Хранительница
Шрифт:
– Двадцать два, – ухмыльнулся Деметрио.
– Большой мальчик, значит, – улыбнулась я в ответ.
– И хороший, не правда ли?
Я засмеялась, но не успела приложить ладонь ко рту, как он схватил меня за кисть, опуская её обратно.
Немного позже мы изменили позу так, чтобы я откинулась на спинку кровати, а голова Деметрио осталась на моих бёдрах. Я расчёсывала пальцами его подстриженные пряди, когда заметила, что его натуральный цвет волос, почти белый, успел отрасти за время с последней покраски. После этого мои глаза вновь обратились к портрету девушки на стене.
– Деметрио? – прошептала, проверяя, спит он или нет.
– А?
– Как звали твою маму?
Он выдохнул, опалив кожу моих ног.
– Эванджелина, как…
– Евангелие.
Благая весть.
– Как думаешь, что бы она сказала, увидевшись со мной?
Деметрио самостоятельно обернул одну из моих рук вокруг своей шеи, чтобы я обнимала его. Что я и без того собиралась сделать, закончив играть с его волосами.
– Что она была права.
– На счёт?
Тёплые губы коснулись моего пульсирующего запястья, помогая сердцу забиться умеренно. Спокойно.
– Ангелы не живут на небесах – они ходят по Земле среди нас.
– Получается, она тоже верила в Ангела, – вспомнив сказанное Арабеллой, прошептала я.
– В нескольких, – исправил меня Деметрио. – По её мнению, существуют ангелы возмездия, ангелы-хранители и ангелы смерти. Каким предпочитаешь быть?
– Твоим.
Глава 19
Деметрио хотел украсть каждый мой первый опыт. Считалось ли это похищением, если я была не против отдать ему их добровольно, но он наглым образом лишал меня выбора, когда я того не ожидала?
Травмированная часть меня всё ещё считала, что хотеть мужчину – это плохо. Что я слишком быстро сдалась обаянию Деметрио. Только…
Пошли к чёрту все те ублюдки, опыт с которыми заставлял меня так думать. Я больше не собиралась тратить своё время с самым лучшим мужчиной на планете на сомнения и страхи. Не с ним.
Мы разговаривали и, несмотря на то, что до сих пор не знали друг о друге каждую значимую мелочь, успели разделить близость. Ту, при которой оголяются не ваши тела, а души.
Ночь, когда я приехала к Деметрио, оказалась значимой для нас обоих. Мы поделились не только историями, связанными с нашими отцами, но также и тем, что помогало нам держаться на плаву во времена, когда они ещё были живы и портили наши жизни.
В моём случае это была Кая.
В его – выпивка.
Я бы соврала, сказав, что это совсем не напугало меня, потому что отказаться от употребления после стольких лет крайне тяжело. Ему придётся пройти огромный путь, как и его брату, который уже пережил ломку и теперь приходил в себя под присмотром. Единственное, что успокаивало меня – готовность Деметрио.
Он хотел покончить с этим.
Поэтому прежде я никогда не видела его пьяным. Он держался, но сорвался из-за… меня. «Я думал, что с твоим появлением всё изменится. Но стало только хуже».
Я пообещала ему: что бы ни произошло, я больше никогда не оставлю его без ответа. Не стану убегать. Игнорировать его. Заставлять считать себя виноватым.
И никаких минетов с шампанским,
пока алкоголь не станет безразличен ему.Это расстроило его больше всего.
И заставило меня смеяться.
Решив покончить с неприятными темами, мы заснули в объятиях друг друга, а уже вечером следующего дня отправились на свидание, на котором я очень сильно хотела побывать. Несмотря на то, что в последний раз, когда меня пригласили на романтическую встречу, всё закончилось тем, что я воткнула вилку в щёку мужчины.
Сегодня я, разумеется, не собиралась никого ранить, потому что… Во-первых, Деметрио не позволит себе ничего, что заставит меня сделать это. Во-вторых, в комнате ярости, куда он привёл нас, не найдётся вилки, а только молоток или бита, с помощью которых можно лишь убить. В-третьих, скорее это ему придётся отбиваться от меня, потому что мне катастрофически мало тех поцелуев, что мы разделили у машины, когда он забрал меня из квартиры Арабеллы, и раздевалок, перед тем как разойтись в разные стороны.
Такие отношения меня устраивали. В них я чувствовала себя максимально безопасно.
Наверное, со мной было сложно.
Стоило ли узнать у него об этом? Я хотела, чтобы ему со мной было не менее комфортно.
Едва мысль успела появиться у меня в голове, раздался стук в дверь, поэтому, перестав пялиться на себя в зеркало, я тихо подкралась к ней и прислушалась, будто не знала, что по ту сторону находится никто иной, как Деметрио.
– Кто там?
– Доставка пиццы.
Я засмеялась, когда он отозвался.
– Ещё минуту.
Вернувшись на своё прежнее место, вытащила из сумки расчёску и стала быстро водить ей по волосам, пытаясь привести их в порядок, чтобы позже всё равно спрятать под шлем, где они наэлектризуются, а голова вспотеет.
– Куколка?
– М-м-м?
Деметрио помедлил, тем не менее то, что он собирался сказать, всё же послышалось через несколько секунд:
– Не смейся, если тебе несмешно.
Я замерла, уставившись на закрытую дверь через отражение. Внутри меня забилось чувство наподобие страха, однако это был не он, потому что я не боялась мужчину, который говорил со мной по ту сторону.
– И ты не обидишься?
– Расплачусь.
Я улыбнулась и пропустила смешок. Настоящий. На самом деле с ним я всегда смеялась искренне, но иногда забывала, что можно больше не волноваться о реакции мужчины, если его ожидания, которые он возложит на меня, не совпадут с реальностью.
Схватив шлем со скамейки и подойдя к выходу, открыла дверь, чтобы встретиться с Деметрио, прислонившимся к широкому косяку и дожидающимся меня. Он был уже полностью собран и держал шлем в руках так же, как и я.
– Дело не в тебе. – Я встала на носочки и поцеловала его в ямочку на щеке. – Это привычка.
– Значит, тебе тоже есть от чего избавиться.
Да, и часть неприятных воспоминаний навсегда останется в стенах этого здания в виде погрома, который мы планировали устроить с минуты на минуту. Мне уже не терпелось приступить к делу.
Обычно свидание подразумевает под собой что-то романтичное: поход в кинотеатр, конная прогулка, ужин в ресторане. В нашем случае – это отпущение злости. После прошедшей вечеринки её скопилось слишком много, поэтому с этим нужно было срочно что-то сделать.