Холодильник
Шрифт:
— Действуй, майор, — сухо сказал он.
Я вышел из помещения на улицу и огляделся. Сделал вид, что прогуливаюсь. С обратной стороны здания была приоткрыта дверь, оттуда доносились крики Романа.
Ну всё, не успели забрать парнягу, сразу развлекаются. Да что тут ещё добрым молодцам делать. Чем себя им тут занять? Только кулаки чесать и пострелять во что-нибудь. Тем более мальчика для битья привезли.
Поднял голову, посмотрел на крышу.
«Максимальную опасность представляет пулемётчик. Пулемёт „Печенег“, калибр 7,62, питание —
«Тамара, это я и сам понимаю».
Очень уж убивать мне никого не хочется. А задание выполнить надо.
Тут я вспомнил про парализатор. Пора проверить его в деле.
Подошёл к машине, открыл заднюю левую дверь, за водительским сиденьем поднял амуницию, аккуратно достал из кобуры парализатор, протянул руку, взял между сидений чёрный пакет с двумя бутылками воды, положил туда парализатор и отошёл с пакетом от машины.
За моими действиями внимательно следил пулемётчик. Я обернулся и помахал ему рукой:
— Привет, пехота! Не припекает?
— Есть немного, тарщ майор, — вытянув шею, ответил он.
— Ну лови водичку тогда, — сказал я, подошёл к стене как можно ближе, огляделся, не обнаружив лишних глаз, мгновенно выхватил парализатор и вырубил парнишку. Он просто осел на своё место. Со стороны всё выглядело в полном порядке, тело на посту, правда без движения.
Тут же в голове побежал секундомер с обратным отсчётом, который включила Тамара, цифры ушли в угол поля зрения чтобы не мешать обзору.
А удобно, подумал я.
«Есть гарантированные пятнадцать минут, чтобы покинуть базу. Время экстренной предподготовки к полёту, запуска и прогрева двигателей вертолёта составляет минимально четыре минуты».
Я понимал, что если зайду к полковнику, то придётся оттуда тащить упирающегося лётчика, он наделает шума, а нам ещё лететь.
А мне потом идти за Романом.
Двинул к Роме.
Уже в дверях я взял в руки оружие и прошёл в камеру для пыток, как я её назвал.
Ну и слабак этот Рома. Уже плачет и даже что-то им говорит. Сливает всё напрочь. Надеюсь про меня ещё не рассказал. Верхней одежды на нём нет совсем. Бронежилет валяется на полу. Он сослужил ему плохую службу. Вот почему его стали бить.
Парализатор не издаёт сильных звуков. Слышно только приглушённый щелчок, как от мощной фотовспышки.
Прозвучало два таких щелчка.
Вытащил ключи из кармана у ближайшего типа, отстегнул наручники. Обнаружил разбитые в кровь костяшки пальцев правой руки у второго боевика. Видимо, он хотел от души пробить фанеру арестованному и встретился своим копытом с кевларом бронежилета. За это они его и начали месить.
Рома бешено вращал глазами и задыхался. Без кевлара его тоже, видимо, уже пробивали несколько раз. Лицо было разбито, из одежды теперь вообще только мятые штаны.
— Быстро ты раздеваешься, — заржал я. — Ещё чуть-чуть, и до секса бы дошло. Надеюсь, теперь ты готов воевать с этими подонками?
Таймер отмотал уже почти четыре минуты. Осталось одиннадцать,
да ещё минимум четыре минуты на прогрев движков. Надо поторопиться.— Дай ствол, я буду их убивать и зубами рвать! — прохрипел Роман.
— А вот этого пока не надо, — ответил я. — Если хочешь остаться живым, слушай внимательно мой приказ: этот урод, похоже, твоей комплекции. — Я пихнул одного боевика ногой. — Сними с него куртку, под неё опять надень броник, хоть на голое тело, главное — быстро. Иди к машине, перед зданием сейчас никого нет, пулемётчик выключен. Забирай мою разгрузку, своё оружие и грузись на вертолёт.
Роман вскочил, махнул головой, сплюнул кровью и побежал.
Глава 33
Я опять положил парализатор в пакет с бутылками и пошёл к полковнику. Вошёл в комнату.
«Осталось одиннадцать минут».
На столе в комнате уже лежала закуска, стояли три стопки.
Лётчик сидел в стороне и неторопливо беседовал с гражданским.
Полковник посмотрел на меня с предвкушением и радостным голосом произнёс:
— Давай, майор, проставляйся за знакомство.
Я спокойно подошёл к столу, вытащил бутылку воды «Перье» на стол.
— Это что? Самогонка, что ли? — удивлённо спросил полковник.
— Ах, бутылки перепутал, — сказал я и плавно вытащил парализатор. Раздалось два щелчка.
Полковник завалился на стол с рюмками и снедью, а гражданский обвис на стуле.
В комнате стоял также пульт связи и радиостанция.
«Тамара, сможешь вывести из строя связь?»
«Без проблем, я перепрограммирую частоты и сменю шифр, без специалиста связь восстановить будет невозможно. Только щёлкни крайним левым тумблером, запитай рацию».
Лётчик стоял, его глаза округлились, как два пятака.
— Что это было, майор, что вы делаете?
Вероятно, он подумал, что я их убил.
Я навёл на него парализатор и приказал:
— Встал и пошёл к вертолёту.
— Никуда я не пойду, меня же застрелят моментально, там пулемёт! — Он ошалело крутил глазами.
Не похоже, что в лётчики выбирают самых морально устойчивых. Этот ещё чуть-чуть, и явно обделается. Надо придумать психологический ход. Я заговорщицки произнёс:
— Здесь проводится секретное спецзадание. Пулемётчик — свой человек. Ты должен быстро доставить меня к генералу на вертолёте. Выполнять!
«Осталось шесть минут до вылета».
После моих слов лётчик немного успокоился. Взял свой планшет со стола и пошёл оглядываясь на меня. Я махнул стволом ему на выход. Он двинул.
— Вертолёт готов к взлёту? Отвечай быстро, — торопился я.
— Да, исправен, полностью заправлен, — ответил он.
— Где сейчас находится генерал? — властно спросил я.
— В бункере конечно, 150 километров отсюда, — удивлённый моим незнанием, ответил пилотяга и добавил: — Завтра в десять он придёт к точке сбора. Я должен был лететь за ним утром. Генерал не любит ездить на машинах.