Грэй

— А может быть мне хотелось, чтобы кто-нибудь из вас за мной бегал, — взорвался Кристофер. — Или написал хотя бы одно чёртово письмо за лето.

— Тогда какого чёрта ты себя так вёл? И почему сам не написал? — тоже не выдержал Джеймс. — Ходил весь из себя такой важный павлин, хвост распушил, нос в потолок. Тебя отсюда никто не выгонял, если ты не заметил. Сам поднялся, на своих ногах ушел, своими руками дверь закрыл. А бегать при этом мы за тобой должны были?

Кристофер резко отвернулся от Джеймса.

— Откуда я знаю, кто и что должен был делать? — сказал он стене. — Со стороны выглядело, что вам и вдвоём было неплохо, я просто решил не лезть не в своё дело. Кроме того, — он бросил на Джеймса взгляд исподлобья, — мне не нравится, что ты обучаешь его, — Кристофер кивнул на Ричарда, — магии. Это противозаконно, если ты не в курсе.

— Так, — теперь уже у Ричарда сдали нервы. — Во-первых, никто и никогда меня магии не обучал.

— И ты хочешь сказать, что твой щит, которым ты пользуешься, не из учебников по магии? Или твои огоньки? Или огненные бабочки? — едко поинтересовался Кристофер.

— Да я его вообще сам не знаю, как создал в первый раз, — выкрикнул Ричард. — И ты об этом прекрасно знаешь. Ведь ты был тогда со мной, и после тоже, я много раз говорил, что мне просто повезло, и я не знаю, как именно его сделал.

— Но ты его повторил, — возразил Кристофер.

— Конечно я его повторил, — всплеснул руками Ричард. — Я всё позапрошлое лето потратил на тренировки, чтобы понять, как я его сделал, и повторить снова.

— И ты хочешь сказать, что не использовал при этом книги по магии? — твёрдо глядя в глаза Ричарду, спросил Кристофер.

Ричард почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Кристофер определённо знал, что Ричард читал книжки не только по благословениям. Конечно, он не мог этого видеть, и Ричард никогда об этом не заикался, но каким-то своим внутренним чутьём или науськиваниями Андерсона Кристофер знал, что Ричард перешёл черту.

— Крафт, я знаю, куда ты клонишь, но если продолжишь в том же духе, я тебя закопаю, — в образовавшейся тишине слова Джеймса прозвучали особенно угрожающе.

Кристофер отодвинулся, бросив на него обеспокоенный взгляд.

— Мой отец — маркиз, Спел, — ровно ответил он. — Смотри, как бы ты свою закапывалку не обломал об нас.

— Да хоть сам господь бог, — бледный Джеймс даже не шелохнулся в ответ на угрозу. — Помяни моё слово, я найду способ.

— Это всё, что ты хотел мне сказать? — спросил Ричард, кашлянув, потому что у него перехватило горло.

Кристофер посмотрел на него, и в этом холодном взгляде Ричард не увидел того друга, который занимался с ним и помогал с домашними заданиями. Это был словно совершенно другой человек.

— Нет, я хотел дать тебе ещё это, — и он вынул из сумки маленький хрустальный шар и бросил в руки Ричарду.

— Стой, — Джеймс подскочил со своего места, но Ричард уже поймал шар, размером не больше его ладони, который в его руках засветился ровным белым светом святой силы.

Кристофер нахмурился, а Джеймс со вздохом расслабленно рухнул на место.

— Это странно, — пробормотал Кристофер, неверяще глядя на шар. Он выглядел совершенно растерянным.

— Что это? — спросил Ричард у Джеймса.

— Этот шар — детектор для выявления отступников, — ответил Джеймс. — Если дать его в руки магу или святому, и шар засветится не чистым белым или красным светом, то перед тобой — отступник.

Ричард нахмурился.

— Понятно, — он повертел шар в руках, который продолжал светиться ровным приятным белым светом, и протянул его Кристоферу. Тот неуверенно принял его обратно. — Если у тебя всё, то, пожалуйста, больше не приходи сюда, — попросил он его с натянутой улыбкой. Так паршиво Ричард чувствовал себя только после разговора с Хеленой.

Когда Кристофер вышел, Джеймс подошел к Ричарду.

— Ты в порядке?

— Нет, конечно, но я справлюсь, — спокойно ответил Ричард. — Почему ты хотел меня остановить? Не верил, что шар станет белым?

— Это вообще не важно, во что я там верю. Ты мой друг и точка, — упрямо ответил бледный Джеймс. — И я точно знаю, что никаким запретным практикам ты не поддался. Даже если интересуешься магией и что-то практикуешь, — он понизил голос и почти прошептал: — Это сейчас с отступниками всё делится ровно: маги — сюда, святые — туда. А около пятиста лет назад магу вполне допускалось владеть парочкой святых практик, равно как и святой мог применять кое-какие чары. Вот только именно это и привело однажды к появлению отступников, которым этого было недостаточно. Они решили пойти дальше, чтобы объединить два дара и размыть между ними границу окончательно. Ничем хорошим это не закончилось.

— Что случилось? — заинтригованно спросил Ричард, которому не приходилось читать об этом.

Джеймс поморщился. Ему пришлось перевернуть летом весь отцовский архив вверх дном, чтобы разыскать интересующую его информацию. То, что он нашёл, было не слишком хорошо.

— Поскольку отступниками были преимущественно маги, ведомые алчностью и желающие при помощи святого дара увеличить свою мощь, то святой дар в их руках… изменился, словно с ума сошел. Они пытались лечить, а вместо этого калечили. Пытались очистить, но лишь оскверняли. Решили вызвать святого защитника, но что, что они призвали, святым не было.

— Черти, — понял Ричард.

— Да, — подтвердил Джеймс. — Черти, демоны, дьяволы — то, что принято называть тёмными порождениями, которые с тех пор заполонили мир. После этого к магам долго относились настороженно. Малейшего промаха хватало, чтобы тебя объявили отступником, магам запретили святые практики в любом виде и для любых целей. Со временем, фокус сместился с магов и на святых, хотя считалось, что скромные святые никак не могут быть совращены тьмой. И, если честно, так оно, наверно, и есть, потому что святые никогда за всю историю не призвали ни одно тёмное порождение. Однако, если святой открыто использовал чары, его запросто могли обвинить в отступничестве, заклеймить и осудить. Как Сильвестра Кэмпбелла.

— Профессор Кэмпбелл в конце первого года предупреждал меня никогда не использовать что-либо, не утверждённое учебной программой целителей, — признался Ричард, глядя в окно, где по нему медленно растекался рассвет. — Сказал, никогда и ни с кем даже не обсуждать то, что я могу сделать что-то большее.

— Умный мужик, — кивнул Джеймс. — Жаль, что благодаря своему собственному опыту.

Пятый семестр. Часть 3

Закончив квалификационную работу и сдав её в конце осени, Ричард полностью сосредоточился на подготовке к экзамену и защите, до которых остался всего месяц. Давно изученный материал уже не лез в голову и начал путаться. Со вздохом Ричард поднялся и отправился гулять по библиотеке. Завернув в раздел с книгами по святой защите, он выбрал несколько из них и полистал. Ему в голову пришла мысль, что он так сосредоточился на изучении чар, что ни разу не заглянул в другие разделы святых наук. Кто знает, что он мог бы почерпнуть отсюда? Ему, как целителю, было запрещено использовать чары, но ведь о других благословениях речи не было, не так ли? Он настолько увлёкся чтением, что пропустил момент, когда к нему подошёл профессор Андерсон.