Громче меча
Шрифт:
Вряд ли, конечно, кто-то придёт, но чем чёрт не шутит, пока бог спит?
Рою землю 10-килограммовой мотыгой, изготовленной из двух боевых топоров и одного прямого меча. Это настоящее варварство — превращать красивое боевое оружие в примитивный сельхозинструмент, но у нас уникальная ситуация сельской нищеты.
— Мечи на орала, ха-ха-ха… — хохотнул я и воткнул мотыгу в почву. — Это библейская история, хе-хе-хе…
До конца сегодняшнего дня точно закончу с ямой под фундамент, а мои селюки закончат вынимать фундаментные камни из уже разобранных домов.
Любопытный факт — ни одного
Стройматериалы уже сложены рядом с будущим блокгаузом — мне пришлось помогать селянам, так как некоторые балки были им не по плечу.
— Великий герой Вэйтали! — примчался мальчик Юн. — Они стали шуметь!
— Сейчас посмотрим, — вздохнул я, опуская мотыгу.
Иду к надвратной башне, поднимаюсь на её крышу и смотрю, что затеяли эти мелкотравчатые пидарасы…
В меня, как обычно, дали залп арбалетчики. Из тридцати с лихуем болтов попало лишь два — прямо в живот. Опускаю взгляд и смотрю, как один из болтов падает на настил. Поднимаю его и внимательно изучаю сломавшийся наконечник.
— Какая же я, всё-таки, машина, — произношу я с улыбкой.
Попадания болтов ощущаются, как сильные толчки чем-то тупым. Кожа от этого не страдает — портниха Хуилианг, в прошлый раз, внимательно рассмотрела и тщательно ощупала место попадания, но не обнаружила ничего.
— Что вы там задумали?.. — вгляделся я в сооружаемые конструкции.
А строят они полноценный таран, то есть, стенобитное орудие с треугольной крышей, на которую уже начали укладывать сырые шкуры. Всё по средневековой осадной науке — шкуры нужны, чтобы не подожгли, ну и для защиты от стрел и болтов.
В таран ещё не установлено бревно, но оно лежит по соседству — его оснащают стальным наконечником.
Примерно в сотне метров от этого тарана, другая группа гоблинов строит ещё один, но размером чуть поменьше.
Вероятно, хотят разъебать нам ворота раз и навсегда, чтобы потом точно не починили. То есть, командир гоблинов допускает, что первый штурм может закончиться неудачей и потребуются дополнительные попытки.
Осматриваю осадный лагерь и чувствую, что что-то не так. Гоблинов будто бы стало больше?
— Юн, тебе не кажется, что их больше, чем раньше? — спросил я.
— Да, великий герой, — ответил Юн. — Вон там два новых стяга. Один с головой гоблина, а другой с черепом.
Смотрю в указанном направлении и вижу, что гоблины получили подкрепление — целых две роты.
Штандарт с зелёной головой гоблина в золотой короне на белом фоне — это латники, носящие позолоченные доспехи. Видимо, это какие-то особенные воины, не такие, как все. Элитное подразделение или типа того.
Штандарт с белым человеческим черепом на зелёном фоне — это арбалетчики, носящие кольчуги. Вот этих поганцев я бы хотел взять за жопу, так как у нас есть серьёзный недостаток метательного оружия. Арбалеты — это круто. А гоблинские арбалеты — это круто вдвойне.
Гоблины шагнули далеко вперёд по технике, поэтому у них на арбалетах сложные вороты, позволяющие заряжать их
без особых усилий. Мне такая хуйня не нужна, я могу натянуть тетиву тупо рукой, дури хватит, но вот простым смертным такое не под силу.Благодаря этим продвинутым воротам, гоблины могут легко перезаряжать тяжёлые арбалеты с мощными стальными дугами — такой хреновиной можно попробовать и латы пробить… Нет, вряд ли, конечно, но кольчугу точно прошьёт запросто.
Мальчик Юн сидел в башне, а я стоял на крыше, но соплежуй сильно очканул после второго залпа арбалетчиков. Я стоял, как стоял, а пацан рухнул с лестницы, когда в каркас люка воткнулся болт.
— Хреново стреляете, недомерки!!! — выкрикнул я. — Вы даже рядом не попали!!! Кто вас, долбоёбов, в арбалетчики брал?! Позорище!!! Вы только на мясо годитесь, поросята хуевы!!! Вон там скоро будут ваши головы!!!
Я решил, что в рамках психологической войны будет правильно «украсить» частокол головами гоблинов. Теперь по правую сторону от врат на колья насажены отрубленные головы тех гоблинов, которых мы уже съели или вялим про запас.
Мясо гоблинов не прямо деликатес — жёсткое, жилистое, варить его долго, жарится оно хреново, но на безрыбье и водолаз — рыба…
Смущает ли меня то, что я ем разумных? Да какие же это разумные, если они прут на деревеньку, в которой обитает настоящий герой?!
А если серьёзно, то слегка смущает. Но это вопрос выживания, поэтому я наступаю на горло своему смущению и жую не очень вкусное мясо. В конце концов, мы это не с жиру бесоёбствуем, а по причине крайней нужды.
Селяне, кстати, воспринимают это совершенно спокойно, а дед Шуй вон совсем преисполнился и захотел пустить на засолку труп бабульки Жилан.
Психология здесь другая, жизнь тяжела, а жить тяжело, поэтому приспособительные механизмы сильно отличаются от тех, что есть у жителей сытного земного XXI-го века. Для меня, например, есть бабулю Жилан будет психологически тяжело, она ведь была человеком, а для селян, как вижу, это дискуссионный вопрос…
— Ладно, я всё для себя понял.
Спускаюсь по лестнице и иду обратно к фундаменту. Надо работать быстрее, а то шуяо почти готовы к штурму, а у нас даже фундамент блокгауза не готов.
Ночью надо наведаться в осадный лагерь и основательно «отложить штурм» на пару-тройку дней…
*2822-й день новой жизни, деревня Шанхэцун, Поднебесная*
«О, да, арбалетики…» — подумал я, вешая себе на спину три трофея.
Ночной дозор я вырезал очень легко — подкрался под покровом тьмы, а затем зарубил двоих дремлющих доходяг своим княжим мечом.
Следующим пунктом была палатка дюжины арбалетчиков, которых я убил во сне, применив для этого изготовленный специально под такую задачу стилет. Раньше это был кинжал, но я обточил его лезвие до шилообразной формы, а также оборудовал более удобной рукоятью.
Получился идеальный инструмент для быстрого доступа к вражескому сердцу…
Вешаю на спину ещё три арбалета, беру в руки дополнительные два, а затем тихо покидаю палатку.
Главная цель — уничтожить осадные машины, но сначала нужно перетащить трофеи поближе к деревне.