Ход Конём

Глядя на виртуальный счетчик активности аудитории, расположенный прямо под большим голоэкраном, я тихо дурел от удивления: число зрителей, активно общающихся с Горобец, увеличивалось с невероятной скоростью, и к концу ее выступления достигло восемнадцати миллиардов 'человек'. Львиная доля которых являлась мал'ери! Видимо, поэтому, дождавшись, пока Горобец вернет слово Дэну Гиллеспи, я вышел в ОКМ и без тени насмешки пробормотал:

— Восемнадцать миллиардов слушателей! Офигеть! Линда, ты была великолепна!

— Я была, есть и буду…

— …и будет есть… — закончила за нее Вильямс.

Линда возмущенно засопела, но ответить не успела — сорвалась с места, и в компании Иришки рванула к двери студии, стилизованной под люк!

Смотреть, как работают вбитые в подкорку рефлексы, было забавно: взлетая с кресел, обе Демоницы активировали режим замедления времени и впрыснули себе 'коктейль'; к концу первого шага — подключились к сервакам СДО [35] ; к началу второго — проанализировали оперативную обстановку в системе, и… вспомнили о том, что сегодня этот сигнал используется в 'мирных целях'. Для того чтобы сообщить зрителям о готовности команд, подключенных к 'Альтернативе'…

35

СДО — система дальнего обнаружения.

В общем, их третий шаг к двери оказался последним — сконфуженные девчонки врубили 'экстренное торможение' и изобразили на лицах ослепительные улыбки.

Правда, логику последнего поступка я не понял: ни один из ботов, порхающих по студии, не успел среагировать на их рывок. А, значит, зрители таращились на улетающие к стене пустые кресла…

…Несмотря на то, что этот рывок не был прописан в сценарии, Дэн Гиллеспи не растерялся: заблокировал поворот ботов, стремящихся поймать в фокус пропавшие из него объекты, и дал в эфир ролик-подводку.

…В предрассветных сумерках квадрат двести шесть [36] выглядел на редкость мирно: темно-серые дома с пятнами бликов-'окон' — освещенные прожекторами 'Беркуты'. Спящие 'улицы' — проходы между ними и элеваторами артскладов. Россыпь звезд над головой. И… розовеющие под лучами восходящего солнца горы, невесть откуда взявшиеся на западе от космодрома.

Звуковой и ароматический ряд картинки был ничуть не хуже:

Шелест легкого ветерка, колышущего несколько травинок, прихотью режиссера пробившихся между стыками плит. Теньканье какой-то пичужки, радующейся наступающему дню. Запах свежей выпечки, тянущийся от 'Гнутой Подковы' Толстого Тэда…

36

Квадрат двести шесть — стоянка кораблей подразделения 'Демон'.

Картинка выглядела потрясающе. И ей можно было бы любоваться целую вечность. Если бы не комментарии Шварца в ОКМ:

— Птицы на космодроме — это круто! Не видел ни разу! А выросшие за ночь горы — так вообще улет…

— Смотри, что будет дальше! — тут же отозвалась Вильямс. — Сейчас из казармы выйдет Викки. В плавках и с полотенцем через плечо. И неторопливо пойдет к озеру. Плавать…

Изображение скользнуло к казарме, и перед зрителями возникло окно(!), которого в ней не могло быть по определению. А за ним — мое лицо! Невесть чему улыбающееся во сне!

— К какому, нафиг, озеру? — поинтересовалась Линда. — Бельер? Так до него километров сто шестьдесят!

— Сто пятьдесят два… — уточнил Вольф. И ехидненько так добавил: — Но для Большого Демона, всю ночь видевшего сны о водной толще, пронизанной лучами солнца, это фигня! Видите, как он улыбается?

— Не знаю, о чем там мечтает Вик, а вы — явно о марш-броске в полной выкладке километров на пятьдесят! — вступилась за меня Иришка. — Чего ходить вокруг да около? Скажите прямо: так, мол, и так, Викки, мы жутко устали летать и хотим побегать по окрестностям космодрома. Пошли нас, пожалуйста, куда подальше… А если стесняетесь — шепните мне: я его как-нибудь уговорю…

— Знаем мы это 'как-нибудь'! — захихикала Элен. — После твоих 'уговоров' нам придется обогнуть Лагос по экватору… И, скорее всего, не один раз… Кстати, Мама Ира, а где это ты там шарахаешься? Почему Викки спит один?

Ответить на этот вопрос Тень не успела: нарисованную режиссером идиллию разорвал рев баззеров боевой тревоги…

…Яркая вспышка в ночном небе, отразившаяся в оконном стекле(!) — и космодром преобразился: в домах-'Беркутах' возникли черные провалы люков, с элеваторов артавтоматов слетели защитные кожухи, а из дверей казармы вылетели размазывающиеся от скорости силуэты Демонов.

Хриплое(!) дыхание бегущих, отрывистые команды, отданные вслух(!), взвизги(!) сервоприводов, щелчки фиксаторов пилотских кресел…

Несколько мгновений жуткого бедлама — и камера сместилась далеко за границу космодрома. Чтобы показать зрителям 'звездопад наоборот': искорки 'Беркутов', возносящиеся в черную бездну неба…

— Хочу окно… Со стеклом, резными ставнями и наличниками… — заныла Вильямс.

— И на что ты будешь в него любоваться на своем минус третьем? — захихикала Иришка. — На дождевых червей, что ли?

— Злая ты, Мама Ира… — судя по тембру голоса, Элен представила себе эту картину, и сейчас еле сдерживалась, чтобы не заржать…

…Сверху, с оптических датчиков дежурного Ключа, россыпь алых точек, возникшая в атмосфере планеты, казалась праздничным салютом — по мере всплытия 'Беркуты' делились на отдельные группы, и, наконец, образовали десяток 'Каруселей', каждая из которых, все ускоряясь, двинулась в свой сектор ответственности…

…Момент, когда подводка перешла из реальности в виртуальность, я не почувствовал. И понял, что это случилось, только тогда, когда на большом голоэкране студии возникла заставка чемпионата: силуэт средневекового воина, закрывающего своим телом голубовато-зеленый шар Лагоса.

Несмотря на то, что эту картинку я видел не один десяток раз и дважды общался с ее автором, мне снова захотелось сказать ему спасибо: это воин выглядел настоящим Защитником. Человеком, в принципе не способным сделать шаг назад…

…Копье, брошенное в его щит из глубин межзвездного мрака, разлетелось на мелкие кусочки, и каждый из них вдруг превратился в отдельный сектор голоэкрана, показывающий рубку каждого из кораблей участников чемпионата. А я вдруг сообразил, что на какое-то время ушел в себя и не услышал ни слова из закадровых объяснений Дэна Гиллеспи:

— …и наши доблестные защитники вот-вот вступят в неравный бой…

…Сценарий боя, сгенерированный искином 'Альтернативы', отличался от тех, которые отрабатывали мы только количеством кораблей Циклопов. Все остальное, начиная от вооружения и заканчивая настройками программы визуализации, было стандартным: идейный вдохновитель чемпионата, генерал Харитонов, не собирался тратить время на изменение рефлексов будущих Демонов. И сделал все, чтобы их адаптация к БК-ашкам прошла как можно безболезненнее: