Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Громче меча 4
Шрифт:

Разоблачившись и повесив броню на держатели, я вышел во двор и попытался вспомнить, где сейчас находится Сара.

— Чего застыл? — спросил Маркус, надевший пурпурного цвета майку с золотой окантовкой.

На майке вышит фуцанлун (1) в рэперской кепке и солнцезащитных очках, держащий в лапе тлеющий косяк. Это совершенно нехарактерный для местных стиль вышивки, поэтому Маркусу пришлось озадачить сразу нескольких портных-мастеров, чтобы они сумели выдать ему требуемое.

Майка, естественно, из теневого шёлка, что уже очень дорого, но ещё дороже её делает краска — это пурпур, привозимый в Юнцзин с

дальнего востока. Говорят, что для получения примерно грамма пурпура, приходится насмерть захуярить 8–12 тысяч специальных моллюсков, над трупами которых потом издеваются, выдаивая из них слизь, которую потом ферментируют десять с лишним дней и делают с ней всякое…

В общем, прикид у Маркуса достоин императора, потому что стоит очень дорого. Ну и вообще, Маркусу такое носить нельзя, потому что только император имеет право носить пурпур — но на хую мы его вертели, поэтому все старательно закрывают глаза, когда видят генерала Смита, рассекающего в модненьком прикиде.

— А где сейчас Сара? — спросил я.

— Думаю, что в школе, — пожал плечами Маркус. — Наверное, в пятьдесят второй.

— Погнали туда, — сказал я, надевая рубашку. — Надо браться за организацию похода как можно быстрее — совсем, блядь, забегался и забылся…

*1311-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, г. Юнцзин, квартал Байшань, средняя общеобразовательная школа № 5*

В школе № 52 Сары не обнаружилось, но зато тамошний завуч, Гань Фу, знал, что госпожа Суруо пошла в школу № 5, чтобы провести беседу с учительским составом.

Гань Фу, кстати, чуть не пересрался, когда увидел меня в школе — его жопа хорошо помнит удары розог…

Возможно, тот набор учителей — самый лучший из когда-либо выпущенных нами. Это высококлассные специалисты, обучающие детей и взрослых с особым тщанием и остервенением.

А всё потому, что страх прививает дисциплину!

Можно сюсюкать с ними, как привыкла Сара, опирающаяся на какие-то там педагогические нормы, а можно устроить невообразимый террор, под гнётом которого стрессующие ученики лучше усваивают материал.

— Привет, шугар! — заглянул в кабинет директора Маркус.

— А вы здесь чего? — нахмурилась Сара, до этого момента изучавшая какой-то длинный свиток. — У меня, вообще-то, инспекция.

— Она может потерпеть паузу минут на двадцать? — спросил я.

Сара тяжёлым взглядом посмотрела на директора и двоих завучей, стоящих перед ней по струнке.

— Ждите меня, — сказала она. — Вернусь ровно через двадцать минут.

В этот момент дежурный начал трезвонить в звонок, что означало перемену.

На фоне раздался топот сотен ног — дети побежали выпускать накопленную энергию на школьном участке.

Сара дала знак и директор с завучами, с облегчением, покинули кабинет.

За всеми нужен глаз да глаз — образовательная программа должна исполняться неукоснительно. Сара следит за этим, потому что нам нужны специалисты нужного качества. В огромных количествах.

И движение к этому уже началось — в Ядре построено восемнадцать школ, а ещё две сейчас строятся.

Каждая школа вмещает шестьсот учеников, но обучение проходит в две смены, поэтому всего в каждой школе обучается по 1200 детей и взрослых.

При

условии, что две оставшиеся школы будут достроены в течение следующих двух месяцев, все наши школы будут выпускать 24 000 выпускников с четырёхлетним школьным образованием.

В конце концов, через три года, мы придём к выпуску 24 000 выпускников каждый год, но это капля в море.

Сейчас у нас дилемма — либо расширять имеющиеся школы до ебейших масштабов, чтобы получить централизованные мега-школы, в которых найдётся место восьмилетнему образованию для самых одарённых, либо продолжать строить множество школ по всему городу, чтобы облегчить всем городским детям доступ к образованию. Сара склоняется к ответу «да» — и масштабировать школы Ядра до мега-школ, а также продолжать массово строить школы в других кварталах.

Но это всё требует бабок — не только на строительство, но и на поддержание образовательной инфраструктуры.

Впрочем, она уверена, что со временем стоимость учителей будет падать, так как предложение на рынке удовлетворит спрос, что уменьшит нам расходы на зарплатный фонд.

— Что у вас? — спросила Сара.

— Систер, сбавь тон, пожалуйста, — попросил Маркус. — Мы не твои завучи и директора.

— Извини, — кивнула Сара. — Сложно бывает перестроиться.

— Да ничего, — махнул рукой Маркус. — Виталик, выкладывай — ты умеешь говорить.

— Мы хотим организовать поход на Порочный Цикл, — сказал я. — Наведаться в северо-западные провинции с, так сказать, ответным визитом. Они копят силы, разоряют провинции и вообще, непростительно, что мы не устроили поход против них сразу же, как появилась возможность. Что думаешь?

— Вы уверены, что армия готова? — спросила Сара.

— Да, абсолютно, — кивнул Маркус.

— С экономической точки зрения… — начала она. — Да, мы можем потянуть снабжение вашего корпуса. Нужно будет подумать над логистикой, но ничего неразрешимого в этом нет.

— То есть, ты не против? — спросил я.

— Я считаю, что нельзя оставлять недобитого врага, — ответила Сара. — Лучше покончить с Порочным Циклом и, если получится, вернуть северо-запад под номинальный контроль императора. Всё одно, это достанется нам.

— Верно, шугар! — заулыбался Маркус. — Что тогда, начинаем подготовку?

— Не имею ничего против, — кивнула Сара. — Раз вы за, то и я тоже.

*1376-й день юся, Поднебесная, провинция Чунхуа , близ уездного города Цяньфан *

— Разведка возвращается! — сообщил Ма Сирен, адъютант Маркуса.

Конная разведка, по заветам генерала Смита, двигается впереди войска, на дистанции 10–15 километров, регулярно сообщая о любой непонятной хуйне, встреченной на пути.

За прошедшие два месяца мы прошли две опустошённые провинции, в которых больше не живут люди. Фрики истребили всех, до кого дотянулись, а остальные сбежали, куда смогли.

Вдоль реки Ашихэ, по которой у нас осуществляется снабжение КМП Юнцзина, как сообщают флотские, расставлены кресты с приколоченными к ним телами людей — фрики остаются верны себе и даже прилагают особые усилия, чтобы напомнить нам, насколько они ебанутые…

Переход был не особо трудным, потому что когда вокруг нет никого, нет особых проблем.

Поделиться с друзьями: