Грешный
Шрифт:
«Я помогу. Я могу снять его».
Еда. Мясо… Удар кнутом… За еду надо драться… Не будешь драться — умрёшь… С кем драться — направляют кнутом. Острыми копьями… И снова давит ошейник… Не будешь драться, он просто задушит…
«Делай вид, что дерёшься!»
Клетка… Острые колья… Шипы… Что-то грохочет и лязгает… Шипы придвигаются ближе… Всё ближе и ближе… От них нельзя увернуться… Наказание… Боль… Злость… Боль… Кровь… Боль… Гнев… Боль… Боль… Боль… Красная пелена… Не будешь драться — умрёшь…
«Прыгай! Решайся! Я сниму эту дрянь. А не сниму, ты просто убьёшь меня».
Рык. Рёв. Ярость…
Его
Кототигр рычал, скалился, бил по земле хвостом, подпрыгивал задними лапами и, типа, трепал мою тушку передними, изображая борьбу или даже, наверное, потрошение повергнутого человека.
Трибуны неистовствовали. Зрители, как высокопоставленные, так и из простонародья, жаждали крови… Ущербные, мать их за ногу!.. Вместе, блин, со своим уродским Советом и чокнутой королевой…
Есть! Пальцы наконец-то коснулись металла, и в этот момент меня словно током пробило. Накопленная в негаторе магия начала медленно растекаться вокруг моей головы.
Первым делом, я запустил в себя магическим импульсом «Исцели себя сам», наверное, лучшим из заклинаний, что было придумано магами этого мира, вне зависимости от континента и способа использования энергии.
Лечилка сработала замечательно. Буквально секунда, и раны, как старые, так и новые, затянулись, синяки и ушибы прошли, кости срослись, мышцы налились силой…
Сила! Она сейчас требовалась больше всего.
Облака халявной энергии втянулись в меня без остатка.
Кр-р-рак! Серебряный обруч-ошейник треснул под пальцами и распался на две половинки.
Запертая в них магия рванулась наружу уже не слабенькими ручейками, а ревущим потоком, прорвавшимся наконец сквозь разрушенную плотину и сметающим теперь на своём пути всё и вся.
Левый обломок рассыпался у меня в ладони серебряной пылью. Всё, что я смог из него зачерпнуть, я влил в кототигра. Поскольку увидел, до какой степени он изорван ментально. Два года, что он находился в неволе, его ломали физически и морально, жаждали приручить, превратить в послушную машину убийства тех, на кого укажет хозяин, отнять природную магию, заставить забыть о прошлом и лишить будущего, вырезать из генетической памяти мечту о свободе…
Тем более что по сути этот «священный зверь» был пока что подростком. Три года без малого — в таком возрасте даже земные тигры ещё не считаются взрослыми, а здешние и подавно. Ведь уметь колдовать и общаться с другими разумными… или почти разумными требует немалого опыта, который у всякого существа приходит только со временем…
Опыт, а заодно и умения, я попробовал передать ему через заклятье познания и развития, усилив его флюидами горящего за грудиной камня Байаль.
Тигр и дракон. Они ведь и вправду похожи. Оба — вершины своих ветвей эволюции. Оба способны обладать настоящим разумом, не уступающим человеческому или даже превосходящим его…
«Я снял его! Теперь ты свободен… Малыш», — отправил я мысленное послание ошалевшему
от случившегося кототигру.«Спас-сибо, Др-р-руг», — прорычало в сознании.
Что?! Он говорит словами?! Не образами?
Косматая морда с оскаленными клыками склонилась у меня над лицом. Шершавый язык прошёлся по физиономии туда и обратно.
«Др-р-руг! — рыкнуло снова в мозгу, а после добавило. — Бр-р-рат…»
Зверь снова лизнул меня, затем мотнул головой и отпрыгнул в сторону.
Даже без специального зрения я видел, как вокруг его тела растекается тонкая плёнка защиты. Судя по её плотности, она могла запросто выдержать выстрел из арбалета в упор. У меня такой сейчас не было, зато имелась вторая часть ошейника-обруча. Остатки энергии из него можно было потратить на собственную защитную оболочку. Вот только стоило ли?..
«Кл-летка! Тюр-р-рьма!» — донеслась до меня следующая мысль.
Кототигр обвёл взглядом окружающую арену решётку, прижал уши к загривку и дёрнул хвостом.
«Мы можем уйти», — сообщил я ему.
«Малыш» обернулся.
«Как?» — читалось во взгляде.
«Ты позволишь… сесть на тебя?»
«Р-р-р-да!»
«Спасибо!» — запрыгнул я на мохнатую спину.
Иллюзий не строил. Распорядители «представления» не идиоты. Понять, что случилось, им хватит пары секунд, и за пределы ристалища нас, конечно, не выпустят. Просто встанут с той стороны решётки и расстреляют из луков и арбалетов.
Наш единственный шанс — сыграть на опережение.
«Приготовься, Малыш! Сейчас нас начнут убивать…»
Я вскинул вверх руку с обломком ошейника и крутанул им, словно арканом. Обломок рассыпался в пыль. Извлечённая из него маг-энергия материализовалась в десятки призрачных лезвий, разлетевшихся с моих пальцев, как брызги.
Секунда — и они попросту срезали окружающие арену решётки.
«Ходу!» — рявкнул я в ухо своему обретённому другу.
«Дер-р-ржись!» — полетело в ответ.
Я не направлял его. Он знал это место лучше меня, поэтому выбор, куда бежать, оставался за ним.
Да и, в конце концов, как, вообще, можно управлять кототигром? Ведь он же не лошадь и не верблюд. Удержаться у него на спине — уже достижение. Покруче любого родео. От прыжков и метаний, что он совершал, меня мотало из стороны в сторону, словно щепку. Я видел лишь клочья шерсти у себя перед носом и молил всех богов, чтобы пальцы, что в них вцепились, не соскользнули.
О том, что мы всё же преодолели границу ристалища, грань, отделяющую его от стенки перед трибунами, я понял, когда по нам лупанули копьями и заклятиями. Хвала небесам, магозащита кота и моя иммунность отразили их все подчистую. Правда, защита при этом серьёзно ослабла, но секунд десять у нас, чтобы скрыться, ещё оставалось…
Главное, чтобы чем-то тяжёлым швыряться не начали… И залпами из арбалетов не били…
«Р-р-рха!» — ударило в мозг, и в то же мгновение меня будто подбросило в воздух вместе с взметнувшимся в длинном прыжке кототигром.
«Летящая» в нас стена мелькнула перед глазами и «рухнула» вниз.
«Р-р-рау!» — шлёпнулся на все лапы «Малыш» перед ведущими вверх каменными ступенями.
Если бы в это мгновение у меня в желудке хоть что-нибудь было, оно, сто пудов, сразу бы оказалось снаружи.