Игра на одевание

– А вам не кажется, что на красивую девушку в корсете любой бы смотрел?

– А вам не кажется, что от этого не легче?

– Простите. Мне кажется, от этого тоже вряд ли легче, но Воронова таким образом вынуждала мужчин покупать белье подругам. Она не знала, что вы примеряете платье.

– То есть мне разбили сердце по ошибке? – Чубакина отошла к мангалу, чтобы Портнов не видел ее лица.

– Вы знаете, что Дарий Губарев на днях женился?

– Да.

– Вы ненавидели Воронову за это?

– Да. А как еще?

– Из-за свадьбы Губарева это чувство нахлынуло с новой силой?

– Вместе с благодарностью. И жалостью.

– Неожиданно.

– Мне в жизни пришлось всего добиваться самой. Я знаю, как это тяжело. Поэтому хотела сделать для Дария то, чего никто не делал для меня. Помочь бескорыстно. Он мечтал масштабировать бизнес и построить новый коворкинг для айтишников в Подмосковье. Я собиралась отдать ему часть земли, вложиться в строительство. Думала, назовем этот… Простите, я коворкинг-то едва выговорила.

– Я тоже. – Портнов улыбнулся.

– Ну вот это место… как-нибудь с Apple, ведь вокруг яблоневый сад. А потом мой жених пустил слюну при виде первой же полуголой девицы, пока я мерила свадебное платье, и пришлось отменить визит к нотариусу. Так что все, ради чего я так много трудилась, осталось при мне.

Она горько усмехнулась:

– Спасибо Вороновой!

– Тогда почему вам ее жалко?

– Потому что после расставания с Дарием я стала следить за ней. Хотела понять, что в этой женщине такого особенного. Разгадать секрет ее привлекательности, чтобы больше не страдать. И потом… Мне почему-то было проще таскаться где-то по центру Москвы, чем быть здесь. Я год выращивала арку из плетущихся роз, чтобы расписаться. Реставрировала для свадебных фотосессий садовую мебель…

Она сняла шашлык с мангала и включила гирлянды, обвивавшие шиповник, рябину и боярышник. Старые кустарники образовали нишу, которую Портнов не заметил. Теплый желтый свет фонариков на гирляндах и огоньки рождественских искорок «росы» падали на старый обеденный стол и склонившуюся над ним Софью с выбившейся из-под капюшона прядью легких волос.

– Как долго это продолжалось?..

– Вы хотите сказать, «преследование»? Наверное, недели три. Август, когда должна была быть свадьба. Меня очень крыло. И неделя в сентябре.

– Ольга встречалась с Дарием?

– Нет. Хотя он пытался караулить ее у бутика. – Она расставила на столе тарелки, открыла соусницу с ткемали и рубленой зеленью. – Но мужчина у Вороновой был. Точнее, любимый человек. Они виделись в пиццерии у ее дома иногда. И ходили в кино на детективы пару раз.

– Можете описать этого человека?

– У меня плохая память на лица. Да он неприметный какой-то. Все время темные очки, мешковатая куртка, капюшон. Дерганый какой-то. И еще он никогда не смотрел на Воронову. Она как будто всегда безуспешно ловила его взгляд. Знаете, с ее стороны это был настоящий интерес, необычная даже для нее теплота.

– Вам показалось, – голос Портнова стал мягче, – что в этом ее секрет? В доброжелательном отношении к людям?

– При этом не привязываясь к ним. Мне вообще показалось, что из всех знакомых по-настоящему привязана она была только к этому человеку. Хотя у нее от него тоже были секреты.

– Что вы имеете в виду?

– Она однажды виделась с ним в торговом центре. Вела себя как обычно. Он проводил ее до спортклуба. Она лениво попрощалась: «Пойду подремлю на йоге». Но вышла оттуда через пятнадцать минут со спортивной сумкой и уехала из города.

– Куда? Каким поездом, помните?

– В Саратов. Помню, что вечером. И что СВ. У меня, может быть, осталось что-то в архивах на старом компе. Его через пару дней вернут из сервиса. Я посмотрю.

Больше о страшной смерти Вороновой и сладкой жизни Дария они не говорили. Мир словно сузился до круга света гирлянд в осеннем саду, и время летело так быстро, что Портнов едва успел на последнюю электричку.

Уже стоя в воротах, он окликнул проводившую его Софью:

– Пришлите мне паспортные данные стариков, которые остались без жилья, и их адрес. Попробуем разобраться в этой сказке про заиньку и лисицу.

– Спасибо.

Портнов шел на станцию в полной уверенности, что скоро приедет в этот дачный поселок снова. Если б он знал, по какой причине это произойдет, ни за что бы не уехал.

* * *

Семенов сидел у микроскопа:

– Лев Иванович, на теле Вороновой недорогой профессиональный аквагрим. Судя по составу, марки Splash. Нужный оттенок получается, если смешать синий с белым. Сверху нанесен слой рассыпчатой пудры. Очевидно, MUFE Ultra. Закрепляет грим, делает тело визуально плотнее.

– Где такое берут?

– Да все это – товары массмаркета. Их можно купить на «Озоне», «Али-экспрессе», в магазинах карнавальных костюмов… Не отследишь, короче. Особенно перед Хеллоуином, когда на них спрос.

– Значит, он убил ее и нанес грим, одел. А что с венком, платьем? Тоже ширпотреб?

– С платьем свидетельница не ошиблась. Корсет и юбка из нулевых. А вот кружево произведено году в семьдесят третьем. Строчка, которой оно пришито, нефабричная. Самошив. Сверху нашита декоративная тесьма под названием «Шнур-бечевка». Лев Иванович, зацените швейное мастерство маньяка! Он сначала на жертве рукава закрепил, а потом по шву бечеву пустил.

– Вот белошвейка!

– И цветочница. Венок тоже из семидесятых. Но в него, помимо живых, вплетены старые, пластиковые, кладбищенские. На них земляная пыль. Чернозем.

– Не московская, значит?

– Ну да. Хотя центральные области, Северный Кавказ, Поволжье, Западная Сибирь могут быть.

– Что же его так зацепило, что он похоронный венок через полстраны притащил?

– И платье, как на Мэрилин Монро, зашивал.

– А под ногтями у жертвы что?

– Дешевый красный и желтый полиэстер. Крови и кожи убийцы нет. Будто он в скафандре из полиэстера был.

– Кто-то похожий мелькал на камерах у бутика?

– Там концерт ансамбля «Колпак» был. Поют рок-фолк, старинные баллады. Вокруг толпа собралась. И в ней семь мужчин в такой одежде. Ткань востребована у производителей дешевых карнавальных костюмов. Девушки в костюме трупа невесты рядом с ними нет.

– Значит, они с убийцей встретились у бутика.

Семенов открыл фото на экране монитора.

– Вот парень в костюме Грозного. Богато одет, кстати. Вот девушка в костюме Красной Королевы из «Алисы в Стране чудес». Вот Арлекин и Петрушка. Вот дружный спорт гриффиндорцев. Вот три спартанца. А за ними пять богатырей. И у одних маски, у других шлемы в пол-лица. И это я про грим не говорю. Программа распознавания лиц отчаялась.