Хранитель для банши

И в тот момент, когда я уже готова была повернуться и убежать прочь, воздух вокруг буквально вспыхнул светом. Я сжалась, прикрывая лицо рукой, но через пальцы всё ещё виднелось яркое свечение, как от раскалённой молнии, разрывающей ночное небо. Лес вокруг замер в полной тишине, а я ощущала, как каждый волос на теле встал дыбом. Тень растворилась в воздухе, будто бы её никогда и не было.

Почувствовался лёгкий толчок, будто ветер собрался в одно место и взорвался. Я медленно опустила руку, и в тумане яркого света на поляне передо мной возникла знакомая фигура. Её силуэт проявлялся медленно, но уверенно. Сам свет принимал форму и материализовался передо мной. Превратился в мужскую фигуру в чёрном костюме.

Я не верила своим глазам.

Хранитель.

Он появился, как нечто нереальное, пришедшее из древних легенд и преданий. Его силуэт чётко выделялся на фоне размытых деревьев, излучая мощь, которая даже в спокойствии ощущалась, как буря перед началом. Я стояла, не в силах пошевелиться, затаив дыхание. Я действительно его вызвала? Амулет сработал. Он был подарком от Короля Теней, и тёмный правитель сдержал обещание. Моё желание исполнилось.

Я не могла поверить, что он здесь, прямо передо мной. Казалось, что каждый миг без моего защитника был бесконечно долгим и тягучим, а теперь он стоял всего в нескольких шагах, будто и не покидал меня вовсе. Хранитель смотрел на меня так, как никогда раньше — в его взгляде было столько скрытых чувств, что, казалось, я могла ощутить их всей кожей.

Его глаза, глубокие и тёмные, скользили по моему лицу, задерживаясь на каждой черте. Они будто впитывали меня, как человек, увидевший мираж и боящийся, что он исчезнет. В них отражался какой-то дикий, затаённый трепет. Во взгляде каре-зелёных глаз просматривался тот самый шок, от которого внутри у меня всё начало гореть — как будто он не верил, что я действительно стою здесь, на этой поляне, перед ним, настоящая.

Губы мужчины едва заметно дрогнули, и я ощутила, как лёгкая дрожь пробежала по телу, заставляя дышать медленнее, будто я не хотела, чтобы он слышал этот захлёбывающийся ритм моего сердца. Казалось, что даже воздух между нами искрился напряжением, которое витало вокруг. Весь мир исчез, оставив только нас двоих.

Его глаза, такие глубоко проникающие, отражали удивление и, может быть, облегчение. Его вздох был едва слышен, но я уловила его — как нечто более сокровенное, чем любой жест. В этом вздохе было что-то освобождающее, будто бы за все эти дни, пока мы были порознь, Хранитель, возможно, тоже чувствовал, как многое утратил.

— Ты… ты здесь, — он прошептал так тихо, что его голос слился с шумом ветра, но я услышала. Услышала и почувствовала, как дрогнуло всё внутри.

Я не смогла ответить сразу. Грудь сдавило от всех накопившихся вопросов, эмоций, которые я берегла так глубоко. Всё это время я искала своего Хранителя, винила, терялась в догадках. А теперь он стоял передо мной так, будто ничего не произошло.

Хранитель, слегка нахмурившись, посмотрел по сторонам, словно пытался понять, где оказался. Его взгляд блуждал по деревьям и древним корням, а на лице читалось замешательство.

— Невозможно, — проговорил он. Голос звучал напряженно, как будто сам факт этого места его пугал. — Я чувствовал сигнал, будто Тень пробралась в земной мир. Я пришел её изгонять, но… каким-то образом оказался здесь.

Он снова оглянулся, и взгляд вернулся ко мне. Я видела, как его красивые глаза пробежались по моему лицу, по дриадскому платью, что дала Иллария, по волосам, которые лежали лёгкими волнами на плечах, обвитые тонкими лианами, впитывая влажный лесной воздух. Казалось, мужчина был в изумлении от того, как я выглядела, словно видение, возникшее из древних легенд Эридора. Его взгляд задержался, пронзая меня, но он молчал, не говоря ни слова — и молчание это резануло, как лезвие.

— Где я?

— В Эридоре, — прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы, готовые вот-вот пролиться.

Слова повисли между нами, и Хранитель замер, смотря на меня так, будто я стала чем-то совсем незнакомым, даже чужим. Я видела, как он изучает и меня, и мой наряд. Всё, чем я стала здесь. Сердце ныло от всех вопросов, что я накопила за время разлуки, от боли и тревоги, что остались без ответа. Его молчание и жестокая тишина… Они будто подтверждали мою худшую мысль.

В этот миг всё, что я держала внутри, наконец прорвалось. Подойдя к мужчине ближе, я сжала руку в кулак, чувствуя, как сильно стучит сердце. Не сдерживая обиду и гнев, я со всей силой влепила ему пощёчину — самую сильную, на которую была способна. От неожиданности Хранитель отступил назад.

— За всё твоё молчание! За всё, что ты мне не сказал! — выдохнула я, чувствуя, как горячие слёзы потекли по щекам. — За тот день, когда оставил меня одну в пещерах! Будь ты проклят!

Глава 29

Хранитель замер. Его лицо выражало удивление, почти детское непонимание, будто удар пробудил от долгого сна. Рука рефлекторно поднялась к щеке, прикрывая то место, где остался слабый отпечаток моей ладони, и пальцы мягко коснулись кожи, словно он ещё не мог поверить в то, что это произошло наяву.

Медленно опустил руку. Его взгляд изменился — в нём исчезло недоумение, но появилось что-то тёмное и тревожное — отражение эмоций, которые он редко позволял увидеть.

— Вивиана… — тихо произнёс он, и в его голосе зазвучала удивительная смесь боли и беспомощности, которую я раньше не замечала. — Ты… должна многое понять…

Каждое слово звучало, как шаг по тонкому льду, будто мужчина боялся, что один неверный звук — и всё вокруг рухнет. Взгляд стал пронзительно глубоким, и на какой-то миг в его глазах мелькнула такая тоска, что я ощутила, как гнев постепенно уступает место чему-то иному, более мягкому и хрупкому.

Хранитель шагнул ближе, совсем чуть-чуть, на расстояние протянутой руки. Он стоял так близко, что я чувствовала его дыхание на своей коже, едва уловимое, как осенний ветер. Взгляд блуждал по моему лицу, изучая его, будто хотел запомнить каждую черту, каждый штрих. Как будто бы я могла исчезнуть из этого леса в любой момент.

— Я всегда знал, что однажды дойдёт до того, что ты ударишь меня, — произнёс он наконец, и уголок его рта дрогнул. Намёк на улыбку, едва видимую в тени. — Но не думал, что этот момент будет таким… болезненно правильным.

Сказав это, мужчина замолчал. На его лице отразилась смесь восхищения и горечи, которые, казалось, боролись друг с другом.

Мой гнев вырвался наружу. Я чувствовала, как руки дрожат, голос едва держится, а слёзы уже щекочут щеки, вырываясь на свободу. Я смотрела на него, но передо мной стояла пропасть — несмотря на его близость, ощущалась всепоглощающая пустота, порождённая неделями, когда моего защитника не было рядом.

— Как ты мог оставить меня? — слова вырывались у меня с горечью, и голос едва не срывался на крик. — Я была уверена, что ты всегда будешь рядом. Что, что бы ни случилось, ты не предашь меня… А ты просто исчез! Как будто я — просто ошибка. Слабая девчонка, которая не заслуживает даже объяснений.

Слёзы уже стекали по щекам, и я больше не пыталась их остановить. Внутри всё кипело — горечь, разочарование, обида — всё, что я копила эти долгие дни, прорвалось наружу, как нарастающий шторм.

— Как ты мог?

Хранитель молчал, не отводя взгляда, и, несмотря на сдержанное выражение лица, я увидела, как что-то изменилось в его глазах. Словно каждый мой удар и каждый упрёк пробивали трещину в защите. Мужчина выглядел так, словно сказанные мной слова терзали его и проникали в самую глубину.