Грешный

— Здравствуйте, я Анна, — представилась в ответ, пожимая её руку, чувствуя в этом жесте едва уловимое тепло.

— Да, мистер Харрис говорил о вас. Если возникнут вопросы, не стесняйтесь обращаться ко мне, — добавила она с доброй улыбкой, светящейся заботой.

Каждое слово звучало, словно мелодия, даруя ощущение уверенности и поддержки, необходимой в новом начале, полном неопределенности. Я чувствовала, как между нами возникло невидимое, но прочное соединение — её открытость внушала надежду.

— На самом деле, хотела бы забрать своего кота, он остался в квартире, которую я снимала. Можно ли вырваться за ним?

Женщина удалилась на несколько минут, вскоре вернулась с улыбкой, попросив оставить адрес.

— За вашим котиком уже едут, вещи тоже привезут, можете не волноваться.

Я почувствовала, как груз невиданной тревоги начал потихоньку спадать. Мы с Анджелой разговорились о жизни в этом дом. Её уверенность и доброжелательность были как прохладный ветерок в жаркий день, и я не могла не улыбнуться в ответ.

Тем временем, в глубине души возникло смутное волнение — как примет мой кот новую обстановку? Но голос Анджелы разрезал тишину мысленных сожалений.

— Не переживайте, коты быстро адаптируются. Он почувствует ваше тепло и уюта. С радостью помогу вам с его обустройством, когда он приедет! — выдала она, подбадривая меня своим уверенным тоном.

Котика привезли через пару часов. Мой бедный пушистый друг был так напуган, что даже не выходил из клетки. Его глаза, полные тревоги, смотрели на меня, и я почувствовала, как сжимается моё сердце.

— Прости, дружок, ты очень сильно волновался? — тихо спросила я, стараясь не напугать его ещё больше.

Медленно, словно преодолевая невидимый барьер, он вышел из клетки. Его шаги были неуверенными, но я видела, как с каждым шагом он набирался смелости. Я подошла к нему и обняла, стараясь передать ему свою любовь и поддержку. Он уткнулся носом в мою шею и тихо замурлыкал, словно говоря: «Спасибо, я в безопасности».

Стоило услышать оглушительный рёв мотора, как я, с котом на руках, пряталась в выделенной мне комнате, словно в убежище от злобного мира. Так пролетели дни, которые растянулись в тоскливую вечность. Каждый раз, когда Алистар покидал дом, я смела покинуть своё мрачное укрытие, но как он возвращался, я пряталась.

Время текло медленно, тягуче — даже тени казались живыми: они крались по углам, шепча о страхах и надеждах. Я внимательно прислушивалась к звукам за дверью, мечтая о свободе, о том, чтобы однажды бесстрашно выйти в мир. Но каждый воробей за окном, каждое дуновение ветра заставляли меня держаться подальше от реальности, в которой царили неподвижность и страх. Словно во сне, я ждала момента, когда смогу вырваться из этого железного плена и снова увидеть свет.

В один из вечеров, когда я уютно устроилась на кухне, погруженная в вихрь собственных мыслей, ко мне пришло осознание: так больше продолжаться не может. Я решила подготовить легкий ужин, намереваясь сделать шаг навстречу мужчине, с которым судьба свела нас в одно общее пространство. Сколько еще дней нам предстоит провести под одной крышей — этот вопрос оставался без ответа, но я отчетливо понимала: нам необходимо найти гармонию, наладить общение.

Тишина вокруг казалась громкой и невыносимой, как будто стены нашего общего дома знали о непонимании, листья за окном шептали о надежде. Я вдохнула глубже и, вбирая в себя запах пряностей и тепла, ощутила, как сердце начинает биться в такт новым возможностям. Это был не просто ужин, а маленький шаг к восстановлению связей, защите душевных границ.

Переворачивая кусок рыбы на сковороде, краем глаза уловила призрачную тень. Резко повернувшись, я невольно подскочила; сердце бешено колотилось в груди, как будто стремилось вырваться на свободу. Мой голос дрожал, когда я неосмысленно произнесла первое, что пришло мне в голову.

— Да чтоб тебя, — схватилась за сердце. — Что ты тут делаешь?

— Логично, что я здесь. Это ведь мой дом, — произнес он с невозмутимой уверенностью, и я осознала правоту его слов.

Мужчина шагнул ближе, ощутила, как мои ноги уперлись в холодную поверхность столешницы. Бежать не было смысла, словно все пути к спасению были отрезаны. Дрожь охватила меня, как мрачная тень, и его шепот лишь усиливал мой трепет:

— Ты вся дрожишь.

Словно он был пульсом этой невыносимой напряженности, а я — его жертвой, застрявшей в сети стыдливого ужаса и неопределенности.

— Ты меня напугал, — произнесла я, когда Алистар встал так близко, что его аромат окутал меня, словно мягкое облако.

— Ты что-то готовишь? — поинтересовался мужчина, вдыхая аромат. — Какой повод?

— Да, готовлю рыбу, — хотела отойти, но он, как будто предвосхитив мои намерения, оперся руками на столешницу, замкнув пространство между нами. Его жесты были уверенными, обнимая мои бедра. Я хотела, чтобы этот миг стал тихим и спокойным, чтобы мы могли позволить себе настоящую беседу.

— Готовь, я тебе не мешаю, — прошептал он на ухо, и по моему телу пробежала волна мурашек.

Аккуратно повернувшись в кольце его рук, я взяла глубокую миску и начала нарезать лимон, стараясь сосредоточиться на резких движениях ножа, чтобы не думать о том, как его дыхание обостряет каждое мое чувство.

— Ты всегда готовила с таким вниманием? — спросил он, его голос звучал едва слышно, как нежный шепот ветра. Я повернула голову, и в этот момент осознала, что он буквально ждет, когда я отвечу.

— Время от времени, — смущенно произнесла я, отрываясь от процесса. — Это просто… умиротворяет меня. Он наклонился ближе, и между нами образовалась едва заметная искра.

— Значит, ты готовишь не только для себя? — его вопрос звучал как вызов. Я кивнула, и в этот момент почувствовала, как исчезают все барьеры. Здесь и сейчас, в тепле кухни, это было только наше место, которое мы могли заполнить ароматами и разговорами.

Глава 10. Ужин

Рина (Анна)

Каждое движение на кухне было подобно танцу — плавное разделение, щепотка соли, искусное взбивание соуса. Я словно превращала простые ингредиенты в магию, а свои тревоги — в мелодию, звучащую рядом с горячими кастрюлями и раскалёнными сковородками. В такие моменты время теряло свой смысл, и мир вокруг исчезал, оставляя лишь меня и эту волну творчества.

Я решила придать подаче рыбы особый, изысканный вид. На хрустящий лист салата я аккуратно уложила кусочек рыбы, а затем нежно полила его соусом, завершив композицию свежими листьями мяты. Аромат, наполнивший кухню, создавал атмосферу настоящего торжества. Торжества попытки найти общий язык с этим монстром.