Хайдон

Это своего рода атака? Он раскрывается для нанесения удара? Всё внутри меня кричало и требовало, чтобы я убирался отсюда как можно скорее. Сквозь весь этот хаос в голове пробивалось осознание какого-то знакомого присутствия, которое я не мог сопоставить ни с чём. И тут меня как обухом по голове ударило. Образ из моих снов! Но этого не может быть! Да и внешнего сходства нет никакого!

– Если бы ты был внимательнее, то смог бы догадаться с самого начала, – назидательным тоном сказал он, делая пару шагов вправо.

Я пытался выйти из оцепенения, но единственное, что смог сделать – это опустить меч. Как сквозь сон я отметил, что мой коммуникатор уже несколько минут непрерывно пищит.

Как Дрэмор мог влезть в мои сны? Для этого, как я понял, он должен был быть хотя бы на той же планете. Однако, допустив, что он действительно находился в тот момент на Весане, сразу возникает куча новых загадок. Как правительство Суина могло вести переговоры с Фоссером, если всё это время у них находились другие гости?

– Имперцы тогда находились на Весане? – наконец, смог я выговорить, пытаясь разобраться в сумятице.

– Да, я был на планете, – усмехнулся он, – Более того, ты умудрился засечь мой шаттл на посадочной платформе. Правда, как я понял, ты так и не догадался, чей он.

Ну конечно! Какой я же дурак, подумав, что какой-то бизнесмен мог так просто пренебречь правилами и совершить вооружённую атаку на простого свидетеля. Мои отношения с Фоссером слишком затуманили мой рассудок, потому я не стал ничего ему докладывать о своих наблюдениях. Но это ни в коей мере не объясняет, зачем Дрэмору понадобилось делать всё то … чем он занимался после этого.

Мои мысли снова смешались. Кирс всё это время, не переставая, пытался выйти со мной на связь. Ещё немного, и у меня не останется путей к отступлению. Что же касается моего противника … Так, ничего не хочу знать ни о его планах, ни о его намерениях. Не сейчас. Может быть потом когда-нибудь…

Быстро оценив ситуацию и больше ни о чём не думая, я бросился бежать в сторону ангара. Краем глаза успел только заметить, что Дрэмор остался стоять, как и до этого, не предприняв никаких попыток остановить меня. По пути я не раз оборачивался, но до самого истребителя так и не заметил погони. Впрочем, от этого беспокойство на душе только усилилось.

Воссоединившись с флотом, мне во второй раз за свою практику пришлось придумывать объяснение событий, и как бы зловеще это не звучало, но в моих трудностях был замешан всё тот же человек. По моей версии выходило, что у меня вышел из строя передатчик, о чём я заранее позаботился. Задержка же произошла из-за имперских труперов, которые невесть откуда вынырнули на моём пути. Нет, с Дрэмором, к счастью, я не столкнулся, видимо разминулись. Мне поверили. Видимо, в это было поверить легче, чем в то, что я смог бы во второй раз избежать плена после встречи с ним.

К сожалению, себе я не мог объяснить всё с такой же лёгкостью. Я многого не понимал, и у меня было слишком мало фактов, чтобы делать выводы. Единственное в чём я не сомневался так это в том, что интерес Дрэмора возник после того, как он узнал мою фамилию. При этом он знал истинную личность Виктора. Можно предположить, что он намеревался как-то использовать меня против Белвердана, но как он мог заставить меня действовать в его интересах? Какими бы плохими не были мои взаимоотношения с Виктором, я никогда не буду действовать против него. А ведь отец Брэнда мог бы мне помочь разобраться во всём этом деле, не будь он так категоричен в своих взглядах касательно меня. В текущем положении я не представлял возможным раскрыться ему и довериться в оценке моих действий. Чего доброго он объявит меня неблагонадёжным или вовсе решит убрать с дороги.

Нет, мне самому надо во всём разобраться.

Не мешало бы в первую очередь покопаться в прошлом Дрэмора. Если он знает Ледрагов, то скорей всего он знал их ещё до смуты. Раз так, то могли сохраниться какие-то свидетельства, а опознать его я мог бы, например, на снимках. Но у Фрэнка их было мало, и почти все их я знал наизусть. Нет, искать нужно не там. Нужен архив Виктора, вот где могли быть нужные материалы. Однако как мне его заполучить? Пойти и попросить? Представляю, как он разъярится. Он с самого начала дал мне понять, что не хочет слышать от меня ничего о Ледрагах. А может воспользоваться помощью Брэнда? Так, чтобы его отец ничего не узнал? Рискованно, конечно, но это шанс.

На протяжении нескольких дней я пытался поймать Брэнда одного, без свидетелей, чтобы озвучить ему свою просьбу.

– Мог бы я как-нибудь взглянуть на старые семейные снимки Белверданов?

Брэнд, конечно же, удивился.

– Зачем они тебе? – тут же насторожившись, поинтересовался он.

– Я ищу кое-кого и подумал, что он мог бы там оказаться, – попытался я объяснить, хоть и вышло коряво.

Мне жаль, что я не мог рассказать ему всего, но Виктор бы не простил мне этого.

Брэнд некоторое время пытался сообразить, каким образом я мог хоть кого-то знать из его семейства.

– Это как-то связано с Фрэнком Реоном? – наконец, спросил он.

Он, оказывается, навёл обо мне справки, раз знает о Фрэнке. Впрочем, вряд ли он узнал что-то кроме официальной версии, придуманной Виктором.

– В некотором роде да, – чувствуя угрызения совести от своего обмана, согласился с ним я.

История моего прошлого в интерпретации его отца выглядела следующим образом.

Виктор знал, что сын Фрэнка Реона имеет необходимый потенциал, чтобы стать бенайтом. Однако он не хотел отнимать у своего больного друга возможность постоянно общаться с близким человеком. Именно поэтому он не стал настаивать на том, чтобы я перебрался на Рэдон с самого начала. Вместо этого, Виктор помог Фрэнку найти старого учителя, который согласился обучать меня непосредственно на Эбруне.

Ничего не скажешь, завидное благородство в столь тяжёлое военное время.

Брэнд не стал задавать новых вопросов, почувствовав, что я с неохотой говорю на эту тему. Вместо этого он предоставил мне возможность скопировать весь архив.

Его поступок заставил меня проникнуться к нему чувством безмерной благодарности и усилил чувство вины от недосказанности.

Потратив немало времени на изучение снимков, я сделал вывод, что коллекция неполная, поскольку не включала в себя практически никаких незнакомых мне лиц. Только на одном из изображений, к моему великому удивлению, я разглядел себя в годовалом возрасте, а рядом был запечатлён другой ребёнок, чуть постарше, с кудрявыми рыжими волосами.

Снимок стал для меня откровением. Значит, мы были знакомы когда-то! Наши родители тесно общались между собой! Я-то думал, что в этот период все контакты уже были утеряны, ведь Виктор был наместником провинции Хайдон, а в Империи уже наступили смутные времена. Но как я не старался, я не смог представить себе отца Брэнда в компании с Лероном или Летией. Впрочем, я и своих родителей не мог представить себе живыми.