«ХроноРоза»

Эфретани кивнула.

— Как часто случается, рабовладельцам не нравится слово «рабы». Они называют их «батарейками». Кто-то из вас знает, что это такое, а другим я показывала.

— Некоторым это слово очень нравится, — возразил Бык. — Я знавал таких. Они звали рабами всех подряд.

Эфретани приподняла бровь.

— Ты не договорил.

— Я их убивал.

— Я так и думала, — сказала Эфретани.

Ниаль едва заметно улыбнулась Быку.

Потом Эфретани стала объяснять, как подключаться друг к другу, чтобы объединить силы. На «ХроноРозе» найдёнышей защищали Веньета и Хо Син. Ни один работорговец даже в мыслях не посмел бы лезть сюда. Но однажды, говорила Эфретани, однажды все вы станете достаточно сильными и умелыми, чтобы выжить в одиночку. Тогда вы сами решите, что вам делать. Может быть, вы останетесь с нами. Может, останетесь, пока не выплатите долг — столько, сколько сами почувствуете за собой долга. Но вы сможете и просто уйти. А наш долг — сделать так, чтобы вас больше не приходилось спасать.

И на следующий день после этого урока Бык узнал, что на «ХроноРозе» есть раб.

Эле, раб штурмана Калли. Калли украл его где-то в диких морях, где сталкивались окраинные шторма разных течений. Он точно рассчитал курс, и «Роза» прошла по тонкой грани, как танцовщица по канату, чтобы устремиться в пучину и раздобыть там одного из подобных Эле.

Лицемерие потрясло Быка. Он потерял дар речи. Некоторое время он бесцельно бродил по кораблю, но гнев придал ему дерзости и вскоре он стучался в дверь капитанской каюты.

Веньета встретил его приветливо, выслушал бессвязные ругательства и не прогнал. Он улыбался. Эта улыбка привела Быка в бешенство. Он чуть было не схватил Аладору за грудки. Но тот поднял ладонь и Бык замер на месте. В единый миг он осознал, насколько же могуч капитан. Воля его была огромна как вселенная, и все они находились внутри его воли.

— Успокойся, — сказал Аладору. — Я объясню. Эле — не человек.

Быка бросило в краску.

— И что? Раз не человек, значит, можно делать рабом?!

— Эле — не живое существо.

Бык разинул рот.

— А… кто… что же…

— Эле — текст.

— Что?

— Искусственная конструкция, надстройка для человеческого разума. Он нужен Калли, чтобы быстрее считать.

Бык бессмысленно моргал. Наверно, он выглядел полным болваном. Аладору снова улыбнулся.

— Есть странники, — сказал он, — которые защищают права осознанных снов, текстов, морских течений и тому подобного. Но я к ним не отношусь. Меня заботят только люди. Тебе предстоит увидеть и узнать ещё много удивительного, Бык. Прежде чем принимать решения, уточняй, правильно ли ты понял.

— Но Эле выглядит как человек!

— Когда я выгляжу как мегалодон, делает ли это меня акулой?

…Теперь Бык думал о рынках Тортуги.

Штурман сказал, что рынок называется Пальмовым и находится в восточной части города, если смотреть с моря. Нужно будет подняться немного вверх, туда ведёт множество лестниц. Если Бык заблудится, то может спросить дорогу у любого встречного. На Пальмовом рынке торгуют поразительными вещами, диковинами, обладающими подобием жизни… Быку хотелось посмотреть, как они выглядят — разумные морские течения, искусственные рассудки, думающие и говорящие тексты. Калли сулил ему и другие чудеса. Загоны с животными, выловленными в символморях: плотью их были сомнения и догадки, а в жилах вместо крови текло время. Пленённые сказки и вымыслы, которым мастера придали видимость плоти… Бык прикидывал, что будет полезно прислушаться к этим штукам с помощью чутья. Возможно, он поймёт что-нибудь важное и сумеет чему-нибудь научиться.

Перед тем, как отпустить его на берег, капитан Аладору вызвал его к себе.

…Бык закрыл за собой дверь и встал как вкопанный.

Чудилось, что в каюте Аладору все вещи немного светятся. Солнце заглядывало сквозь промытые стёкла, играло на витражных дверцах шкафов и в хрустале бокалов. Стены украшали резные панели, с изысканным мастерством собранные из разных пород дерева. В стороне, в тени трёхмерная карта ближайших областей символморя вспыхивала огнями и прочерчивала тонкие серебряные дорожки. На большом столе темнела искусно выжженная карта Тортуги — причудливая, с фигурами русалок, чудовищ и раздувающих щёки человечков-ветров.

Капитан сбросил кафтан и камзол, оставшись в широкой белой рубашке, отделанной кружевами.

— Садись, — сказал он Быку. — Выпей.

Бык повиновался.

— Ты впервые сходишь на сушу, — сказал капитан, — и это — Тортуга. Я выпущу тебя и Цейно, остальные ученики останутся на «Розе» под присмотром Эле и Эфретани. Я уверен в тебе. Но сперва хочу кое о чём тебя попросить.

В дверь постучали.

— Да! — сказал Аладору. Вошёл Цейно. Он коротко поклонился капитану. Тот пригласил его присоединяться. Цейно сел в деревянное кресло, но пить не стал.

Цейно не нравился Быку. Бык полагал, что это взаимно. За всё время они не обменялись и дюжиной фраз. У Цейно было миловидное, неприятно-детское лицо: вздёрнутый нос, розовые губы, широко расставленные глаза с длинными ресницами. Стоило один раз встретить взгляд этих кукольных глаз, и становилось понятно, что больше ничего детского и кукольного в Цейно нет. «Паук, — неприязненно думал Бык. — Как есть паучара».

Но капитана Аладору Цейно глубоко и искренне уважал. Это было написано на нём крупными буквами и примиряло Быка с его существованием. Когда Цейно смотрел на капитана, то весь переменялся. Лицо его становилось живым, взгляд — внимательным, и Цейно ловил каждое слово Аладору.

Капитан помолчал, рассматривая чёрное вино в хрустальном бокале. Поставил бокал на стол. Бык всё глядел на выжженный рисунок, примечая детали. С одной стороны стола тянулась полоса с изображениями множества кораблей — от рыбачьей лодки до летающей крепости. С другой — такая же полоса с пятью фигурами Основателей: трёх мужчин и двух женщин.

— Простынка передал мне, что «Мелоди» будет здесь через тридцать часов или около того, — сказал Веньета. — Удачный срок! Я успею поговорить со всеми, кто хочет меня видеть. Ради встречи с «Мелоди» и её хозяином мы сейчас здесь.

«Работорговый корабль», — подумал Цейно так отчётливо, что даже Бык, занятый другими мыслями, расслышал это.

— Да, — ответил Аладору. — Мы узнали, что Иока Ле, хозяин «Мелоди», за большие часы купил у союза картографов новые карты и нанял дорогого штурмана. Это значит, что он привезёт множество… людей. Некоторых мы сумеем выручить.

— Немногих, — сказал Бык.

— Немногих, — согласился Аладору. — Это меня тяготит.

Бык склонил голову.

— Лучше немногих, чем никого.

— Лучше.

Повисло молчание. Потом мелодичный голос Цейно произнёс:

— Если вы это сейчас нам говорите, значит…

— …вы можете передавать это как слухи, — подтвердил капитан. — Всё, что вы знаете, всё, о чём слышали, все ваши предположения и догадки можете передавать как слухи. Я даю вам поручение. Офицеры «Розы» будут заняты делами, как и я, к тому же нас на Тортуге хорошо знают. Вас — нет. Побродите по городу, посидите в кабаках, заведите собутыльников поболтливее. Слушайте, о чём говорят люди. Не пытайтесь отделить правду от лжи. Запоминайте. Запоминайте как можно больше. Ваши собеседники будут ждать, что вы поделитесь сплетнями в ответ. Листья даст вам часы для уплаты за развлечения, а я — я подбрасываю сплетен, — глаза Аладору лукаво блеснули.