Громче меча 3

— Братан, мы друзья, — попробовал успокоить его Маркус. — Мы хотим тебе помочь — точнее, уже помогли. Будь добр, предоставь нам возможность помочь тебе ещё, хорошо?

— Не сработало, — заключил я, когда варщик набрал воздуха в лёгкие. — Придётся старым способом.

Затыкаю ему рот и заношу его в дом, где сразу же усаживаю за стол.

— Яню, нам с Маркусом по большой порции памповой каши, а этому человеку что-нибудь лёгкое, из меню Сары, — попросил я повариху.

— Хорошо, господин Вэй… — поклонилась та.

Усаживаю варщика за стол и сажусь рядом с ним, а по другой его бок садится Маркус.

— Братишка, давай ты хорошенько покушаешь, а потом проспишься? — предложил последний варщику. — Завтра поговорим обо всём.

— Если попробуешь сбежать — беги смело, — сказал я. — Я оставлю калитку на засове. Но когда тебя закинут обратно в подвал — вспомни о нас.

— О-о-о! — восторженно воскликнул Маркус, когда повариха Яню занесла первую кастрюлю с памповой кашей.

С её появлением наша жизнь стала только лучше — больше не нужно готовить самостоятельно, поэтому освобождается куча времени, которую можно потратить на что-то более полезное.

Маркус, например, пропадает в кузнице, где изготавливает ружейные стволы. За такую хуйню на нас могут натравить всю императорскую гвардию, но о ней нужно сперва узнать — Маркус прячет готовые изделия в запираемом цельнометаллическом сейфе.

Стволы он делает с нарезами — для этого он изобрёл копир, с помощью которого можно очень точно, пусть и крайне медленно, нарезать стволы. Решили, что для этих стволов нужно четыре нареза, как на АК-74 — я посчитал, что наши отечественные оружейники сделали именно столько совсем не по желанию мизинца левой пятки, а исходя из рациональных соображений.

Сара всё так же занимается торговлей в лавке — мы построили её на участке моего бывшего соседа, в юго-западном его углу и здание магазинчика является составной частью оборонительной стены.

Время обеденное, поэтому покупателей практически нет — все сидят по домам или едят на работе.

— Благодарю, — кивнул я поварихе, принёсшей мне кастрюлю с кашей, и взялся за ложку.

Чисто технически, по задумке Маркуса, это тарелка. Но из-за размеров и усиленных ручек мне эту посуду называть тарелкой просто язык не поворачивается. Как есть, кастрюля.

Варщику была подана порция зразов и кусок кугелиса. Сара сразу же, как появилась возможность, внедрила на нашу кухню элементы своего национального колорита, поэтому Яню была вынуждена спешно обучиться готовке целой серии блюд.

«Зразы — это ништяк», — подумал я, глядя на порцию варщика. — «Грибы в качестве начинки котлеты — это находка».

— Мне тоже можно такое же? — попросил Маркус, ткнув в сторону зразов.

— Да, господин, — ответила повариха и ушла на кухню.

— Приятного аппетита, хоуми, — пожелал я Маркусу.

— Тебе того же, бро, — улыбнулся тот.

Между моими челюстями затрещала изысканная памповая каша, практически во рту делящаяся со мной калориями.

— М-м-м, манифик! — выдохнул я. — Каждый раз — как первый!

— Хе-хе! — хохотнул Маркус, также с аппетитом поедающий кашу.

Варщик сидел и ковырялся палочками в предварительно нарезанных зразах.

— Что, не голоден? — спросил я.

Но тот не ответил.

Три килограмма памповой каши исчезли в бездонной чёрной дыре, которую я называю желудком, а затем были запиты литром воды.

Варщик ничего так и не съел. Ну, его дело.

— Идём, покажу твою комнату, — сказал я ему.

Мы вышли во двор.

— Вон там твоё временное жильё, — указал я на дом для прислуги. — Если надумаешь бежать, то вот по этой дорожке беги к вратам. Останавливать тебя не будем — это твой Путь.

Заходим в здание и я открываю комнату рядом с апартаментами Яню.

— Если нужен туалет — иди во двор, — сказал я. — Мыться тоже во дворе, там душ недалеко от туалета. Если передумаешь насчёт ужина — обратись к Яню. Если попытаешься исполнить с ней что-то, лёгкой смерти не жди — она будет очень тяжёлой и долгой.

Варщик промолчал.

— Счастливо, — сказал я ему. — И лучше помойся — от тебя несёт химией, ссаниной и говном.

*796-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и столичного землевладельца Вэй Та Ли *

— Так как тебя зовут? — спросил я.

Утро началось с крепкого чая и зразов, которые я попросил приготовить специально для меня — вчера что-то постеснялся, а ночью понял, что очень сильно их хочу.

— Фэнхунжэнь, — представился варщик, попивающий чай. — Но это прозвище. По-настоящему меня зовут Ю Чао.

— Как же тебя угораздило попасть в руки клана Мэн? — спросил я.

— Это очень долгая история, — ответил Чао.

— У тебя какие-то дела на сегодня запланированы? — улыбнулся я.

— Нет, — ответил Чао.

— Тогда расскажи эту очень долгую историю, — попросил я.

— Всё началось с того, что я познакомился с профессором Бай Чжугэ в Императорской академии высших искусств и наук, — начал Чао. — Профессор Бай преподавал алхимию и, как оказалось, сотрудничал с кланом Сюэжи. Он поставлял клану высококачественный ланфен, а те платили ему серебром — это было взаимовыгодное сотрудничество. Профессор Бай посвятил в это дело меня, как своего лучшего ученика — ему нужна была ещё одна пара рук, потому что сам он уже не справлялся. Клану нужно было всё больше и больше ланфена, поэтому очень скоро профессору Баю начали угрожать…

— Интересно, — кивнул я и отпил чай. — Продолжай.

— Однажды они ворвались к нему домой и угрожали его семье, — продолжил Чао. — А затем дошло до того, что они застигли меня в переулке и избили — я должен был передать профессору, что нужно работать быстрее.

Как обычно, зажравшиеся пидарасы захотели выдоить свою дойную корову досуха…

— Сначала мы старались удовлетворять их растущие запросы, работали почти без сна и совсем без отдыха, — произнёс Чао. — Но затем им потребовалась особо огромная партия, которую мы просто не могли изготовить настолько быстро. Мы провалили поставку, поэтому головорезы клана пришли к профессору Баю домой и начали угрожать. Там был его младший брат, мастер боевого искусства школы Хун — я думаю, он посчитал, что ему по силам совладать со всеми головорезами, но его убили, а затем настал черёд детей и жены профессора Бая…

— Ну, да, — вздохнул я. — Конченые мрази. Впрочем, профессор должен был понимать, что работает с не самыми честными и порядочными людьми. Ну и не конфетки производил.

— Это подонки! — выкрикнул Чао.

— Ты тоже не Конфуций нихуя, — усмехнулся я. — Ты производил говно — это значит, что ты тоже повязан и запятнан.

— Я знаю… — тяжело вздохнул варщик. — И я жалею о содеянном — мой Путь осквернён.

— Ты пей чай и продолжай, — сказал я ему.

— А дальше был только один исход — месть, — продолжил Чао. — Профессор Бай взял меня на встречу с куратором, якобы чтобы сообщить о новом методе производства ланфена. И даже пообещал показать новый продукт, который даже лучше обычного. Но в коробке была бомба.