И от тайги до британских морей...

Кроме того, паника поднявшаяся в результате этого известия заперла в английских и французских портах сотни кораблей самых разных размеров. Все боятся кракена. Команды отказываются выходить в море даже за двойное вознаграждение.

Дизраэли, внимательно рассматривавший озабоченное лицо Виктории, отметил про себя, что за последние несколько дней королева сильно сдала. И немудрено ‑ на нее обрушился удар за ударом. Сначала захват русскими Стамбула, потом, гибель Средиземноморской эскадры у Пирея, пленение ее сына, и вот теперь, страшная гибель внуков и невестки.

А ведь премьер‑министр пришел к королеве с очередной порцией нерадостных новостей. Из Копенгагена ему доложили, что датский король Христиан IX обнародовал заявление, в котором объявил о том, что им вводится особый порядок прохождения через Датские проливы военных кораблей. Какое отвратительное лицемерие! ‑ Этот битый пруссаками король никак не уймется! ‑ Видите ли, он решил, что свободный проход в Балтийское море теперь будет разрешен лишь кораблям стран, расположенных на побережье этого моря. А остальные государства должны отправлять в Копенгаген просьбу о разрешении на проход Проливов. Это что ж такое получается, теперь и корабли Ее Величества королевы Виктории будут испрашивать разрешения на вход в Балтийское море? ‑ Какая наглость! ‑ Никогда не бывать этому! Видно этот монарх забыл, как британский адмирал Нельсон в свое время учил датчан хорошим манерам? ‑ Если надо будет ‑ напомним.

Юркого Дизи настораживало то, что на берегах датских проливов тысячи датчан начали спешные земляные работы... Ходят слухи что в Германии закуплено несколько десятков новейших одиннадцатидюймовых береговых орудий Круппа с увеличенной скорострельностью и дальнобойностью. Такие же пушки недавно закупила Россия для перевооружения фортов Свеаборга и Кронштадта. Самое скверное, что немцы продали своим бывшим врагам новейшие орудия, потребовав лишь, чтобы они никогда не были установлены на границе Дании и Германской империи. А в Проливах ‑ сколько угодно. Понятно, против кого будут нацелены эти орудия!

Хитрец Бисмарк вот уже почти неделю безвылазно сидит в русской Ставке, и плетет там свои интриги. Ставка царя Александра II превратилась в настоящее осиное гнездо. Русские, югороссы, а теперь еще и Бисмарк, который по способности напакостить Британии, переплюнет даже их.

Тем временем, королева немного успокоилась, и по‑бабьи, жалобно спросила у своего премьера,

‑ Виконт, скажите мне ‑ что происходит? ‑ Порой мне кажется, что все силы ада ополчились против моей старой доброй Англии. ‑ Как мы можем наказать этих диких варваров, которые стали причиной всех наших несчастий?

‑ Ваше Величество, ‑ ответил Дизраэли, ‑ мы делаем все, что можем. Наши агенты собирают сведения о русских, которые дерзко бросили нам вызов. Кое‑что стало нам известно. Мы выяснили, что и на суше и на море силы тех, кто захватил Стамбул, в техническом отношении превосходят наши. Вступать с ними в открытую борьбу ‑ это значит, нести огромные, невосполнимые потери. Но это не значит, что их нельзя победить. Главное их слабое место ‑ это малочисленность. По данным наших агентов, силы этой таинственной эскадры адмирала Ларионова не превышают двух‑трех тысяч человек. Они, конечно, пытаются сформировать из греков, болгар и прочих славян вспомогательное войско, но для того, чтобы оно представляло реальную силу, необходимо время. И наша задача ‑ не дать им это сделать.

Как я уже говорил, в открытом бою мы с ними не сможем справиться. Поэтому, мы будем действовать методами тайной войны. Мы используем все доступные нам средства, чтобы уничтожить наглецов, бросивших вызов нашей империи, над которой никогда не заходит солнце.

‑ Виконт, я полностью полагаюсь на ваш опыт и ваше умение проводить тайные операции. Я заранее санкционирую любые, я подчеркиваю, любые способы и методы борьбы с нашими врагами. Если нужно, то действуйте невзирая на лица. ‑ Виконт, вы, наверное, помните, как своевременная смерть русского императора Павла I спасла от вторжения дикой орды казаков нашу "жемчужину" ‑ Индию?

Дизраэли понимающе кивнул. Он услышал все, что хотел услышать. Ее Величество дала санкцию на ведение тайной войны, когда не нужно оглядываться на какие‑то понятия морали и чести. Оставим их священникам, а для настоящих джентльменов допускается все, что приведет их к желанной цели. В уме у Дизраэли уже давно сложился, как он считал, очень смелый и коварный план.

23 (11) июня 1877 года. Зимница. Ставка Русской армии на Балканах.

Император Александр II и полковник СВР Антонова Нина Викторовна.

Получив известие о благополучном завершении операции по освобождению из‑под стражи Герцогини Эдинбургской Марии Александровны и ее детей, я тут же связалась с графом Игнатьевым, и попросила, чтобы он доложил об этом радостном известии Александру II. Вскоре ко мне явился флигель‑адъютант царя с приглашением отобедать с Государем.

В царском шатре меня уже ждал накрытый праздничный стол. Александр II был в прекрасном расположении духа. Он шутил, смеялся, рассказывал смешные истории по‑французски, словом, выглядел именинником.

Государь попросил меня рассказать о том, как все произошло. Подробности проведенной нашими "спецами" операции я еще не знала. Поэтому, я рассказала о ней в общих чертах, опустив некоторые подробности. ‑ Ну не созрели еще наши предки к кровавым реалиям XXI века!

Присутствовавшие на обеде граф Игнатьев и цесаревич тоже были довольны. Александр Александрович тем, что любимая сестра с племянниками находится на попечении его ненаглядной Минни, а любезнейший Николай Павлович ‑ тем, что русские как следует надрали задницу надменным и самоуверенным бриттам, которые в свое время попортили ему немало крови.

Государь попросил, чтобы ему предоставили список наиболее отличившихся в этом деле офицеров, которых он решил наградить орденом Великомученика Георгия Победоносца. А статских ‑ орденом Святого Станислава.

Поблагодарив царя за честь, оказанную нашим ребятам, я не удержалась, и немного подпортила ему настроение. По моим прикидкам, и по информации, полученной из источников Николая Павловича, англичане должны перейти к активной тайной войне против нас, используя, как обычно они делают в таких случаях, самые грязные приемы. Поэтому я посоветовала усилить охрану Ставки, а так же непосредственно Государя, цесаревича и высших чинов империи.

На мои слова присутствующие отреагировали по‑разному. Государь пренебрежительно махнул рукой, дескать, ерунда, не посмеют. Цесаревич, знающий о нашем времени, значительно больше Государя, нахмурился, а граф Игнатьев попросил меня позднее вернуться к этой теме, и поделиться знаниями о методах охраны высших лиц государства, которые использовали в нашем времени.

Я испросила Государя разрешения использовать наши спецсредства для ведения борьбы с британской агентурой, на самом деле мы ее уже давно тайком использовали, чтобы контролировать утечку информации из Ставки, и выявлять лиц, которые сотрудничают с иностранными разведками. Немного помявшись, Государь такое разрешение нам дал. Кроме того он согласился с доводами цесаревича и графа Игнатьева, что в преддверии возможных бурных событий необходимо очистить Болгарию от остатков турецких войск и установить между Россией и Югороссией прямую сухопутную связь. С этой целью сегодня вечером в направлении Шипкинского перевала выступит кавалерийский корпус под командой генерала Михаила Скобелева, а с нашей стороны механизированная группа полковника Бережного с обозом. Задача рассеять и принудить к капитуляции остатки турецких армий на территории Болгарии.