Хранитель ядов

– Разве вы сами только что не назвали причину?

– О да, ума у них мало на что хватает, но даже такие идиоты смогли бы отличить мужчину от женщины. Если, конечно, женщина не напоминает мужчину. Что в вашем случае исключено. Вы весьма женственны. Но я помню, что вам претит моя учтивость, так что возвращаюсь к суете сует. Где Эстер Сильва?

– Понятия не имею.

– Надо полагать, это ваш любимый ответ.

– Стоит полагать.

Я наконец добралась до двери. Толкнуть ее не удалось, потому что по обе стороны от меня появились руки Джерара, а его подбородок уперся в мою макушку. Не нужно было поворачиваться спиной к такому человеку, но за последние сутки я совершила уже столько всего, чего делать не стоило, что этот промах показался несущественным.

– Предлагаю подойти к проблеме с другой стороны. – Я ощутила его дыхание на своей шее. – Кем вы приходитесь Роберту Сильва?

«Твое решение проблемы, Эксель?»

– Племянницей, – солгала я. Он стоял близко, но не касался меня. Признаю, я бы предпочла, чтобы меня снова зажал в угол Дакот.

– Племянницей? – Джерар прищелкнул языком. – Занятно. Похоже, у Роберта Сильва чуть больше родственников, чем известно моему Мастеру. Куда же вы спрятали вашего кузена, моя прелесть?

– Я здесь ни при чем. Ваши люди схватили меня и затолкали в экипаж. Я едва не умерла от ужаса, – отчеканила я. Нужно было добавить больше пылкости, но Невозмутимость Мертвеца ограничивала эмоциональную порционность. Хладнокровие никогда не соседствует с горячностью.

– А Лукка сообщил, что в его памяти имя «Эстер Сильва» постоянно сменяется на «Эксель Сильва». Даже сейчас. Ума не приложу, как второе имя могло затесаться в сознание этого олуха, если мой Мастер называл ему лишь имя мальчика? Ведь мой Мастер никогда и слыхом не слыхивал ни о какой Эксель.

Я молча толкнула створку, и Джерар, издав еще один смешок, обошел меня и галантно открыл передо мной дверь.

Помещение, в которое мы попали, оказалось просторным холлом. Ноги утонули в густой мягкости ковра у двери, и я остановилась, не понимая, почему ворсинки проникают между пальцев и щекочут кожу. Ясно. Позабыла надеть туфли. Хотя я и не видела оных в комнате Джерара. Странно, что ноги еще не потеряли чувствительность, ведь я столь длительное время вышагивала босиком по холодному камню.

«Чего удивляешься? – с любопытством спросил в голове детский голосок Дакота. – Ты же Мертвец!»

В холле властвовал успокаивающий полумрак. Теплый свет струился откуда-то сверху. Кремово-белые, розовато-алые и зеленые блики с легким оттенком синевы танцевали на всем основании уходящей ввысь лестницы и ажурных перилах. Где-то там располагались огромные витражные окна. Я представила, как снаружи от ветра качаются деревья, и свет, проникающий сквозь ветви и цветные стекла, падает на предметы радужными кусочками.

Я побрела к лестнице и, облегченно вздохнула, прислонившись спиной к перилам. Джерар вновь не препятствовал мне, даря ощущение ложной свободы воли. Хотя такое ощущение очень подходило к моему общему состоянию.

Устало осмотревшись, я заприметила главный вход – двустворчатую дверь напротив лестницы. Преодолеть семь широких каменных ступеней вниз, и здравствуй, свобода. Жаль, что это не мое идеальное решение проблемы.

Понятия не имею, что меня ждет. Понятия не имею, что со мной сделают, если так и буду молчать. Понятия не имею, зачем им мой брат. Джерар прав. Это действительно стало моим любимым выражением.

– Сожалею, моя прелесть. Но наше приятное времяпровождение подошло к концу. – Джерар спрятал руку за спину. – Вы упрямица, и диалог с вами требуется строить по-иному.

В руках юноши что-то звякнуло. Я настороженно вгляделась в предметы на его ладони – три вытянутые склянки размером с мизинец. Склянка из зеленого стекла пустовала. Склянки же из желтого и красного стекла были наполнены какой-то жидкостью.

Емкости с неизвестной смесью. Мне, как любителю экспериментальных эссенций, было до смерти интересно узнать, в чем предназначение этих склянок. Но как пленнице, посмевшей нарушить планы Хранителя ядов, – хотелось выбраться из этого дома. Можно ползком. Можно даже отталкиваться языком, если откажут конечности. Трусливо, но честно. Трусливо, но неправильно.

– Помните дверь, к которой вас заставил подойти Лукка? – Джерар подталкивал пальцами склянки, и они катались по его ладони, ударяясь друг о друга с тихим стеклянным звоном. – А колокольчик? Припоминаете, что произошло, когда вы позвонили в колокольчик?

– Меня что-то кольнуло. – Я заворожено наблюдала за перемещением разноцветных склянок. – В палец.

– И вы упали, – продолжил Джерар. – А знаете почему? Потому что на игле, которая была спрятана в колокольчике, был яд. И ваше бессознательное состояние – первый эффект от его воздействия.

– Яд, – проговорила я. – Яд. Хранитель ядов встретил меня ядом. Цинично.

– И где же ваш страх, юная леди? – Джерар с интересом следил за моей реакцией.

– Конечный эффект яда – смерть?

Джерар выгнул бровь и, помедлив, кивнул.

– Через какой период времени наступит смерть?

– Деловая хватка, – восторженно усмехнулся Джерар. – Как мило. У вас осталось чуть больше часа.

– В склянках, что в ваших руках – противоядие? – сухо спросила я, игнорируя его восторженный тон.

– Верно. А вот теперь самое интересное. Здесь, – Джерар потряс в воздухе пустой склянкой из зеленого стекла, – первая часть противоядия. С моей помощью вы приняли ее сразу после воздействия яда, что и помогло вам так быстро прийти в себя. Опоздай я, и ваша гибель была бы весьма мучительной. Однако, чтобы окончательно избавиться от воздействия яда, вам придется принять и два других элемента противоядия. – Юноша подставил другую ладонь, и склянки из желтого и красного стекла скатились на нее. – Желтая склянка, как и зеленая, оттянет время вашей смерти. Красная же завершит эффект. А сейчас я дам вам это. – Джерар приблизился и протянул мне склянку из желтого стекла. – Мы отлично позабавились, моя прелесть, но время пришло. Уж очень не хочется вас терять.

Я потянулась за склянкой, но, едва мои пальцы сомкнулись на прохладном стекле, Джерар отдернул руку. Склянка осталась у него.

– Подзабыл об условиях. Какой же я забывчивый малый. Мастер будет недоволен, – хохотнул он.

Я сжала кулаки и выдавила:

– Каковы же ваши условия?

– О, все просто, моя прелесть. Я отдаю вам этот чудесный флакон, а вы сообщаете мне местонахождение Эстера Сильва. А затем я приношу вам в дар и красный флакон. Один информативный факт за одну жизнь. Весьма выгодно, не так ли?

Я опустила голову и принялась напряженно рассматривать пол, исчерченный фигурными зарисовками трещин. Одна жизнь, одна жизнь, одна жизнь…

– Вы же умное божественное создание, госпожа Сильва. – Ладонь Джерара появилась в поле моего зрения вместе с желтой склянкой. – Выпейте это. Скажите, где мальчишка, а затем получите красный флакон. Давайте же, время вам не союзник. Пейте.

Мои пальцы медленно сомкнулись у горлышка склянки.

– Умница, – ласково протянул Джерар. – Не умирайте, моя прелесть. Жизнь так прекрасна.