Хром

Киа достаёт из рюкзака маленькую плюшевую игрушку и кладёт ему на грудь.

— Тигр всегда утешает меня, когда мне грустно или больно.

— Спасибо. — Хром кладёт руку на игрушку и улыбается Киа, и это разрывает мне сердце. Чёрт возьми, он не должен умереть!

Я достаю из бокового кармана своего рюкзака бутылку с водой и прикладываю горлышко к его губам:

— Тебе надо много пить.

Он делает пару глотков и закрывает глаза. Он выглядит очень измученным.

— Я отойду на минутку к Джексу, — говорю я Киа, — присмотришь пока за ним?

Она энергично кивает:

— Присмотрю.

Я вскакиваю и бросаюсь в кабину. Это маленькая комнатка с бесчисленными приборами, экранами и двумя креслами для пилотов.

— Джулиус! — кричит Джекс в свою рацию. — Вы с майором берёте на себя командование отрядом. Смотрите, чтобы вы все вернулись в Резур. — Связь очень плохая, слышатся треск и шум. Джекс коротко объясняет Джулу ситуацию, затем помогает Року содрать обшивку с передней части шаттла — из шаттлов Уайт-Сити и дружеских городов нет возможности смотреть наружу, чтобы граждане во время полётов не увидели, что происходит в Аутленде.

Над приборной панелью появляется огромное панорамное окно, и благодаря свету огня горящих фабрик, в кабине становится светло. Перед шаттлом стоят трое мужчин и обстреливают стекло, но на нём не остаётся ни царапины.

— Когда мы наконец взлетим? — кричу я Джексу и Року.

Рок поворачивается ко мне на своём крутящемся кресле:

— Грузовые шаттлы летают только по одному запрограммированному маршруту. Как только мы взлетим, он доставит нас прямиком в Уайт-Сити.

Проклятье! Если в ближайшее время Хрома не заштопать, он умрёт! Я умоляюще смотрю на Джекса и вцепляюсь пальцами в спинку кресла.

— Неужели нет способа обойти программирование?

— Поверь, если бы мог что-то сделать, я бы… — Внезапно его глаза расширяются, и он вытаскивает из своего рюкзака планшет. — Быть может, у нас есть шанс.

От волнения я прикусываю язык и чувствую вкус крови, в то время как Джекс прикладывает большой палец к экрану. Он вводит длинную комбинацию из цифр и букв, и открывается видеочат. На другом конце линии раздаётся сигнал, но ничего не происходит. Это ожидание действует мне на нервы.

— Ну же, Марк, ответь, — бормочет Джекс.

— Кому ты звонишь? — Рок с интересом смотрит в его сторону.

— Контактному лицу из Уайт-Сити. Он уже много сделал для нас и он корифей в своём деле.

Рок поднимает брови:

— Надеюсь, это защищённая от прослушки линия.

Джекс смотрит на Рока так, словно тот только что усомнился в его умственных способностях.

— Ты с ума сошёл? — раздаётся внезапно из планшета сердитый мужской голос.

Я заглядываю Джексу через плечо, чтобы посмотреть на того, кто говорит. Светлые волосы взъерошены, немного опухшее ото сна лицо. Он выглядит не только рассерженным, но и напуганным.

— Чёрт, я же сказал тебе использовать этот канал только в крайнем случае! Я не один и не могу…

— Хром умирает, — обрывает его Джекс.

— Вот дерьмо, — бормочет Марк и бросает взгляд назад. Картинка дрожит, когда он несёт планшет в другую комнату. — Ладно, только давай быстрее, мой гость, к счастью, спит. Чем я могу помочь?

Пока Джекс всё ему объясняет, я нервно стучу ногой.

— Вы, ребята, не делаете мою жизнь легче. — Джекс касается монитора центральной консоли, и на экране появляется серийный номер шаттла, который он сообщает Марку.

— Так, сейчас я отключу вашу связь со спутниками, и вы сможете взять управление на себя. — Марк нажимает какие-то кнопки на приборе, который нам не виден, и говорит: — Надеюсь, вы умеете управлять шаттлом?

— Конечно, но давай побыстрее, иначе Хром истечёт кровью.

Я прислушиваюсь и слышу, как Хром разговаривает с Киа. Это приносит большое облегчение. От волнения я превратилась в сплошной комок нервов, и чувствую тошноту.

— Да, ещё минутку… — Марк лихорадочно чешет щёку. — Я делаю это только потому, что чувствую вину перед Самантой и хочу, чтобы ты к ней вернулся.

Джекс подносит планшет вплотную к своему лицу:

— Что за чушь ты несёшь?

— С тобой она счастлива. Я никогда не мог дать ей того, что она хотела. Но я понял это только в последние несколько дней.

Очевидно, этот разговор смущает Джекса, потому что он смотрит на нас, пожимая плечами и слегка испуганно:

— Я правда не знаю, о чём он говорит.

Марк снова бросает взгляд через плечо и понижает голос:

— Длинная история, сейчас нет на это времени.

— Неужели наш разговор действительно не могут отследить? — спрашивает Рок.

Джекс мотает головой:

— За последние недели Марк написал программу, при помощи которой может проникать куда угодно и оставаться неузнанным. Ну, почти куда угодно.

Когда внезапно корабль сотрясает глухой удар, я вздрагиваю.

— Эти ублюдки пытаются сломать дверь! — Рок встаёт. Я лучше побуду около неё.

Господи, ну когда мы наконец взлетим?

Я постоянно вытираю вспотевшие ладони о штаны. Должно же это, в конце концов, случиться!

Марк присылает нам цифры, которые высвечиваются на мониторе синим цветом.

— Ну, теперь должно получиться. Нажми кнопку запуска и введи на консоли код.

Джекс тут же делает это. Шаттл начинает вибрировать, запускаются двигатели и мигают многочисленные огни.

— Я отключаюсь, следы стёрты. Удачи! — Марк машет рукой в камеру.

— Тебе тоже, спасибо, — говорит Джекс, и экран гаснет.

Он тянет на себя рычаг управления, похожий на джойстик, и шаттл быстро набирает высоту.

Я крепко держусь за сиденье, чтобы не упасть, потому что во время взлёта нас немного качает.

— Прошу прощения, — бормочет Джекс. — Управление в реальных условиях немного отличается от симулятора.

Мы летим над головами охранников, которые теперь обстреливают шаттл снизу, потом над тёмными полями. Как парализованная, я смотрю в окно. Наступил рассвет, на горизонте сияет оранжевая полоса, начинается новый день.

— Спасибо, — шепчу я, сжимая плечо Джекса.

— Рано меня благодарить, мы ещё не в Резуре.

Чтобы не сбиться с пути, он летит вдоль реки. Словно чёрная лента вьётся она между гор. Я вижу нашу автоколонну, которая тоже в пути, потом мы поднимаемся ещё выше и ускоряемся.