Громче меча 4

— Да я знаю, что это значит, — пробурчал я.

— … стремятся к нулю, — закончил Архивариус. — Денег не верну.

— Да и не надо, — махнул я рукой. — Сука, твою мать…

Эта новость сильно задела меня. Не хочу верить в это, но понимаю, что он прав.

— Он функциональный аутист, — сообщила Сара. — Если он искал и не нашёл, то никто не смог бы найти. Только запад…

— Блядь… — прошептал я, ощущая засасывающую пустоту в груди. — Но надежда ведь есть…

— Нет никакой надежды, — покачал головой отвлёкшийся от письма Архивариус. — Либо она мертва, либо примкнула к Порочному Циклу.

— Одно хуже другого, — произнёс я.

— Это тебе решать, как к этому относиться, — посчитал нужным сказать Архивариус.

— Почему он пытается доебать меня? — спросил я у Сары.

— Он не пытается, — ответила она. — У него трудности с социальными взаимодействиями — он просто не понимает, что ты чувствуешь и можешь чувствовать. Ему непонятно, как именно и почему некоторые его слова могут ранить других людей.

— Это раздражает, — сказал я.

— Таков уж он, — пожала плечами Сара. — Просто держи в голове, что он не желает нам зла.

— А-а-а, ага, — кивнул я. — А что творится в окрестностях Юнцзина?

— Какая конкретно провинция? — уточнил Архивариус. — И что именно тебя интересует?

— Ладно, я понял, — сказал я, поморщившись с досадой. — Каково нынешнее состояние орды Порочного Цикла? Что делают, куда движутся, какие цели преследуют?

— О Порочном Цикле у меня слишком мало информации, — предупредил Архивариус. — Но мне известно, что орда движется на север — там достаточно людей, чтобы пополнить численность орды и удовлетворить её потребности.

Под «потребностями», как я понимаю, он имеет в виду ебучую мясорубку со сжиганием младенцев, поеданием чужих гениталий и безудержным насилием…

— Также я предполагаю, по косвенным признакам, что орда собирается пополнить численность и повторить атаку на Юнцзин, — добавил этот славный бесчувственный парень.

— Тогда чего вернулся в Юнцзин? — поинтересовался с долей недоумения.

— Из-за того, что здесь живёте вы, — ответил Архивариус. — Вас специально создали, чтобы бороться с чудовищами и Порочным Циклом. И у меня есть основания полагать, что вы качественно выполните свою работу.

— А если нет? — спросил я.

— Тогда Поднебесной конец, — ответил Архивариус.

— И ты решил, что лучше встретить этот конец в Юнцзине, — предположил я.

— Да, — подтвердил Архивариус. — Но не только.

— Что ещё? — спросил я.

— Взамен за информацию, я хочу получить вакцину, — ответил он. — Доказано, что ваша вакцина имеет эффективность около 57% после первого применения и 74% после второго применения, через две недели после первой.

— Мог бы получить её бесплатно, — улыбнулся я.

— Мне нужно, чтобы вы повысили эффективность до 100% — я не хочу рисковать, — сказал Архивариус.

— Мы можем, Сара? — спросил я.

— Для отдельного человека — возможно, — кивнула она. — Придётся потратить на это концентрированный целебный эликсир, но, думаю, это стоит того.

— Приемлемо, — согласился я. — Архивариус — считай, что ты уже получил вакцину.

— Но это не всё, — сказал он.

— Что ещё? — спросил я.

Ужалить его вакциной со 100% гарантией — это не стоит нам практически ничего. Если Сара говорит, что можно, то это точно можно.

— Я хочу жить в Кремле, — произнёс Архивариус. — И хочу получить гарантию, что если вы решите сбежать, как ты когда-то, то возьмёте меня с собой.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился я.

— Провинция Тея погибла не так тихо, как всем показалось, — пожал он плечами. — Я знаю очень много о том, что ты делал по пути в Юнцзин.

— И о наших планах тоже знаешь? — спросил я нейтральным тоном.

— Достаточно, чтобы оценивать ваши шансы на успех как выше среднего, — ответил на это Архивариус.

— Он хочет сказать, что верит в нас, — пояснила Сара.

— То есть, это комплимент? — уточнил я.

— Не совсем, — улыбнулась она. — У нас нет определения… этому. Но можешь считать и так.

— Ладно, — кивнул я. — Я не против. Сара?

— Я тоже не возражаю, — ответила она. — Но нужно спросить у Маркуса.

— Коллегиальный способ решения? — спросил Архивариус. — Это необычно для юся.

— Почему? — не понял я.

— Юся — в большинстве своём — существа с выраженными признаками асоциального поведения, — объяснил мне он. — Индивидуализм, эгоцентризм, недоверие к структурам власти, неспособность к долгосрочному сотрудничеству, импульсивность, склонность к насильственному разрешению проблем — всё это характерно для них.

Он произнёс всё это без тени эмоций, будто читал студентам лекцию о навозных жуках или о богомолах.

— Они редко способны воспринимать других как равных. Им нужна иерархия, где они — на вершине, подчинённые — временные союзники, равные — соперники, а руководство — препятствие, — продолжил он. — Они наделены значительной внутренней силой и зачастую развитым интеллектом, но лишены способности к устойчивой интеграции в сложные коллективные структуры. В частности, это выражается в…

Архивариус сделал паузу, как я полагаю, чтобы подобрать максимально точную формулировку.

— … в неспособности следовать протоколу, — подобрал он подходящие слова. — Протокол для них — не руководство к действию, а преграда, которую нужно обойти. Идея коллегиального решения вопросов для юся нетипична — у них сильна вера в собственную исключительность. Это не патология, а паттерн, обострённый уникальными условиями их существования.

Затем он перевёл свой холодный взгляд на меня:

— Вы — аномалия. Все трое. И если вас не разорвёт изнутри, вы сможете достичь системных результатов. Это будет впервые.

— Ну-у-у-у… — протянул я. — Спасибо. Насколько это правда, что мы такие уникальные нетакусики?

— Кто? — не понял меня Архивариус.

— Не такие, как все, — пояснил я.

— Насколько мне известно, — ответил он. — Ты ведь чувствуешь, что у тебя нет доверия к другим юся?

— Есть такое, — согласился я.

— Это чувство должно распространяться и на членов твоего «кулака», — сказал Архивариус. — Возможно, была допущена ошибка в вашем обучении, а возможно, что дело в чём-то другом. Но вы первые такие. Я больше склоняюсь к версии, что на вас сильно повлиял ваш альтруизм — вы трое, что ты, что Сара, что Маркус, так или иначе, но помогали людям, которых встречали на своих путях. Это должно было быть вытравлено из вас в процессе обучения — вас не случайно погружали в условия Низших Палат.