Грешник
Шрифт:
Уголок его рта дернулся, словно он пытался скрыть улыбку.
— Ты мухлюешь.
— В следующий раз четче формулируй свои желания.
— Да. — Он посмотрел на нее. — Я так и сделаю.
Через мгновение он протянул руку и слегка сжал ее колено. Он не стал убирать руку, и Джо накрыла его ладонь своей.
— Мне правда очень жаль, — тихо прошептала она.
Син убрал руку, разрывая контакт, а затем откашлялся.
— Так куда мы едем? — спросил он резко, как будто закрывая дверь.
Закрывая на прочный замок.
Глава 35
Перед
— Что, черт возьми, случилось с тобой?
Мэл вцепилась в лацканы его кожаной куртки своими израненными руками.
— О, Боже, Бутч…
Она смотрела на него, кровь текла из носа, и капли падали на лиф ее бледно-розового бюстье, расплываясь ярко-красным пятном над левой грудью. На лице виднелась ужасная ссадина, которая тоже кровоточила, а на бледной коже горла краснела полоса от удушения. На этом травмы не заканчивались. Толстая царапина шла от ключицы к ложбинке груди, ее черная юбка была перекручена, черные чулки в сеточку порваны, кровь от царапин и порезов стекала по голой коже бедер.
— Иди сюда, — сказал он, поднимая ее. — Давай заберем тебя с холода.
Открыв дверь в гараж, он помог ей войти, поддерживая, пока она хромала на ту шпильку, у которой оставался каблук. В нише, рядом с холодильником и обогревателем, стояло несколько мягких кресел, и он отвел ее к одному из них. Опустившись на мягкую подушку, женщина вздрогнула, тем самым рассказывая ему о незаметных взгляду ранениях.
Наклонившись в сторону, чтобы включить обогреватель, Бутч открыл рот, но так и не смог выдавить что-нибудь связное. Его разум охватило желание вычислить и уничтожить того, кто сотворил это с Мэл.
Мэл положила голову на руки, ее спутанные волосы упали вперед.
— Я такая глупая. Так глупо было остаться наедине с этим парнем…
Бутч присел и убрал ее ладони от лица.
— Эй, эй. Прекрати. — Он заправил прядь ее длинных каштановых волос ей за ухо. — Нам нужно отвезти тебя в больницу. — И на судмедэкспертизу. — И мы должны вызвать полицию…
— Нет! — Она вытерла щеку, поморщившись. — Я не собираюсь обращаться…
— Мэл, это преступление.
— Я не знаю его имени…
— Все в порядке, мы дадим описание и удостоверимся, что у них есть ДНК…
— Я не пойду в полицию.
Бутч сжал ее руки.
— Мэл. Я не могу представить, через что ты прошла. Но точно знаю, что есть люди, которые могут тебе помочь… люди, которые также займутся тем, чтобы кусок дерьма, который сделал это с тобой, получил по заслугам.
Ее глаза сияли от слез, что дрожали на ее ресницах.
— Я не могу. Я просто хочу забыть, о том, что случилось…
— В Колдвелле есть ЦРЖН, я могу связать тебя с ними. Они хороши в своем деле и…
Мэл шмыгнула носом.
— Что такое ЦРЖН?
Он подумал о своей шеллан и том, как много он узнал от Мариссы, пока она изучала, как люди справляются с насилием в отношении женщин.
— Центр реабилитации жертв насилия. Они практикуют разносторонний
подход к жертвам насилия. Это медики, сотрудники правоохранительных органов, социальные работники, все собираются вместе, чтобы поддержать тебя в поисках справедливости. Уверяю тебя, они хорошие люди и…Глаза Мэл опустились на их сцепленные руки.
— Я не могу пойти в полицию.
Бутч нахмурился.
— Я знаю, что это будет сложно. Но я клянусь, о тебе позаботятся…
— Ты не понимаешь, — Она встретила его взгляд. — Это действительно не вариант для меня.
Именно тогда он понял, что она имела в виду. Когда последствия стали очевидными, Бутч освободил руки и осел на холодный бетонный пол.
— Я не хочу, чтобы ты думал обо мне плохо. — Она снова фыркнула и вытерла слезы тыльной стороной руки. — Но да… этого не будет.
— Я не стану думать о тебе хуже.
— Ты уверен в этом?
— Абсолютно. Я просто… это неожиданно… — Бутч оборвал себя. — Но хватит об этом…
— Не думал, что я стану заниматься эскортом? — Она потянула свою короткую юбку и прошлась по краям, словно искала на ткани слезы. — Я тоже.
Поднявшись на ноги, Бутч достал рулон бумажных полотенец с холодильника. Оторвав несколько, он сложил их и снова опустился на колени. Аккуратно вытирая ей щеки и нос, он стиснул зубы, думая о скотине, что сотворила это с ней.
— Неважно, при каких обстоятельствах вы встретились, — сказал он. — Это нападение. Это незаконно.
— Я уже дважды попадалась в Манхэттене. Вот почему мне пришлось приехать сюда. Не хочу, чтобы моя семья узнала, как я зарабатываю деньги. Я боюсь этого больше, чем сесть в тюрьму за вымогательство. Проституцию. По какой бы статье это ни проходило. — Она взяла его за руку, когда он вытер ее слезы. — И я не работаю на улицах или что-то в этом роде. За меня дорого платят.
— Зажми нос. — Он дал ей бумажные полотенца. — Нам нужно остановить кровотечение.
Она выполнила указания, и ее последующие слова звучали приглушенно.
— Как будто от этих слов ты перестанешь считать меня обыкновенной шлюхой.
— Не называй себя так.
— Но это я. Та, кем я стала.
Он подумал о своей шеллан и о том, как много он узнал от Мариссы, когда она изучала, как люди справляются с насилием в отношении женщин.
Он подумал о том, что помнил о них с Джейни, и в груди стало больно.
— Ты осталась прежней.
— Бутч, я продаю свое тело. — Она убрала бумажные полотенца и уставилась на красное пятно на белой бумаге. — Как еще меня можно назвать.
— Если ты пытаешься заставить меня судить тебя, это не сработает.
— Я чувствую, что меня должны судить. Десять заповедей и все такое.
— Это не имеет значения. — Он посмотрел ей в лицо. — Ты — вот, что важно. Проблема не в ом, как ты распорядилась своим телом. Это ни черта не меняет.
Мэл коснулась щеки, которую он вытирал.
— Насколько сильно мне досталось? Как думаешь, шрамы останутся?
— Нет, — сказал он. — Ты все такая же красивая.
Разбитость во взгляде состарила Мэл. А синяки и порезы, кровь и отеки, приводили его поочередно в бешенство и отчаяние.