертва убийцы по описанию очень напоминала девочку, которую помнил Даган. Незнакомое напряжение свернуло внутренности.

« Какова возможность, что он оставил ее в живых только для того, чтобы ее схватил этот выродок? Мать твою, каковы шансы этого?»

Почему, черт побери, его это волнует?

Потому что он приказал ей жить. Хорошо, спокойно, безопасно. Он не знал почему, но очень хотел этого для нее.

– Год?
– сказал он скрипучим голосом.

– Год?

– День, когда ты убил ее. В каком году это произошло?
– По крайне мере это даст ему правильное направление. Подскажет, была ли на фотографии та девушка, о которой он старался не думать и не искать.

– Я никогда не скажу, - Джо покачал головой.
– Я никогда не скажу.

Он держал пистолет твердо и непоколебимо. В этой ситуации не было ничего, что беспокоило бы Джо. Пока нет! Паршивец думал, что он бесспорный лидер, держащий все под контролем.

Джо предстояло узнать, что он и ломаного гроша не стоил.

– Она была твоей подружкой?
– прошептал Джо.
– Это твою девушку я резал, пока она не закричала?
– Джо помолчал и, видя что не получит ответа, продолжил.
– Это было давно, очень давно. Одна из моих первых. Я прятал ее под половицами в шкафу, вытаскивал, держал в объятиях по ночам. Она была прекрасна. Я удерживал ее очень долго, пока не зарезал.

Он ждал реакции, которую Даган не собирался показывать. Вместо этого задал вопрос.

– Знаки на двери... у них есть особое значение, или ты выражал свою художественную сторону?

– Это кардинально меняет тему разговора.
– Убийца наклонил голову, посмотрел вверх и вправо задумчиво-оценивающим взглядом.
– Это древние символы Майя. Мои убийства - жертвы для бога Потустороннего мира, которому поклонялось племя Майя.

– Да? И кто же он?

Мартин моргнул и замолчал.
– Э-э...Тот [27] .

Даган рассмеялся, ничего не мог с собой поделать.

– На самом деле это египетские символы. А Бог Майя Потустороннего мира - Ах Пуч [28] хороший парень, хотя немного кровожадный.

27

Тот от Тхотх(, , Thoth, егип.Dhowt"i, сб. Футий) — древнеегипетский бог мудрости и знаний.

28

В мифологии майя, Ах Пуч(AhPuch)- бог смерти и владыка подземного мира, самого худшего мира из всех девяти миров ада. Обычно Ах Пуч изображался как скелет или труп или в антропоморфном облике с черепом вместо головы, чёрными трупными пятнами на теле; головной убор его имеет форму головы совы или каймана.

Джо сжал губы, его дыхание стало глубже, быстрее. Его обуял гнев. Парню не понравилось замечание.

Даган устал от игр. Он получил ответы на все интересующие его вопросы, хотя узнал в итоге ровным счетом ничего. Сет добьется большего. В любом случае души всегда открыты для него.

– Мы закончили, - сказал Даган и, сделав шаг вперед, потянулся к оружию так быстро, что его движения слились в едва различимое пятно.

Не достаточно быстро.

Раздался выстрел. Даган передвинулся, уклонившись от пули, одновременно сконцентрировался для нанесения удара.

Аластор двинулся к Джо с противоположной стороны. Он подпрыгнул, повернулся в воздухе, сделав грудь неприкрытой мишенью для выстрела, который предназначался Дагу. Тело брата содрогнулось, когда пуля прошла сквозь плоть и кости, затем он приземлился с тяжелым ударом, перенося удар от падения на плечо.

– Какого хрена?
– зарычал Даган, выбив глок из рук Джо. Оружие пролетело через комнату и ударилось о стену, скользнуло по полу и, наконец, остановилось около холодильника. Даган встал между Джо и пистолетом. Он почувствовал, как его лицо принимает выражение беспощадного гнева.

Джо отступил, подняв руки, словно это могло отразить будущую атаку.

Прижав кулак к окровавленной груди, Аластор приподнялся и с шипением сел, оттопырив верхнюю губу.

– Думаю, этот педик сломал мне грудину.

– Черт возьми!
– Даган схватил Джо за воротник.

Ублюдок попытался отступить. Он боролся и визжал, вцепившись в запястье Дагана.

« Да, похоже, это будет приятно».

Даган посмотрел на Аластора:

– Был смысл в этом героизме?